Выбрать главу

Не поднимаясь, я отползла назад, стараясь собрать воедино остатки защиты, пока не уперлась спиной в обшарпанную деревянную обшивку фасада «Логова». Лолита сидела на бордюре, потрясенная, обессилевшая. Волосы ее топорщились в разные стороны, и губная помада была размазана по лицу. Но выглядела моя подруга скорее взбешенной, нежели напуганной.

Высунувшиеся из окон бара посетители криками подбадривали моего спасителя. Высокий темноволосый парень с большими бицепсами расправлялся с демоном. Такого я еще не видела.

Он вел себя как хозяин, который несет ответственным за покой в родном квартале. Губы растянулись в медленной улыбке, с хрустом сжались кулаки. Сирен по-прежнему не было слышно.

— Ну, что будешь делать? — спросил незнакомец у Пика.

Демон огляделся, видимо приходя в себя, и, громко шмыгнув носом, из которого хлестала кровь, на удивление резво вскочил на ноги и дал стрекача.

Герой бросился следом. Я закричала:

— Не надо! Пусть бежит!

Но тот уже нагнал Пика, схватил за шкирку, и оба исчезли за углом. Вдали наконец раздались сирены.

Лолита помогла мне встать. Ее тревога и радость победы потекли в меня, и я наслаждалась возможности подкрепиться. Пик забрал от меня все, что я взяла от Петрифая. И даже больше.

На руке остался кровоподтек. Демон действовал так стремительно… Почти убил меня прямо здесь, на улице, перед целой толпой свидетелей! Один промах с моей стороны, и все было бы кончено.

Если бы не тот мужчина, я погибла бы…

Шатаясь, я высвободилась из рук Лолиты и побежала вдоль дома. Что, если Пик нападет на моего спасителя?

Я забыла, что Ло не из тех, кто отступает. Она последовала за мной.

— Останься в баре, — приказала я.

— Боймит присмотрит.

Я кивнула. Ему можно было доверять. Так что за угол мы завернули вдвоем. Звук сирен приближался.

— Где же они? — удивилась Лолита.

Если честно, мне страшно было даже оглядеться по сторонам — я до смерти боялась обнаружить что-нибудь ужасное. 3-я улица была гораздо темнее и уже Си-авеню, кроны деревьев заслоняли и без того тусклый, мерцающий свет уличных фонарей. Ло все озиралась, но я чувствовала, что знак Пика удаляется. Он находился уже на другом конце квартала, вблизи Би-авеню. Вскоре след совсем рассеется.

С облегчением я осознала, что демон уходит, и плечи мои обмякли.

У ступенек, ведущих к китайскому ресторанчику, раздалось какое-то шарканье. Узенькое окошко оставалось темным, дверь, скрывавшаяся под лестницей, ведущей на верхние этажи, была закрыта. Я решила, что это какой-нибудь припозднившийся пьянчуга спустился отлить в тихом уголке. Но ошиблась.

— Кто там? — Определенно не демон, знака я не чувствовала.

— Все в порядке, — раздался глубокий голос. — Все нормально.

— Это тот парень?! — Я уставилась на Ло.

— Думаешь?

— Его голос.

Я спустилась и обнаружила там человека, спасшего меня от Пика. Он полусидел, прижавшись спиной к стене. От запаха горелого арахисового масла и нашатырного спирта, исходившего от двери, меня передернуло.

— Что случилось? — Я коснулась его ноги, неуклюже согнутой на нижней ступени.

Несмотря на толстую джинсовую ткань, я ощутила его боль. Впрочем, парень отлично держался — всего лишь поморщился.

— Свалился со ступенек. Как последний идиот. — Он силился встать.

— Не двигайтесь. — Я попыталась удержать его на месте. — Вы ушибли голову.

Он коснулся волос. На пальцах блеснула кровь.

— Да, пару раз, вероятно.

— Не надо было ввязываться!

— Да? Вы очень любезны, мэм.

Мне стало стыдно. Я вдруг поняла, какой неблагодарной грубиянкой выставила себя:

— Простите… Спасибо вам огромное, что выручили. Кто вы? Я вас прежде здесь не видела.

— Тео Рэм, — представился он, снова морщась.

Сирены завывали прямо над нашими головами. Ло крикнула:

— Полиция!

— Отлично, — без особого энтузиазма одновременно выдохнули мы.

— Не хотите связываться с копами? — Я пристально посмотрела на Тео.

— Определенно нет. Хочу домой и поскорее все забыть.

Я взяла его под руку, поскольку он все время пытался подняться. Вряд ли Тео нравилось выглядеть беспомощным, но мне необходимо было знать, что он чувствует. Он не паниковал, что было бы естественно для человека, принадлежавшего криминальному миру. Он злился на себя, на свое унизительное положение, да и травма оказалась гораздо серьезнее, чем он готов был признать.

Головокружительная смесь… Пик высосал из меня слишком много, мне требовалась свежая энергия, а этот парень был невероятно вкусным. К тому же он ранен и ему требовалась помощь.