Френсис опустилась на стул и огляделась. Предстоит очень постараться, чтобы сделать этот дом таким же уютным, чистым и веселым, как у Саймона. Снаружи было так тихо, что любой шорох звучал оглушительно. Это собака там воет или нет? А эти мягкие, как на подбитых войлоком тапочках, шага? Девушка была уверена, что к ее лачуге подбирается лев или по крайней мере леопард. А если он проломит дверь? Френсис вскочила, захлопнула ставни и хотела закрыть дверь на замок, но обнаружила, что нет ключа. Завтра в первую очередь надо заставить Каина привинтить задвижку.
Чтобы хоть чем-то себя занять, Френсис распаковала чемоданы. В шкафу вполне можно было разложить одежду, но вот полок для книг не оказалось, и она запихнула всю свою медицинскую литературу обратно в чемодан до лучших времен.
Теперь нужно передвинуть кровать по совету Элспит. Но в кухне не оказалось ни одной емкости, которую можно было бы заполнить парафином. Ладно, сегодня достаточно оттащить кровать от стены и надеяться на лучшее.
Она едва закончила с этими делами, как кто-то постучал в дверь. Откинув назад упавшие на глаза светлые волосы, Френсис пошла открывать и удивилась, увидев на крыльце Авеля в старой военной форме, пуговицы которой были начищены так, что сияли, отражая свет фонаря в его руке.
— Праздник скоро начнется, — гордо сообщил он.
— Ой! — Френсис приложила руку к губам. — Я буду через пару минут! Только переоденусь.
Девушка решила, что, если уж Авель побеспокоился приодеться для праздника, видимо, ожидается, что и она будет выглядеть достойно, поэтому надела то же платье, в котором была накануне вечером, добавила к нему мягкий белый шифоновый шарф и ожерелье из цирконов, приятно мерцавших на свету. Удостоверившись, что выглядит хорошо, Френсис вышла к ожидавшему ее африканцу. Он зашагал по тропинке так быстро, что ей пришлось почти бежать за ним.
— Куда мы идем? — спросила она, запыхавшись.
— Мы сняли на вечер ресторан в отеле, — важно ответил Авель. — Все старейшины ждут вас там, чтобы познакомиться. Мы очень рады, что в Нгуи теперь есть доктор.
«Отель» располагался в центре поселка и ничем не отличался от остальных домов. Только на фасаде было написано размашистыми буквами: «Отель «Танганьика». Владелец мистер Ндендулу, эсквайр».
— Это мой кузен, — похвастался Авель. — Пожалуйста, входите.
Он отодвинул потрепанный полог, закрывавший дверной проем, и Френсис оказалась в заполненном людьми помещении. Перед ней как будто выросла стена из черных-черных лиц, все они смотрели на нее. Молодых людей было мало, женщин же не было вовсе.
Френсис заморгала и попыталась улыбнуться, не желая признаваться даже себе самой, что немного испугалась. Потом она заметила, что почти все были в старых смокингах, выстиранных и выглаженных с особой тщательностью. У одного пиджак даже подходил к брюкам, другие же довольствовались штанами разных цветов или даже шортами. И лишь трое были в туфлях — теннисных, с любовно заштопанными дырками на мысках.
— Это мистер Ндендулу, — начал представлять мужчин Авель. — Мистер Бибоко, директор нашей школы, мистер Мбулу, наш вождь…
Каждому Френсис дожимала руку. Ей больше нравилось хлопать по ладоням, как это делал Саймон, но она была женщиной, и от нее ожидали соответствующего поведения.
— У вас много учеников в школе, мистер Бибоко? — любезно осведомилась она.
— У нас много. В этом году наши мальчики будут держать в первый раз экзамен. Я тоже. Это очень трудная задача — учиться самому и одновременно учить других. Из Лондона пришли экзаменационные бумаги. Я выбрал историю средневековой Англии. Это легче, чем все остальное. Экзаменаторы всегда дают примеры, которых у нас здесь нет; или деревья такие не растут, или нет химикатов, чтобы поставить опыт. Это очень большое препятствие, которое никто почему-то не принимает во внимание. Разве можем мы объяснить, как плавает по океану корабль, когда мы ни разу не видели ни корабля, ни океана? — Мистер Мбулу тяжело вздохнул. — У нас в Аруше работал учителем американец, он-то нам многое и рассказал. У этого человека была докторская степень, но он преподавал в школе, почти такой же, как моя, целый год!
Мистер Мбулу сверкнул белозубой улыбкой: