Выбрать главу

– Смеешься?! – вскинулась я и собралась возмущенно удалиться в дом. Но меня отрезвила мысль о том, что Эммет по-прежнему ждет меня на кухне и, наверное, сейчас смакует подробности семейной сцены. – Он вцепляется в каждого, как клещ! – добавила я.

Питер собрался ухмыльнуться, но я обожгла его таким суровым взглядом, что он сразу же раздумал.

Моя тетя Эллен то встречалась с Такером, то расставалась со своим ухажером. Сейчас наметились границы для периода разрыва, и я молила Творца, чтобы возобновления отношений не произошло. Слишком обходительный и самоуверенный Такер был не только юристом и дельцом в сфере недвижимости, но и профессиональным обольстителем. Он переспал с большей частью женского населения Саванны и со внушительным числом мужчин – тоже. Однажды он попытался взяться за моего жениха и за меня, но Эллен пригрозила ему превращением в каплуна, если он не отступится. Такер являлся хищником, склизкой и увертливой змеей. Надо признаться, что я не очень-то его любила. Идея Питера о том, что он готов взять Такера в компаньоны, лежала за пределами моего понимания.

– Нет, послушай, – произнес Питер, обнимая меня. – Ситуация не такая безумная, как может показаться. В наших местах мало кто строится, и почти никто не готов рискнуть и поручить крупный заказ новичку. Пусть Такер и придурок, но у него есть деньги и неплохие проекты. Пожалуйста, поддержи меня, Мерси!

В этот момент Эммет, конечно же, вовсю навострил уши, поэтому я заставила себя сдаться быстрее, чем сделала бы в других обстоятельствах.

– Питер, я предварительно с этим соглашусь. Но не уверена, что тебя посетила гениальная мысль. А сейчас – просто увези меня отсюда.

Я направилась к грузовичку и подождала, чтобы Питер открыл мне дверцу.

– Куда едем, Мерси?

– Все равно. Главное, поскорее.

Глава 4

– Ты сама говорила, что тебе все равно, – заявил Питер, выключая зажигание. – И, между прочим, мама ужасно хотела тебя видеть.

Я задрала голову, чтобы посмотреть на ирландский флаг, гордо выставленный в сторону реки. Он служил единственной вывеской «Маг Мел», но это никакого значения не имело. В таверне варили медовое темносолодовое пиво, а на маленькой сцене выступали местные таланты, из-за чего бар, принадлежавший родителям Питера, пользовался популярностью и у местных жителей, и у туристов. Во время горячего сезона сам начальник пожарной охраны частенько выдавал зашедшим стаканы на вынос, следя, чтобы ограничение, наложенное на максимальное количество клиентов, единовременно находящихся в помещении, не нарушалось.

Я до сих пор не успокоилась из-за сюрприза с Такером, не говоря об остальных событиях сегодняшнего утра. Но по сравнению с другими проблемами договор Питера с Такером оказался только мелким раздражителем. Такер умел делать деньги – и я не сомневалась, что у него нет ни малейшего желания расстаться со своим половым аппаратом. Решение Питера меня не радовало, но я, в принципе, допускала, что оно не приведет к полной катастрофе. В конце концов я расслабилась.

– Хорошо, – произнесла я. – Но пусть твоя матушка не обращается исключительно к моему животу, как в прошлый раз.

Питер имел глупость расхохотаться, но потом опомнился и вскинул руки в знак капитуляции.

– Извини, – шепнул он и осторожно придвинулся, чтобы поцеловать меня. – Я с ней уже поговорил. Но она так рада из-за малыша!

– Приблизительно через пять месяцев она может хоть целыми днями сюсюкать с Колином, но пока…

– Понял.

Питер выпрыгнул из грузовичка и обогнул его, чтобы помочь мне выбраться наружу: ненужный, но очень приятный жест. Он захлопнул за мной дверцу и взял меня под руку.

– Ты обходительный лишь потому, что боишься, как бы тебя не увидела мать.

– Точно! – подтвердил он и, погладив меня по плечу, повел к дверям таверны.

Я невольно засмеялась, встала на цыпочки и чмокнула его в щеку.

Стоило нам перешагнуть через порог, как на нас налетела его матушка.

– Мерси! Красавица моя! Какой счастье!

Она сделала над собой усилие, чтобы посмотреть мне прямо в глаза, а не сразу устремлять взгляд на мой округлившийся животик.

– Ладно, не стесняйтесь, – разрешила я, и будущая бабушка резво бросилась ко мне и прижала обе ладони к моему животу.

– Здравствуй, мой маленький Колин! Бабушка тебя обожает, мой малыш.

– Ой, ма, хватит, – потребовал Питер.

Он тоже сиял от гордости, и я не смогла сопротивляться приливу радостного тепла. Я все-таки люблю Питера – и ребенка, которого вынашиваю.

– Садись, Мерси, – защебетала мать Питера. – А ты пойди погуляй, – добавила она, обращаясь к сыну. – Мне надо посплетничать с твоей нареченной о нашем, о девичьем.