Выбрать главу

С одной из таких реклам на тебя смотрит излучающая улыбку женщина с ребенком на руках. Надпись гласит: «Теперь о тебе позабочусь я — и звонки от кредиторов прекратятся». На объявлении другого агентства написано: «Счастья не купишь, но с долгами справиться можно». «После долга тоже есть жизнь», — твердит третья реклама. Еще один устрашающий плакат вопрошает: «Они уже сели тебе на хвост?» Нет, вам не обещают, что надоевшие долги рассеются, как дым от сигареты, но убеждают, что с их помощью долги можно консолидировать и постепенно оплатить, если не транжирить деньги попусту, из-за чего, собственно, и возникла долговая кабала.

Почему подобной рекламы так много? Может быть, потому, что много должников? Вполне возможно.

В пятидесятые годы прошлого столетия, в эпоху женских поясов и дезодорантов, специалисты по рекламе, похоже, быстро поняли, что человеческое тело служит источником множества неприятностей, когда предоставлено самому себе, — оно норовит выйти из-под контроля и источает отвратительный запах. Такое тело необходимо привести к повиновению, иначе оно навлечет на вас позор. В наше время положение изменилось. Шутки ниже пояса вновь стали достоянием индустрии развлечений и не вызывают ни озабоченности цензуры, ни чувства стыда. Поэтому о теле вспоминают лишь тогда, когда оно заболевает какой-нибудь болезнью, особенно часто упоминаемой в рекламе, а главной заботой теперь стало состояние вашего банковского счета.

Для этого есть все основания. Первые кредитные карточки появились в 1950 году. В 1955 году отношение суммы долга к величине дохода среднестатистической канадской семьи составляло 55 %, тогда как в 2003 году эта цифра возросла до 105,2 % и продолжает увеличиваться. В 2004 году в США этот показатель составил 114 %. В других странах тоже немало людей тратят больше, чем зарабатывают. Их примеру следуют и правительства.

Как сообщил мне один знакомый, на микроэкономическом уровне существует настоящая эпидемия долгов среди тех, кому едва-едва больше восемнадцати лет от роду, особенно среди студентов: они оказались под прицелом кредиторских компаний и тратят деньги, не давая себе труда оценить последствия, причем кредитуют их под самые высокие проценты. В результате долг достигает невероятных размеров, и однажды они понимают, что не смогут расплатиться. Современная наука утверждает, что юношеский мозг отличается от мозга взрослого человека и не способен рассчитать все последствия стратегии «купи сегодня — расплатишься завтра», а потому подобное кредитование молодежи следует приравнять к эксплуатации детского труда.

В макроэкономическом плане финансовый мир недавно испытал потрясение, когда обрушилась долговая пирамида, состоящая из того, что специалисты называют «субстандартными ипотечными займами». Глубинный смысл этого понятия не всем доступен, но идея заключается в том, что некоторые крупные финансовые институты раздали ипотечные кредиты людям, не способным оплачивать ежемесячные взносы, а затем сложили эти безнадежные долговые обязательства в коробки с яркими наклейками и продали их другим финансовым учреждениям и хеджевым фондам, которые посчитали, что эти бумажки чего-то стоят. Эта практика сродни раздаче кредитов подросткам, только масштабы бедствия не в пример больше.

Один мой американский друг пишет: «Я пользуюсь услугами трех банков и ипотечной компании. Первый банк купил два других и изо всех сил старается приобрести ипотечную компанию, которая уже обанкротилась. Всё бы ничего, но сам этот банк, как стало известно сегодня утром, тоже не очень прочно стоит на ногах. Теперь он пытается пересмотреть свои договоренности с ипотечной компанией. Вопрос первый: если твоя компания вот-вот обанкротится, то зачем приобретать компанию, сведениями о неплатежеспособности которой пестрят заголовки всех газет? Вопрос второй: если все кредиторы обанкротятся, то удастся ли должникам соскочить с крючка? Ты даже не представляешь, как это раздосадует американцев, обожающих кредиты. Мне кажется, что все городки на Среднем Западе выглядят так же, как мой собственный, — пустые дома, трава по колено, и при этом хозяева домов не желают объявляться. Кажется, пришла пора пожинать то, что мы посеяли».

Да, это старая библейская мудрость, но мы продолжаем чесать затылок: почему же так случилось? Чаще всего в вину ставят жадность. В какой-то степени это верно, но все равно не дает глубокого понимания процесса. Что же такое «долг», которым мы так околдованы? Он, как воздух, всюду вокруг нас, но мы задумываемся о нем лишь тогда, когда начинаются сложности с доходами. Бесспорно, долг — это то, что неотделимо от нашей коллективной плавучести. В хорошие времена мы благодаря ему держимся на плаву или, как на наполненном гелием воздушном шаре, поднимаемся все выше и выше, а шар все раздувается и раздувается, пока какой-нибудь шутник не ткнет в него булавкой и мы еще стремительней не полетим вниз. Но какова природа такой булавки? Еще один мой знакомый любил утверждать, что самолеты летают только потому, что сидящие в них люди, вопреки здравому смыслу, верят в то, что самолеты могут летать. Без такой слепой веры они бы незамедлительно упали на землю. Неужели с «долгом» происходит то же самое?