Услыхав, что говорит Томми, все взорвались смехом. Затем Дэниэл взглянул на Лайзу и сказал: "Хорошо, если это факт, то похоже им тоже придется поладить с двумя новыми сыновьями. Есть какие-нибудь проблемы с этим, Лайза?" Взглянув на своего мужа, та поцеловала его и ответила: "Ни малейших, Дэниэл."
Затем миссис Линдстрем произнесла, что еще есть еда, лучше бы они садились все прямо сейчас, прежде чем она остынет. Миссис Вильямсон сказала, что они не могут навязываться на их семейную встречу. Миссис Линдстрем ответила: "Ерунда! Я всегда делаю достаточно, чтобы накормить небольшую армию." Затем она сказала им, что это решено, она не хочет слышать ни единого слова. Эрик показал им ванную комнату, чтобы они могли помыться, и взял у них пальто. Потом он доставил пальто к стойке в холле и повесил на крючки.
Между тем, стулья были расставлены вокруг стола, было установлено больше сидений, и к моменту, когда его родители закончили, все были уже готовы. Он обнаружил, что его мать будет сидеть справа от мистера Линдстрема и слева от Марти. Сам Эрик будет сидеть между своими родителями, для этого был единственный стул с подушкой на нем. Томми находился почти напротив Эрика, что обрадовало обоих мальчиков.
Все были усажены. Мистер Линдстрем посмотрел на своего старшего, снова с чувством гордости в глазах, и попросил его сказать молитву. Марти склонил голову, прося благословения на еду и всех, кто за столом. Подняв голову, он произнес: "Аминь." Все другие вторили ему, затем принялись за еду.
У еды в эту ночь был отличительный признак. Стол был оживлен разговором. Пища была превосходной, и у всех обнаружился аппетит. "Тем не менее, одно неясно", - произнес мистер Линдстрем. Он все еще не может понять, как кто-то добрался до Марти! Кто-нибудь, пожалуйста, сообщит ему это?
Эрик и Томми посмотрели друг на друга и начали хихикать. Марти рассмеялся и сказал: "Хорошо, папа, я думаю, ты можешь захотеть поговорить об этом с Эриком!"
"Хорошо, Эрик", - сказал мистер Линдстрем, теперь притворно сурово. "Как ты сумел все это?"
Это привело обоих мальчиков к еще большему смеху. Наконец, папа Эрика сказал ему вспомнить хорошие манеры и ответить на вопрос. Все еще немного хихикая, тот произнес: "Да, папа." Затем он взглянул на мистера Линдстрема с широчайшей усмешкой на лице. "Хорошо, сэр, был только один способ, с помощью которого я мог сделать это так быстро."
Изогнув брови, тот произнес: "И какой это был способ, Эрик?"
Снова открыто засмеявшись, Эрик сказал ему, что связался с Марти по компьютеру!
Мистер Линдстрем выглядел так, словно его ударили кувалдой! Его глаза широко раскрылись, рот открылся на минуту, затем он с лязгом захлопнул его. С выражением отвращения на лице, он сказал, что оценил это! Где-то во всем этом беспорядке, там просто ДОЛЖЕН БЫЛ находиться некий проклятый включенный компьютер! Мне они ВСЕ ЕЩЕ не нравятся.
Эрик и Томми посмотрели друг на друга и свалились в таком сильном хохоте, что едва не намочили свои джинсы! Обоим отцам потребовалось несколько минут, чтобы опять взять сыновей под контроль. Когда их успокоили, мистер Линдстрем снова, тем не менее, показал пальцем на Томми. Томми сразу угомонился и выжидающе взглянул на своего отца.
Тогда мистер Линдстрем сказал Томми, что тот будет узнавать о компьютерах все, что может. Он взглянул на Эрика и мистера Вильямсона, спросив их, не займутся ли они обучением Томми компьютерам. Мистер Вильямсон глянул вниз на Эрика и произнес: "Хорошо, сынок? Как относительно этого? Подумай, можем ли мы помочь Томми изучить компьютеры?"
"Ладно, папа", - сказал Эрик задумчиво, - "я не знаю." Увидев пораженный взгляд Томми, он смягчился. Подняв глаза на своего папу, он сказал, что Томми отстает в этом. Это значит, что тот должен провести несколько уик-эндов в их доме, чтобы догнать, правильно, Томми? Сказав это, он ударил Томми ногой под столом. Томми подпрыгнул, удивленно взглянул на его лицо, затем, увидев выражение на лице Эрика, быстро сказал им, что Эрик прав, он должен сделать массу созидательной работы.
Марти начал просто хохотать, направляя свой палец от Эрика к Томми, затем снова возвращаясь к Эрику. Утерев глаза, он сказал, что никогда не видeл подобного жульничества, причем так красиво изложенного! За все годы на Военно-морском флоте в качестве военнослужащего рядового состава перед получением им офицерского звания он никогда не видeл такого жулика, какого увидал здесь этой ночью, прямо в его собственном родительском доме.
Эрик склонил голову, яростно покраснев. Он знал, что его папа поймет, чего он добивается, но не подумал, что и другие это раскусят. С глуповатой усмешкой на лице, он только сказал им: "Хорошо? Мальчику просто изредка надо попробовать это, правильно?"
Все засмеялись над этим. Папа Эрика взъерошил волосы сына, назвав его младшим Макиавелли. Эрику все это надоело, но он был в высшей степени счастлив от мысли, что его план имел успех!
Наконец, когда Вильямсоны прибыли домой, Эрик со вздохом благодарности поднялся в свою комнату. Распаковывая свой чемодан, то обратил внимание, что его компьютер все еще работал. Он подошел к нему, заметил, что было на экране, и поспешно сел. Поморщившись от боли, вызванной его приседанием, он отменил программу, которая работала в данный момент. Он выключил компьютер, похлопав его, как если бы тот был верным домашним животным, затем поднялся, чтобы идти в ванную комнату.
Его отец вошел, чтобы помочь ему принять душ, затем помог исцелить его раны. Потом он помог Эрику влезть в пижаму и провел его к кровати. Приподняв, он осторожно опустил сына на живот и натянул на него покрывала.
К ним присоединялась мать Эрика, которая дала ему поцелуй, а затем пилюлю, которую доктор требовал давать ему для сна. Эрик принял ее, сделав гримасу на ее вкус, и лег обратно. Улыбнувшись своим родителям, он сказал, что рад быть снова дома в своей собственной кровати. Еще раз поцеловав и обняв его, они оставили его комнату, пожелав ему спокойной ночи и сладких снов.