И этот таинственный орган должен быть вполне дееспособен. Ветхий Завет говорит следующее: «У кого раздавлены ятра или отрезан детородный член, тот не может войти в общество Господне»[21]. Раввинам, прежде чем им дозволялось служить в храме, приходилось предъявлять свои мужские органы и доказывать, что они находятся в рабочем состоянии. Позже нечто подобное стали требовать и от католических священников — и даже от Папы Римского. «Когда 11 августа 1492 года Родриго [Борджиа] был избран в папы, приняв имя Александра VI, — писал английский историк Уильям Роскоу, — то перед коронацией в соборе Святого Петра его отвели в сторонку, чтобы произвести окончательную проверку его способности пребывать на этом посту, хотя в его случае к ней можно было и не прибегать». Последние слова, несомненно, намекали на то, что у этого Папы Римского был сын, Чезаре Борджиа, один из самых известных политических деятелей тогдашней Европы.
«Окончательная проверка», о которой пишет Роскоу, сводилась к тому, что будущего Папу Римского сажали на специальное сиденье, называемое по латыни «sedes stercoraria» («навозное кресло»). Этот предмет, напоминающий допотопный стульчак, был сделан так, что, когда вновь избранный папа садился на него, его мошонка и яички опускались в специальное отверстие, чтобы специально выбираемый для этой цели кардинал мог убедиться в их существовании. Согласно легенде, происхождение это обычая было связано не столько с предписанием Ветхого Завета, не позволявшим кастратам входить в круг священнослужителей, а тем более занимать столь высокий пост, сколько с тем конфузом, который будто бы случился в Риме в IX веке, когда женщина, переодетая в мужское платье, некоторое время стояла во главе Святого престола под именем папы Иоанна VII. Было такое на самом деле или нет, сказать трудно, однако женщину эту и по сей день называют папессой Иоанной — да и специальное «проверочное кресло» также несомненно существует[22]. О том, что оно в самом деле имеется, свидетельствует, например, Питер Стэнфорд, бывший редактор лондонской газеты «Католический вестник», который, по его словам, даже смог немного посидеть на нем в одной из задних комнат Ватиканского музея. В своей книге «Папесса» Стэнфорд пишет:
Я присел на это кресло, и ощущение было такое, словно я что-то осквернил. В Ватиканском музее атмосфера, как в соборе, к тому же меня с самого детства учили ничего не трогать в Божьем доме… Но вот, с сильно бьющимся сердцем, побледнев от ужаса, я все-таки откинулся назад… Когда моя спина приняла вертикальное положение, я тут же почувствовал, что отверстие в сиденье, похожее на большую замочную скважину, было именно там, где нужно.
В библейском Ханаане некоторые из соседей древних иудеев воспринимали связь между пенисом и божественной властью на Земле буквально. «В таких племенах, — пишет в своей книге «Мифология секса» Сара Денинг, психоаналитик юнгианской школы, — для нового царя было не столь уж необычным съесть пенис своего предшественника, дабы преисполниться его священной властью». Как утверждает Денинг, доказательством существования подобного обычая, как и того, что иудеи наложили на него запрет, служит известная история из Книги Бытия: когда Иаков боролся с Богом, Тот, в разгар этой схватки, «коснулся состава бедра его[23] [Иакова]» (Бытие 32:25). По этой причине, как сказано в Библии, «…и доныне сыны Израилевы не едят жилы, которая на составе бедра, потому что Боровшийся коснулся жилы на составе бедра Иакова» (32:32).
Однако клятвы они давали как раз на бедре. В Книге Бытия Авраам приказывает своему слуге Элиэзеру: «…положи руку твою под стегно мое[24] и клянись мне Господом, Богом неба и Богом земли, что ты не возьмешь сыну моему [Исааку] жены из дочерей Хананеев, среди которых я живу» (24:2–3). Позднее Иаков, которого к тому времени уже звали Израиль, просит своего сына Иосифа: «…положи руку твою под стегно мое и поклянись, что ты окажешь мне милость и правду, не похоронишь меня в Египте, дабы мне лечь с отцами моими» (47:29–30). Все это вызывает недоумение, лишь если не знать, что переводчики Библии нередко использовали слово «чресла» (или, как здесь, «стегно») в качестве эвфемизма слова «пенис»[25]. Так, в книгах Бытие и Исход сказано; дети Иакова вышли из его «чресел». Сегодня представляется очевидным, что священная клятва между древними иудеями скреплялась прикосновением руки к мужскому органу. Ведь клясться на этом таинственном органе было все равно что клясться самому Богу. Можно ли яснее выразить божественную суть пениса? И хотя об этом мало кто догадывается (особенно в американском суде), сама идея клятвы, даваемой положив руку под бедро (то есть обхватив яички или поместив руку где-то рядом), сохранилась сегодня, по прошествии почти четырех тысячелетий, в английском слове «testify», что значит «свидетельствовать», происходящем от слова testicle («яичко»).
21
Второзаконие 23:1 — «В общество Господне», то есть в израильскую общину, не могли быть принимаемы в качестве ее членов, в числе прочих, кастраты, так как закон чужд всякой противоестественности (примечание из «Толковой Библии А. П. Лопухина» 1914 года).
22
Сегодня превалирует мнение, что это, скорее всего, легенда, которую распространяли в свое время в качестве «черного пиара» протестанты, стремившиеся любыми способами очернить авторитет папства.
25
Чресла — бедра, поясничная часть тела. Символизируя крепость мужчины, в русской Библии что слово употреблено в переносном смысле. Стегно, по Далю, «верхняя часть ноги от таза до колена».