На астраханских ханов сильно давили ногайцы, а особенно – Крым, и ханы Астрахани стали сближаться с Россией, в 1533 году был заключён союзный договор. Однако позднее хан Ямгурчей склонился опять к Крыму. Иван Грозный начал готовиться к походу на Астрахань. Любопытно при этом, что в качестве прикрытия цели похода Иваном была выдвинута версия, что он собирается искать свою отчину – древнюю Тмутаракань, отданную в своё время в удел киевским великим князем Владимиром Святославичем сыну Мстиславу Владимировичу Храброму.
В 1554 году к Астрахани двинулось 30-тысячное войско во главе с воеводой князем Ю. И. Шемякиным-Пронским, к которому в пути присоединился воевода князь А. Вяземский с вяземскими служилыми людьми. Кампания была успешной – Ямгурчей бежал в Азов, 7 июля русские полки добили астраханскую рать, освободив множество русских невольников. В Астрахани сел ханом – в качестве «подручника» Москвы – Дервиш-Али с обязательством платить ежегодно 40 тысяч алтын деньгами и поставлять 3 тысячи осетров, белуг и другой ценной рыбы. Увы, и Дервиш-Али смотрел в сторону Крыма и крымского хана Девлет-Гирея. Тогда в поход двинулись стрельцы под командой голов Черемисинова и Тетерина, казаки атамана Колупаева и из Вятки (Хлынова) – отряд головы Писемского. Однако основной удар Дервиш-Али нанёс атаман Ляпун Филимонов. Хан бежал в Азов, Астрахань окончательно покорилась Москве.
А к 1557 году в состав России вошла бо́льшая часть башкир, экономически и политически давно тяготевших к Москве. Башкирские племена (самоназвание башкорт) жили в Приуралье и на Южном Урале, кочевали в Прикаспийских степях между Волгой и Яиком (Уралом). До нашествия монголов они входили в состав Волжской Булгарии, а затем испытали сильное влияние Золотой Орды. Верующие башкиры – мусульмане-сунниты. Башкирия была включена в удел Шейбана, брата Батыя, а после падения Золотой Орды находилась в составе Ногайской орды, а затем – Казанского ханства. Когда Казань в 1552 году пала, к России была присоединена и Башкирия… В 1574 году на месте ногайского укрепления Туратау («крепостная гора») возникла русская крепость Туратав – нынешняя башкирская столица Уфа.
Иными словами, именно Иван IV Грозный сделал Волгу чисто русской рекой и раз навсегда ликвидировал угрозу безопасности России с востока. В эпоху Ивана IV в 88 километрах ниже Нижнего Новгорода стала собираться ежегодная Макарьевская ярмарка, куда начали съезжаться купцы из Средней Азии, Закавказья, Персии, Индии…
Принципиальное различие между монголо-татарской и русской цивилизационной линией сказалось в том, что татары, как и ранее их предшественники монголы, брали города для того, чтобы разграбить и сжечь, а Иван IV брал Казань и Астрахань для того, чтобы вовлечь новых подданных в сферу общего русского дела – развития территорий, слагающих Русское государство. Через десять лет поволжская татарская конница примет участие в русской Ливонской войне с Западом.
Поволжские народы в сложнейших исторических условиях, при многовековом внешнем давлении и влиянии, не утратили национального самосознания, языка, внутренней общности, однако не сложили собственной государственности, да и не могли сложить её, находясь между Ордой и Москвой. Но поволжские народы приняли зато участие в складывании, укреплении и развитии большой российской государственности. В конце концов какова задача национальной государственности по отношению к историческим интересам того или иного народа? Она должна прежде всего обеспечить историческое существование народа, позволить ему не затеряться, не раствориться бесследно в потоке мировой истории. А эта задача успешно решалась поволжскими народами только при их вхождении в общероссийский исторический процесс в рамках формирования единого российского государства.
После волжских успехов Ивана IV хан Сибирского ханства Едигей признал себя данником Москвы (в 1571 году хан Кучум перестал выплачивать дань, что стало одной из причин похода в Сибирь Ермака). В 1560-е годы вассальную зависимость от Руси признали черкесские и кабардинские князья.
По случаю присоединения Казани Иван IV в 1555 году начал строительство восьмиглавого Покровского собора на Красной площади, ставшего более известным как собор Василия Блаженного… Василий Блаженный – признанный шедевр архитектуры, но при всём величии замысла его строителей не стоит забывать и о заказчике… Место для храма, его композиционное решение и архитектура никак не могли быть выбраны без участия Ивана IV, и в облике храма Покрова проявился не только гений русского зодчего Постника, но и вкус царя, и дух времени. И какова идея! Многоцветье, многообразие Русской земли, но при этом – соединённое и объединённое в одно гармоничное целое…