Выбрать главу

— Боже мой, Нэйтен, неужели тебе не хочется снова увидеть своего собственного брата? Когда ты в последний раз с ним встречался?

— Не помню. Кажется, с тех пор, как мы с ним однажды случайно встретились в Дерхэме, прошло четыре года, может быть, пять. А с того дня, когда он в последний раз видел Лили, минуло семнадцать лет.

Тут его осенило. Как же ему раньше не пришло в голову, что с тех пор прошла такая уйма времени?

Чесс спросила его, над чем он смеется.

— Я подумал о колокольне, — солгал он. — Надеюсь, ты сможешь уговорить Гасси не пытаться залезть на нее.

У него словно камень с души свалился; облегчение было так велико, что совесть не угрызала его за произнесенную ложь. Как он мог столько лет бояться встречи с шестнадцатилетней девушкой? Ведь той девушки уже давным-давно нет, теперь она превратилась в женщину средних лет. Чесс вздрогнула. По спине у нее пробежали мурашки, когда Нэйтен предположил, что Гасси может полезть на церковную колокольню.

* * *

Эдит Хортон не понимала желания Чесс заново построить Хэрфилдс.

— С какой стати восстанавливать все эти огромные, продуваемые насквозь сквозняками старомодные покои, когда у тебя есть новый дом, где полно уютных комнат в современном вкусе?

Но дом Хортонов оказался для Чесс полезным подспорьем. Как и Хэрфилдс, он оставался таким же, как и до гражданской войны. У Генри и Эдит не было денег на какие-либо удобства и усовершенствования в современном духе, и на протяжении последних тридцати лет краска на доме продолжала беспрепятственно облупливаться, шелк и бархат портьер и обивки все больше выцветали и вытирались, от протечек крыши на стенах появлялись разводы, а пол на верхних этажах потихоньку гнил. На этом сходство с Хэрфилдсом не кончалось: Чесс видела здесь мебель, очень похожую на ту, которая окружала ее в Виргинии. Она была сделана в тех же стилях и из тех же сортов дерева. Эдит рассказала подруге о Шератоне, Чиппендейле, Хепплуайте и братьях Эдам[28].

В книжном магазине Джеймса Дайка Чесс приобрела справочную литературу по восемнадцатому столетию и книгу об итальянском архитекторе Палладио, создавшем тот архитектурный стиль, в котором был построен Хэрфилдс. Кроме того, Дайк сообщил, что знает одного архитектора в Бостоне, который специализируется на строительстве домов «под старину».

Чесс писала этому архитектору письмо, когда в комнату вдруг вошел Нэйтен. С ним был человек, которого она прежде никогда не видела.

— Это Дик Рейнолдс, Чесс. Я хочу, чтобы ты участвовала в нашем разговоре. Давай перейдем в библиотеку.

Чесс была заинтригована. Она слышала о Рейнолдсе от Нэйта. Да и дерхэмские дамы, мужья которых занимались табачным бизнесом, тоже рассказывали о нем много интересного. Так же, как Нэйт и как Бак Дьюк, Ричард Джошуа Рейнолдс был рисковый предприниматель, который сделал себе состояние на табаке. Но он производил не сигареты, а жевательный табак, Когда ему было двадцать четыре года, он построил фабричку, в которой была всего одна комната, поселился на ее чердаке и работал с таким напором и такой энергией, что не прошло и восьми лет, как он уже был одной из крупнейших фигур в табачном бизнесе.

Его успех превратил деревушку Уинстон в небольшой город с железнодорожной станцией. Главным зданием города была построенная в 1891 году шестиэтажная фабрика Рейнолдса, занимающая целый квартал.

Теперь, в 1892 году, на Дика Рейнолдса ополчилась «Америкэн табэко компани», контролируемая Баком Дьюком.

— Ты каким-то образом победил его, Нэйт. Я хочу, чтобы ты рассказал мне, как это тебе удалось.

Чесс не могла отвести от него глаз. У Дика Рейнолдса была редкая бородка, острая и длинная, которая двигалась вверх-вниз, когда он говорил. А какие истории о нем рассказывали! Он был не женат, однако это не помешало ему прижить множество детей. Он не считал нужным скрывать свои амурные похождения и даже давал маркам своего жевательного табака имена своих любовниц. Говорили также, что он играет в покер на такие высокие ставки, что люди едут аж из Нового Орлеана, чтобы попытать счастья в игре с ним.

— Раньше я считал, что вы, производители сигарет, не иначе как ненормальные: как можно выбрасывать столько денег на всякую там рекламу и эти дурацкие складные стулья и тому подобное? Я считал так: люди, жующие мой табак, будут его хвалить — вот тебе и реклама. Но теперь и я с головой втянут в эту рекламную войну. Я ввязался в нее в прошлом году; надеюсь, что не слишком поздно. Бак хочет разорить меня, Нэйт. В феврале он купил в Луисвилле большую фабрику, производящую жевательный табак, потом, в апреле, прибрал к рукам еще две фабрики в Балтиморе. Теперь он снизил цену своего табака до себестоимости и заявил всем оптовикам, что они не получат от него ни единой сигареты, если не окажут предпочтения его жевательному табаку «Бэтл экс»[29] перед всеми остальными марками.

вернуться

28

Знаменитые английские конструкторы мебели, жившие в XVIII и начале XIX века.

вернуться

29

Боевой топор (англ.).