Проснулась Радомира от знакомого стука в дверь и встрепенулась, поднимаясь с постели. Неужели она умудрилась так крепко уснуть, что не почувствовала даже, как её вернули в комнату?
– Не хотел разбудить тебя, прости, – Дамир, вопреки обыкновению, нерешительно замер на пороге.
– Входи, – улыбнулась девушка.
Уж этому гостю она всегда была рада.
– Мне нечем отблагодарить, – проговорил мальчик, подняв на неё признательный взгляд, – за то, что ты сделала для моей семьи.
– Для твоей семьи? – недоумённо повторила Рада.
– Мой брат говорит, что благодаря тебе хозяин был мягок с ним и нашими сёстрами, – смущённо пояснил Дамир. – О них хорошо позаботились в замке, разрешили остаться здесь на ночь, а маме выслали лекаря. А ещё еды и помощника, который будет управляться с нашим хозяйством, пока Арис не станет достаточно взрослым, чтобы самому заниматься всем.
– Те голодающие дети – твоя семья? – ахнула Рада.
– Старший брат и три сестрёнки, – подтвердил мальчик. – До тебя я тут был единственным из слуг, кто родился за воротами замка. Меня отправили сюда на услужение, когда… настали трудные времена. Чтобы маме с Арисом меньше ртов кормить. Сёстры слишком малы для такой работы, а Арис теперь старший мужчина в семье, ему их бросать никак нельзя. Поэтому здесь оказался я.
По мере того, как он говорил, Рада всё крепче прижимала к себе мальчонку. Она могла только догадываться, насколько тяжело тот переживает вынужденную разлуку с семьёй, прячась за показной мальчишеской бравадой. Встрепенувшись вдруг, мальчик затараторил уже в своей обычной манере, что должен бежать, пока его в кухне не хватились, и, горячо поблагодарив за участие, поспешно исчез за дверью.
В этот же момент Рада поняла, что и ей нельзя терять время. Она успела раздобыть колодезной воды и выпить снадобье прежде, чем в комнату вошёл Конрад. Он бесцеремонно сгрёб её в охапку, опустился на кровать, усаживая девушку рядом с собой, и вложил ей в руки небольшую книжицу.
Нежась в окутавшем её ощущении тёплой заботы, Радомира с удивлением изучала страницы книги, которая оказалась детским учебником арифметики. Невольно сравнивала прочитанное с уроками, которые получала, пока были живы её родители.
Как и прошлым вечером, Конрад почти всё время держался несколько отстранённо, лишь изредка помогая справиться с каким-нибудь затруднением в учебнике. Но в какой-то момент всё же порывисто прижал девушку к своему крепкому телу и скользнул губами по её виску.
– Ты хорошо проявила себя сегодня, девочка моя, – выдохнул он и легко прихватил губами мочку её уха.
– Спасибо, – пробормотала Рада и потёрла слипающиеся веки.
– Отдыхай. – Он вынул книгу из её слабеющих рук и откинулся на подушки, устраивая девушку на своей груди. – Восстанавливайся. Набирайся сил.
Окутанная запахом своего дракона, девушка постепенно погружалась в сладкую дрёму. Ей казалось, будто она пари́т высоко в небесах рука об руку или, точнее, крылом к крылу с огромным могучим ящером, в глазах которого ей чудилось обещание безмерной любви и счастья. Рада тоскливо вздохнула, краем сознания ощутив прикосновение горячих губ к своему лбу, и провалилась в глубокий сон.
Глава 6
Так проходили день за днём. Конрад взял за привычку будить свою истинную обжигающими ласками, но ни разу ещё не позволил себе зайти слишком далеко. После чего он отправлялся по своим безотлагательным делам, а Рада брала в руки одну из тех книг, что каждое утро оставлял ей дракон. К полудню, иногда в компании Кродана, она выходила во внутренний дворик подставить лицо ясному солнышку, попробовать плоды растущих в саду деревьев и кустарников и, конечно, набрать немного воды из колодца. После чего направлялась в главный зал, чтобы занять всё то же кресло по правую руку от главы клана, и вникала в проблемы череды просителей.
Вечерами Конрад всё так же навещал её перед сном. Теперь он совсем не походил на того устрашающего хозяина, каким виделся Раде в её первые дни в замке. Был неизменно вежлив и мил, справлялся о самочувствии. Рада читала вслух и засыпала в его уютных объятиях под действием снадобья.
Избавившись от мучительных снов, девушка начала чувствовать себя уверенней в присутствии своего дракона. Она перестала вздрагивать и напрягаться от каждого его прикосновения. Научилась управлять жаром, который охватывал её от этой близости, позволяла ему свободно течь по жилам, согревать каждую частичку её тела. Научилась наслаждаться им.
Лишь раз между девушкой и драконом пробежала тень размолвки. Среди просителей в тот день неожиданно оказалась Рина. Радомира не скрывала радости от встречи с девушкой, к которой успела прикипеть душой, пока они делили комнату, и выразила искреннее сожаление от того, что обязанности Добрины и положение самой Рады не позволяли им увидеться в последние дни. Служанка в ответ смущённо опустила взгляд и крепко сжала ладонь сопровождавшего её молодого человека.
А дальше произошло неслыханное: слуга и служанка вопреки всем установленным в замке правилам попросили хозяина разрешить им брачную связь. Конрад нахмурился.
Почувствовав его категоричный настрой, Рада поспешно сжала ладонью руку своего дракона. «Позволь им», – одними губами прошептала она. Недовольство, пробежавшее по его лицу, заставило девушку вскочить на ноги и потянуть Конрада за собой, не выпуская его предплечья из своей цепкой хватки. Тот, к счастью, не стал противиться и прошёл за ней в ту самую дверь, за которой не так давно драконы обсуждали, как защитить свои земли.
– Пожалуйста, – умоляюще выдохнула Рада, отпустив его руку. – Нельзя идти против такой любви. Ты сам говорил, что это может плохо кончиться.
Она прекрасно понимала, что в отношении неё самой тогда речь шла вовсе не о любви, но не смогла подобрать других слов, чтобы достучаться до дракона.
– С чего ты взяла, что между ними настолько сильное чувство? – сощурился тот. – Давно начала разбираться в предназначении?
– Я… не… – опешила под его напором девушка. – Не разбираюсь. Но то, что они осмелились предстать перед тобой с такой просьбой, уже о многом говорит, разве нет?
– За пределами замка их связи никто не помешает, – смягчился Конрад. – Слуг у нас более чем достаточно, пусть отправляются в деревню.
Но Радомира была уверена, что отпускать из замка служанку с её возлюбленным нельзя. Хоть и сама не понимала, почему.
– Они оба родились и выросли здесь, в этом замке, – попыталась она найти убедительный довод. – Жизни за его пределами совсем не знают. Я чувствую, что быть беде, если ты прогонишь или разлучишь их.
С замиранием сердца девушка наблюдала за выражением мужественно-сосредоточенного лица в ожидании вердикта. Несколько мгновений Конрад прожигал её пристальным недовольным взглядом. Затем вздохнул.
– Завтра они отправятся к алтарю. Если магия подтвердит их связь, так тому и быть.
– Спасибо!
Повинуясь радостному порыву, она благодарно обвила руками его шею, отчего Конрад на мгновение замер, потом осторожно обхватил широкими ладонями девичью талию. И тут же отпустил, неохотно отступая.
– Нас ждут, – чуть хрипловатым голосом напомнил он.
Рада кивнула и, сгорая от смущения, вышла в зал.
Следующим утром, проснувшись от обжигающих прикосновений, она смело встретила тёмный жаждущий взгляд и потянулась к губам своего дракона. За всё то время, которое он нежил и ласкал её, они ни разу не поцеловались по-настоящему. И девушка решила, что пора это исправить.
Конрад её неожиданное стремление горячо поддержал. Она успела заметить вспышку удивления и самодовольства в глубине его драконьих глаз, прежде чем полностью погрузиться в ощущения, которые дарили его губы и язык. С упоением отвечая на его поцелуи, она неосознанно стремилась прижаться к нему всем телом, вжаться в него, стать одним целым.