— У стариков всегда много забот. Только пять минут опоздания, а уже делаешь выговор. Что бы ты придумал, если бы я опоздал на десять минут?
— Вызвал бы на комсомольское собрание.
— От тебя всего можно ждать.
— Товарищи! — начал Жуманияз и запнулся. Он всегда был находчив на слова, а сейчас волновался, в голосе появилась дрожь. — Давно, двадцать лет назад, еще ребенком, с сумкой за плечами я один пешком в зимнюю пору уходил из родного аула искать работы. Сегодня вы, сыны Казахстана, не в одиночку, а сообща едете искать — не работу, нет, а знания. Русские рабочие, русские друзья собрались здесь, чтобы с почетом проводить отъезжающих. А там, в Донбассе и Кузбассе, вас ждут широко открытые двери. Поездка организована ради того, чтобы облегчить наш труд, сделать его более производительным. А достигнуть этого можно, только овладев передовой техникой. Не говоря уже о молодых рабочих, даже опытный кайловщик Исхак и тот не сможет без новых знаний поспеть за темпами Караганды. Поэтому я призываю: осваивайте богатую практику Донбасса и новую, социалистическую технику. Скажу прямо, как представитель профсоюза: только тот будет считаться передовым и полноценным шахтером, кто научится управлять машиной.
— Вот это правильно сказано, — поддержал Сергей Петрович. — Шахтер — великое звание.
Положив свой узелок на колени сидевшего рядом мужа, Балжан вскочила с места.
— Товарищ Щербаков! Даю слово, что вернусь машинистом электровоза!
Послышался басистый голос Акыма:
— А я освою врубовую машину!
Заикающийся молоденький парень, когда-то работавший в бригаде Хутжана, с трудом выговорил:
— Мне г-горно-спасательное дело!..
Голоса неслись со всех сторон. Зал наполнился гулом. Жуманияз поднял руку:
— Знаю! Все вы жадно стремитесь к знаниям. И добьетесь своего. Однако надо поторапливаться. Поезд скоро уходит. Группу, которая едет в Донбасс, возглавляет товарищ Исхак, а с теми, кто едет в Кузбасс, мы посылаем товарища Сейткали. Ну, счастливого пути, товарищи!
Последним попросил слова механик Козлов.
— Могу вас заверить, дорогие друзья: вы приедете в Донбасс как в родной дом. Весь опыт, все знания, которыми обладают донбассовцы, они передадут вам. Кланяйтесь от нас могучему Донбассу.
Люди дружно встали с мест и направились к дверям. К ним присоединились те, кто ждал в фойе. Шумная толпа двинулась к станции. Козлов шел рядом с Акымом, не переставая говорить:
— Он мой старый друг. Не только хороший мастер, но и замечательный учитель. Все, что знает, вложит тебе прямо в душу. В письме к нему я пишу обо всем. Ты не стесняйся. Спрашивай, если что будет непонятно.
Ковалюк и Лапшин шли с Балжан.
— В Донбассе сейчас сосредоточены все виды новой техники, — говорил Ковалюк. — Электровоз — не простая машина. Хорошенько учись электротехнике.
— Привыкай и к слесарному делу, — наказывал Лапшин, подняв указательный палец. — Без этого не станешь хорошим машинистом.
Дали звонок. Отъезжающие поспешили к вагонам. Балжан, задержавшись, посмотрела на своего мужа и сказала:
— О мой большеголовый! — коснулась рукой его подбородка и пошла в вагон.
Одни крепко пожимали друг другу руки, другие целовались. Акым прощался со своей прослезившейся тетушкой. Поезд тронулся.
— Счастливого пути! — раздались голоса.
Лес поднятых рук, множество глаз, устремленных на окна вагонов, провожали поезд, набиравший скорость.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Очередное заседание бюро городского комитета партии проходило напряженно. За длинным столом сидели Щербаков, Жуманияз, Ермек, Козлов, Жанабыл, Бейсек, Рымбек и Антонина Федоровна. Рядом с ней — новый работник горкома Марияш. Заседание вел Мейрам. Разбиралось дело о злополучном мешке, который таскали по домам Байтен и Махмет, о всем, что всплыло в связи с этой грязной историей.
Канабек подробно докладывал:
— По поручению горкома наша бригада расследовала жалобы рабочих на хищения и разбазаривание продуктов. Проверили мы и заметку, напечатанную в «Карагандинском рабочем» по тому же поводу. Установлено, что мешки и ящики с продуктами доставлялись разным лицам неоднократно. По показанию Байтена, некоторые подношения были сделаны и товарищам Бейсеку и Рымбеку. Трехдневная проверка работы трех магазинов показала, что недовес хлеба составил два с половиной центнера. А у нас десятки магазинов и ларьков, обслуживающих тысячи рабочих. Продавцы проверенных магазинов оказались родственниками завмагов, а завмаги — друзьями и близкими людьми Махмета. Многим вновь прибывшим рабочим карточки выдавались с опозданием, а при выдаче удерживалась часть пайка. Жулики из магазинов ухитрялись получать продукты по аннулированным талонам. Путаница и хаос в выдаче и отоваривании карточек требуют особого расследования. Создается впечатление, что воры действовали организованно.