В тихой и мирной семейной жизни, которую проводила Горгония, было, однако же, одно обстоятельство, которое очень тревожило ее.
Муж ее Никовул, отличавшийся большими достоинствами и высокими качествами души, не был еще освящен Святым Таинством Крещения, и Горгония усердно молила Бога послать ей утешение видеть еще при жизни своей мужа своего христианином. Праведная и пламенная молитва ее была исполнена, и когда совершилось над Никовулом Таинство Крещения, то, чувствуя уже в себе начало смертной болезни, Горгония все свои мысли устремила на приготовление к отшествию из земного мира в вечность. Ей было тогда только 39 лет, но, чудно предупрежденная о времени своей кончины, она не смутилась преждевременностью ее и, дождавшись от Господа исполнения заветнейшего желания своего сердца, стала мирно и с покорностью ожидать последней минуты своей жизни. Для верующей души ее не существовала разлука с близкими, хотя и остававшимися еще на земле: для нее существовало только соединение с ними во Христе, соединение со Христом, к Которому всегда стремилась она с верою и чистейшею любовью. О кончине же ее послушаем описание брата ее Богослова:
«Когда же была она при последнем издыхании, – говорит святитель Григорий в надгробном слове сестре своей, – стояли вокруг нее домашние и посторонние, пришедшие воздать последнее целование; престарелая мать воздыхала и терзалась душою (ибо желала бы предварить ее отшествием), общая любовь смешивалась со скорбью; одни желали бы услышать что-нибудь на память от нее, другие сами сказать; но никто не смел произнести слова; безмолвны были слезы, и скорбь неутешна; непозволительным казалось сопровождать рыданиями отходящую с миром; глубокая соблюдалась тишина, и смерть имела вид какого-то священного торжества. А она, по-видимому, была бездыханна, недвижима, безгласна; ее молчание заставляло думать, что тело оцепенело и органы гласа уже омертвели по причине удаления того, что приводило их в движение. Но пастырь, тщательно наблюдавший в ней все перемены, потому что все происходившее с нею было чудесно, приметив легкое движение губ, приложил ухо к устам, на что давали ему право близость и единодушие... Ею были произносимы псалмопения, именно, слова исходного псалма, и (если нужно выговорить истину) свидетельствовали о дерзновении, с каковым кончалась Горгония. Блажен, кто упокоевается с сими словами: В мире вкупе усну и почию (Пс. 4, 9). Сие и воспевала ты, сие и исполнилось на тебе, совершеннейшая из жен; это было и псалмопение и надгробие по отшествии тебе, прекрасно умиренная по мятеже страстей и в общую чреду успения вкусившая сон, даруемый возлюбленным Божиим, как прилично было той, которая и жила и отошла со словами благочестия... »
Кончина святой Горгонии последовала около 372 года.
Память Преподобного Александра, обители Неусыпающих первоначальника
Родом из Асийских стран. Получив образование в Царьграде, вступил там же в военную службу, но чрез несколько времени оставил ее, чтобы служить Единому Богу. После подвигов в Сирии прибыл в Константинополь и основал обитель Неусыпающих. Скончался после 50-летних подвигов 3-го июля 430 года. Обитель Неусыпающих названа так потому, что по уставу преподобного Александра иноки беспрерывно день и ночь пели псалтирь на двух клиросах, переменяясь по часам. (Вторично вспоминается 3-го июля).
Память о преподобных Моисее Белоезерском и Поликарпе Брянском
По описанию святых Белоезерских, «преподобный Моисей, прозорливый инок, на посаде Белоозера в Троицком монастыре», почил после преподобного Кирилла Белоезерского (1427 г.) и прежде преподобного Кирилла Новоезерского (1532 г.). поелику же Троицкий Устьшехонский монастырь перенесен на посад Белоезерский около 1480 года[375], то подвиги преподобного Моисея прозорливого надобно отнести к концу ХV века. Преподобный Моисей чтится местно[376].
О преподобном Поликарпе Брянском известно только то, что он был основателем Брянского Спасского монастыря и что он после долгой подвижнической жизни скончался игуменом своей обители февраля 23-го. В описи монастырей 1662 года читаем: «за Спасским (Брянским) монастырем и Поликарпа чудотворца 13 дворов». По этому известию, преподобный Поликарп скончался прежде 1662 года и в этом году уже известен был по чудесам. Мощи его почивают под спудом в Брянском Спасском храме, с 1764 года, по упразднении монастыря, приходском[377].
375
377