— Где ты провела ночь?
— Это единственное, что тебя интересует?
— Нет, родная, не только. Я искал тебя всю ночь до утра.
— Но не нашёл. — И хитрая полуулыбка коснулась её губ.
— Не мучь меня? Скажи правду, я все приму.
И ей пришлось поднять глаза и опалить холодом лицо мужа.
— Я была в безопасности. В кругу очень хороших людей. Этого достаточно.
— Ты стала ледяной.
— Что. — Вера задержала дыхание.
Она посмотрела по сторонам и вновь смогла поднять взор. И холодными льдинами своих голубых глаз заморозила зелень мужа.
От неё шёл такой холод и боль. Николай не смог подыскать правильные слова.
— Знай, ты единственная и любимая женщина в моей жизни. Была, есть и останешься таковой.
На языке вертелись множество фраз, но все они были жалкими.
— А Мила? Помутнение? Ошибка. Первый и последний раз. Роковое стечение обстоятельства?
Николаю нечем было крыть. Увы, это не первая встреча с Рыжей. Командировка в Москве врезалась в памяти, как клеймо. И врать жене он не мог и не имел права. Вера все поймет.
Но как признаться об этом любимой жене. И рассказ не выглядел как ложь, лицемерие.
Да, вчера был поцелуй. И чёртовы расстегнутые штаны. Николай прикрыл глаза.
Как рассказать так, чтобы не походило на тупое оправдание?
Ведь правда в том, что Людмила облила его соком. Специально.
Николай теперь на девяносто процентов уверен в этом. Все было подстроено. Мила вынудила его приехать своим шантажом.
****
Он на протяжении четырёх недель уходил от встречи. Но вчера в обед получив снимки.
Где на фотографиях он запечатлён с Милой. Откровенные фотографии. Где отчётливо видно все. Как они лежали в одной кровати обнажённые.
Николай, увидев эти фото, позеленел. Он был в ярости. Немедленно выскочил из клиники. В форме. И набрал номер.
Она ответила мгновенно. Ждала.
— Что ты хочешь?
— Здравствуй, Николаша. Я истосковалась.
— Что тебе надо, Людмила!
— Какой грубый котик. Ты же помнишь, что я люблю сокращённое Мила. А лучше темпераментная тигрица. Так ты называл меня в нашу первую ночь.
Николаю пришлось проглотить весь сахар её слов. Хотелось послать её в задницу. И никогда больше не беседовать и тем более встречаться.
Но тот факт, что она предоставила компрометирующие его фотографии. Придётся сцепить челюсть и промолчать.
Гнев сжигал его самообладание все сильнее.
Он ждал, что она ему предъявит. Но терпения было на исходе. Николаю хотелось расколотить мобильник.
— Приезжай сегодня в восемь ко мне в салон. Адресок пришлю. Я буду тебя ожидать, котик. — И тут же повесила трубку.
Шестнадцатая глава
Ей было неуютно и плохо в объятиях мужа. Он чужой. Она не знала этого мужчину. Который раньше был безупречным. Раньше все было по-другому. Он был её опорой. А теперь… Она рассыпается, не понимает себя. Хочется свернуться на кровати в позе эмбриона и отстранится от всего вокруг.
Вера вновь хотела убежать. Прекратить этот маскарад. Но ради детей и больной матери балансировала. Но она переоценила свои силы.
Вера была чрезвычайно рада, когда закончились последние аккорды музыки.
— Пусти.
И Николаю пришлось разомкнуть руки. И выпустить Веру их своих объятий. Она тут же направилась к бару, подхватила бокал и сделала три жадных глотка. Алкоголь стремительно действовал. Помогал сбросить накал.
Макс тоже не отставал и активно помогал. Развлекал. Травил анекдоты.
Все шло по запланированному плану, который сама же и придумала. Гости улыбались, были заняты. Столы наполнены, фуршет, танцы. Смех и веселье.
Только двум главным людям на этом празднике совсем не до веселья.
И опять заиграла мелодия. Это была их с Николаем песня. Вера снова сжалась пружиной. Когда же завершится этот вечер.
— Верочка, дочка, что случилось. Это же ваша песня — поинтересовалась свекровь.
У Веры просто не было сил. На поддержку пришёл муж.
— Мам, все в порядке. Я обидел Верочку, — он чмокнул мать в щеку, протянул руку жене. — Подари мне ещё один танец, любимая.
Как же его высказывания ранили. Что для него эти слова….
Они вновь прошли в центр импровизированного танцпола. Вере пришлось положить свои ладони на его грудь. Было желание оттолкнуть. Но опять пришлось собраться, сделать колоссальные усилия.
Они молчали, и Вера не выдержала первой:
— Ты хотел поговорить. Мы не завершили прошлый разговор.
Николай просто не знал, как преподнести ей правду. Признаться, что изменил ей с Милой еще месяц назад.