— Коля, что ты безмолвствуешь. А я все понимаю. Это не в первый раз. И рога у меня ветвистые. Ты мне отвратителен.
Вера старалась вырваться, но он прижал её к себе сильнее.
— Дай нам шанс, — только и смог сказать муж.
Пытался удержать. Запустил ладонь в ее волосы. Вдыхал любимый аромат. Своей единственной женщины. Николай наслаждался предоставленной возможность.
— Пусти немедленно. Мне плохо! — Он тут же разжал объятия, и Вера попятилась. Прижимала ладонь к лицу. И старалась делать неглубокие вздохи, прогнать тошноту.
— Вера, тебе нужна помощь — взволнованно спросил Макс.
— Да, проводи меня в дом. Меня мутит.
В это время к Николаю подошла Лиза. И пригласила его на танец. Он не стал давить на жену. Хотя он рвался на помощь. Но Вера сейчас не настроена на диалог.
Максим и Вера удалялись от шума. Он продолжил:
— Чиж, а ты сегодня что-нибудь ела?
— Да, завтракала.
— Что конкретно — не отставал мужчина.
— Доктор, мы не на приёме.
— И все же?
— Кофе и сырники.
— Пойдём. Пока ты будешь в ванной, я сделаю тебе сладкий чай и бутерброд.
У Веры кружилась голова. Ей хотелось, чтобы её оставили на пару минут. Побыть наедине. Но она не могла ослышаться друга. И пошла с ним. Максим крепко держал её и направлял.
К ним подскочила София. И с испугом в глазках произнесла:
— Мамочка, ты заболела? А как же праздник.
— Вишенка. Мамочка сейчас выпьет чай и вернётся. А ты будь умницей и должна позаботиться о гостях.
— Дядя Максим, ты же доктор. Мама поправится.
— Разумеется ягодка. Я позабочусь о ней. — Макс ободряющее погладил крестницу по голове.
— А можно мне с вами? — беспокоилась Соня.
— Вишенка. Мама скоро. Просто устала.
— Если через десять минут вы не вернётесь. Я пойду вас искать.
— Договорились, — понимающе согласился Максим.
Они пошли дальше.
— Максим, оставь меня я сама.
— Так я тебе и поверил. Лезть не буду. Но я не слепой. Что сделал Ник? Он тебя обидел? Я пойду набью ему физиономию.
— Лучше чай. Там же мама. И крестницы твои, которые очень впечатлительные.
Вера ощущала, как её спину прожигает взгляд мужа. Внутри она злорадствовала. Пусть поварится в таком же кошмаре. Что и она.
Они вдвоём скрылась в доме и оказались в гостевом санузле. А Макс остался стоять на пороге. Вера, закрывая дверь сказала:
— Иди, я справлюсь.
— Нет уж. Я за тебя отвечаю.
— Макс, меня тошнит. Тебе будет противно. — и закрыла дверь на замок.
— Скажи это кому-нибудь другому. На меня это не действует. Или открой, я помогу. Пальцы в меня длинные, — ответил он в закрытую дверь.
— Ох, пошляк.
Но долго подавлять порыв она не смогла. Только успела врубить мощный напор воды и приглушить звуки.
Приводя себя в порядок, Вера провела быстрый осмотр платья и прически. Она все ещё не узнавала себя в отражении. Все было идеально. Можно выходить.
Открыв дверь, сообщила:
— Я больше не пью.
— Ха-ха. Временами это необходимо. Может тебя увезти — Макс протянул ей чашку с горячим чаем. — Аккуратно.
— Никуда с тобой моя жена не поедет, — прогремел голос Николая.
Семнадцатая глава
Вера не обратила внимание на рык Коли. Приблизилась к барному островку. Прислонилась к нему.
Демонстративно отвернулась. За ее спиной донеслись шаги. За ней последовали оба мужчин. Вполоборота повернула голову. Она испепелила взглядом мужа. И продолжила общаться с Максом:
— Сегодня у меня нет сил, Макс. Я морально и физически выжита, как лимон. А вот супруг может катиться на все четыре стороны.
Послышался шум. Вера обернулась и увидела удивлённый глаза своей мамы. Которая держалась за сердце.
— Верочка, что происходит. Вы поругались — задала вопрос мама.
— Все в порядке, Ольга Михайловна, — ответил Николай. — Вера себя плохо чувствует. Присядьте, — Он поспешил к тёще и помог ей присесть на стул. — Воды?
— Нет, сынок, не надо. Сейчас все пройдёт. Спасибо за заботу, — она одобряющие погладила его по предплечью.
Вера молчала. В груди собирался ком горечи. Она смотрела на заботу и внимание, которую Николай неизменно проявлял по отношению к её родителям. Они были немолоды. После гибели старшего брата мама сильно сдала. Вера прикрыла глаза. Недомогание ещё присутствовало. Тошнота отступила. Чай помогал. Руки были холодные, и кружка очень согревал ладони.
Она корила себя за такое отношение к своему организму. Алкоголь не панацея.
— Я хочу услышать внятный ответ, — донёсся голос мамы. — Что происходит у вас в семье? Вера кардинально изменила внешний вид. — Полувздох. — Тут, разумеется, ваше дело. И мы привыкнем со временем. — Мама прикрыла глаза. — Жалко твои шикарные волосы. Но это не зубы отрастут, — Ольга Михайловна переводила взгляд с Николая на Веру. И обратно.