Силыч высказал опасения:
— Возможно, сейчас они и согласятся для вида, но что помешает им предать в разгар боя?
— Этот вопрос ещё не обсуждался, но будь уверен, я что‑нибудь придумаю.
— Если мы сможем сейчас обеспечить их верность, это будет неплохой помощью, — продолжал сомневаться Ерофей, — но в будущем всё едино не гарантирует от новой войны.
— Нет, — согласился Ярослав, — но рано или поздно Олег приведет с земли три сотни людей, и тогда многое измениться, да и к тому времени модонов, я думаю, тоже прибавиться. Войо перестанут быть нам ровней.
Войо совещались довольно долго. Со стороны казалось, что большая часть племени не горела страстным желанием уходить незнамо куда. Прошла сотня лет, как они здесь живут, и сниматься с обжитых мест по воле каких‑то там Богов, да кому это надо? Тем более узнав, что люди не гонят их силой и что теперь главным зачинщиком исхода являются не Боги или злобные враги люди, а собственный вождь.
Вероятно, несмотря на свой авторитет и власть, Навси–ла–рад оказался в одиночестве. Всеобщее неприятие подавляло даже его железную волю. Его грозный, подобный раскатам грома рык слышался у костра, где собрались старейшины посёлка и те из соседей, которые успели к этому времени появиться. Со стороны Ярослав замечал, как рядовые войо покорно соглашаются с грозными речами господина, но умело и настойчиво гнут свою линию. Вождь становится раздражённым. Вероятно, грозит им карами и тяжкими последствиями неповиновения, а те не явно, но настойчиво не соглашаются. Навси–ла–рад в гневе машет рукой и покидает совет. Ярослав, наблюдая за происходящим и ни слова не понимая, тем не менее, с чувством внутреннего удовлетворения и некоего злорадства видел, что его усилия не пропали даром, а легли на благодатную почву. Вероятно, войо всё же согласятся пусть на временный, но — союз. Это обеспечит ему и его людям не только шанс победы над врагом, но и относительно продолжительный период покоя.
Когда время, отпущенное людьми, истекло, Навси–ла–рад пригласил к костру. Старейшины и представители других поселков уже разошлись, и вождь восседал на своем почетном месте лишь с немногими приближенными воинами.
— Я принимаю союз людей! — коротко и торжественно сообщил он, естественно, не упоминая о тех бурных дебатах, которые предшествовали принятию этого решения, и что он сам до конца оставался противником. Навси–ла–рад как бы выдавал вынужденное действие за свою собственную волю. Ну право слово, не впутывать же людей в их внутренние семейные дрязги.
— Я покорно склоняю голову перед волей Богов и приношу клятву верности Иаославу от всего нашего племени, — вождь склонил голову в неглубоком поклоне. — Я даю самых знатных заложников при условии, что это не будут женщины и дети.
В ответ Ярослав кивком головы как бы принял заверения в верности вождя и уточнил:
— Я принимаю твой народ под свою волю и клятвенно заверяю хранить его интересы наравне с собственными и своего народа…
Навси–ла–рад вновь склонил голову в знак признания.
— …Вы дадите заложников из числа юношей–первенцев от каждой семьи. Они должны быть готовы немедленно выступить вместе с нами. Они будут размещёны в крепости в соответствующих условиях, но свобода их будет ограничена: они не смогут ходить, где вздумают…
Вождь едва заметно кивнул.
- …Воины вашей семьи должны выступить в поход немедленно вместе с нами к побережью. Мы вернем им оружие. Остальные войо должны идти вослед немедленно по готовности. Я рассчитываю на двести–двести пятьдесят щитов, не менее. Во главе с вами вождь.
Навси–ла–рад выразил согласие:
— Я присоединюсь к вам, как только соберу необходимое количество воинов. Думаю, к вечеру все мы будем на месте. Где Дхоу назначает место сбора?
— К востоку от гряды, у подножия Белой башни. Я жду вас к закату. К полночи мы все должны быть на позиции…
Через полчаса отряд Ярослава покинул посёлок, вместе с ним шли пятьдесят пять хорошо вооружённых воинов войо.
Глава 25
Город встретил Ярослава гулом возбужденных голосов перед воротами крепости. Отряд встречала толпа возбужденных колонистов. Всем хотелось быстрее узнать новости: насколько успех сопутствовал воинам. Много ли погибших? Отряд вооружённых войо и пленники в рядах людей вызывали любопытство, недоверие, страх и опасения, что экспедиция в джунгли могла окончиться неудачей. Посреди залива на якоре стоял знакомый корабль Дрегона, и Ярослав, не вступая в затяжные расспросы, поспешил на поиски старого знакомого.