Нам же эта влиятельная организация предсказывает сокращение за этот же период до 108 млн человек. А к 2025 году, по их расчетам, нас будет 116 млн. человек.
Однако туземные геополитики заверяют, что через 16 лет нас будет 145 млн. человек. К примеру, Сергей Миронов — отец «Партии Жизни», зачавший в кремлевской пробирке «левую ногу власти» — это подтверждает. «Если бы мы ничего не начали делать с демографией, — уверяет он, — то к 2080 году в России могло остаться 52 миллиона граждан».
Видно, и впрямь «левая нога» власти давно уже что-то хорошее делает с нашей демографией, чтобы увеличить численность населения до 250–300 млн. человек.
К тому же и единороссы обещают нам увеличить продолжительность жизни на 5–7 лет только за счет потребления чистой воды (без мяса). Для вывода российского населения на чистую воду единороссам требуется до 2020 года всего-то 15 трлн. руб., или около $3400 на душу. Но если разобраться, то за 5–7 лет дополнительной жизни — это и недорого. Помимо этого главный единоросс Борис Грызлов на одной из последних встреч с президентом предложил увеличить рождаемость за счет снижения абортов вдвое. Как это на практике будет осуществляться — он не сказал. Можно предположить, что каждую вторую дамочку в интересном положении единороссы не станут пущать к акушерскому креслу. Хотя на мой демографический взгляд кажется, что лучше уж принять закон, обязывающий вдвое увеличить число сношений на ячейку общества. Или удвоить-утроить выпуск дырявых презервативов. Но спикеру видней. Он мыслит в масштабах страны.
И человеколюбивое правительство РФ по своей линии тоже сулит нам долгую и плодовитую жизнь. В сочинениях Минэкономразвития прямо говорится, что «благодаря росту благосостояния, социальной уверенности и активной демографической политике численность нашего населения к 2025 году может увеличиться до 143–145 млн. человек».
А может и не увеличиться. И кому верить? Это не праздный вопрос. Дело в том, что от демографической ситуации в нашей стране напрямую зависит, сохранится ли Россия в этом столетии в существующих границах. От этого зависит, сохранится ли пространство русского языка на территории Сибири и Дальнего Востока. Словом, вся траектория дальнейшего развития нашей страны теперь полностью зависит от демографических результатов постсоветского периода. Поэтому у руководства РФ не было и нет более важной задачи, кроме задачи по увеличению и сохранению человеческих ресурсов. Это означает, что львиная доля национального богатства должна была вкладываться в человеческое развитие, а не в развитие развитых стран и коррупционно-олигархической модели капитализма. Ведь не случайно же наша нация стала ударными темпами вымирать с 1992 года!
Из анализа российского здравоохранения, проведенного под руководством известного членкорра РАМН, доктора медицинских наук Рената Акчурина, следует, что если бы у нас сохранялась смертность хотя бы на уровне 1990 г., то ежегодно сохранялись бы жизни 800 тыс. человек. Таким образом, на начало 2009 года численность населения России вполне могла превысить 162 млн. человек. Это означает, что наши прямые людские потери от последствий постсоветских реформ уже превысили суммарные боевые потери в живой силе, понесенные противоборствующими сторонами на всех фронтах Второй мировой войны. Включая африканский континент и тихоокеанский театр военных действий.
Хотя для спасения нашего народа от смертоносных реформ необходимо было всего лишь поддерживать уровень жизни населения на отметке 1990 года. А не отдавать страну на разграбление вандалам. Поэтому с приходом к власти самопального «царя Бориса» сразу же прекратился естественный прирост населения. Такого прецедента не было на российской земле со времен царя Гороха. И вообще в мировой практике еще не было случая, чтобы народ высокоразвитой страны вдруг стал вымирать от «демократических реформ», а не от эпидемий, войн или катастроф.
Если графически изобразить на плоскости четыре параметра, отражающие нашу смертность, рождаемость, социальные расходы и доходы населения, то их трудно будет отличить друг от друга. И ломаные линии графиков непременно приведут к мысли о вымирании нашего народа от «острой монетарной недостаточности». Судите сами: в 1992 году наше население лишилось своих сбережений, и с этого же года были отпущены цены. Тогда же президент Ельцин, подобно вождю варваров, бросил клич: «Обогащайтесь!» При этом средняя зарплата в стране в ценах 1991 года сократилась на 33 %. И социальные расходы начали стремительно сокращаться. Сразу же и смертность в стране выросла на 7 %, а рождаемость сократилась на 12 % по сравнению с предыдущим годом. Дальнейшее падение доходов населения и расходов на социальное развитие зеркально отражалось на росте смертности и сокращении рождаемости.
Первая волна «искусственной» смертности в постсоветской России закончилась в 1994 году. За этот год, по сравнению с 1991 годом, так называемые реформаторы повысили смертность в стране на 27 %! И снизили рождаемость на 22 %!
Видно, такие результаты реформирования отрезвили «царя Бориса». И в 1994 году был установлен валютный коридор, делающий невозможным рост курса доллара выше установленного ЦБ РФ. Это один из способов регулирования внутренних цен. Фиксация курса рубля в жестких рамках привела к относительной стабилизации цен и росту внутреннего потребления. К тому же средняя зарплата в стране в 1995 году уже выросла до $103, или до 44,9 % в ценах 1991 года. Прибавка к расходам на здравоохранение тоже благотворно отразилась на населении. Смертность в тот год сразу же снизилась на 4,24 %. Рост доходов населения продолжался до августа 1998 года. К тому моменту средняя зарплата в стране выросла до $170. Поэтому с 1995 г. по 1999 г. смертность в России стабильно сокращалась, оставаясь на уроне стран, находящихся в состоянии войны.
Но в 1999 году средняя зарплата в стране упала до 62 долл. и расходы на медицину сократились до $28 на душу населения. Тем не менее, численность россиян, живущих за чертой бедности — в нищете, по данным Росстата, сократилась за год с 55 до 38,5 млн. человек. Но не потому, что народ стал богатеть от снижения доходов, а потому что снизились стандарты бедности. Поэтому, вопреки формальному снижению бедности, натуральная смертность в стране выросла на 7,25 % по сравнению с предыдущим годом.
Но с приходом Путина средние зарплаты в стране сразу же «подскочили» до $79, или до 43 % в ценах 1991 года. Однако бедность, наоборот, выросла до 42,3 млн. человек. Потому что прожиточный уровень повысился до 1210 руб., или до 54 % от прожиточного уровня в ценах 1991 года. Хотя МРОТ все еще составлял 3 % от средней зарплаты. И только за три месяца до парламентских выборов-2007 МРОТ увеличился до 2300 рублей и составил 17 % от среднегодовой заплаты против 32 % в 1991 году. Поэтому средняя зарплата в 1991 году отличается от средней зарплаты в 2008 году, как средняя температура у живых и покойников. Но некорректные сопоставления позволяют постсоветскому правительству манипулировать понятием «бедность».
Поэтому в эпоху Путина бедность в стране формально сокращалась, а смертность натурально росла до 2006 года. Хотя номинальные расходы на здравоохранение ежегодно увеличивались. В 2000 г. они «выросли» до $37 на душу населения. Через год — до $60. Затем до $74. И в 2003 году расходы на здравоохранение уже достигли $88 на душу, что в номинальном выражении соответствовало аналогичным расходам в 1997 г. Хотя за прошедшие 6 лет цены в стране не стояли на месте. Поэтому все номинальные госрасходы сильно обесценились. Даже с учетом 1000-кратной деноминации 1998 года рублевые цены на потребительские товары с 1997 г. по 2007 г. включительно выросли в 7 раз!