В целом образ девушке нравился: изящная брюнетка с высокой прической, в платье из летящего шелка с кружевом и открытыми плечами. В ложбинку между грудями завлекательно опускается алмазная капелька, подаренная суровым драконом, и такие же украшения поблескивают в ушах. За прошедшее время его отношение к Катерине изменилось, хотя он тщательно старался это скрыть. Будь Катя наивной девицей, а не землянкой, у которой есть опыт общения с мужчинами, то она, скорее всего, этого бы даже не заметила. А так девушка видела все те пылкие взгляды, которые Шервесс бросал на нее исподволь, когда считал, что она не смотрит на него. Мимолетные касания, вроде бы случайные, но не являющие таковыми на самом деле, знаки внимания — все это было подмечено Катериной и самым подробным образом проанализировано. В итоге Катя пришла к выводу, что нужно вести себя так, как и раньше, то есть делать вид, что она не замечает, как меняется отношение агатового к ней. Улыбаться, скромно так, понятливо кивать, когда он рассказывает ей нечто важное, не спорить, дабы не провоцировать огненную драконью натуру на более решительные действия.
Шервесс ожидал свою гостью в коридоре, нетерпеливо меряя его длину своими широкими шагами. За эти дни он понял, насколько сильно привязался к своей Равной, его каменное, не привыкшее любить, сердце постепенно оттаивало, поддаваясь застенчивым улыбкам, легким прикосновениям рук шерры, выбранной для него богами. Это все неимоверно раздражало агатового дракона, но одновременно с тем и наталкивало на совсем не радостные мысли. Чтобы прогнать их, Шервесс решил не затягивать и побыстрее воплотить свой коварный план в жизнь, а для этого ему нужна была эта девушка. Вот только сердце в широкой драконьей груди сжималось от осознания того, что все задуманное может причинить боль его Истинной. Шервесс невесело усмехнулся, вспомнив об обещании Муары, данном некоторое время назад. «А кого в этом следует обвинять?» — спросил он сам у себя, ответа, конечно же, не получил, и с тоской поглядел на разукрашенную самоцветами дверь.
Она вскоре открылась, выпуская в коридор видение, от которого у Шервесса перехватило дыхание, но дракон успел вернуть себе самообладание. Слегка склонился в поклоне перед вышедшей Катериной и подал ей руку. Она приняла ее и с ноткой волнения в голосе сказала:
— Господин мир Эвертонсс, прошу вас, расскажите мне подробнее о том месте, куда мы направляемся?
К ее безграничному удивлению, агатовый не стал язвить, как делал это раньше, а вполне любезно ответил:
— Расскажу, чуть позднее, если позволите, ма-шерра, — он и сам не заметил, как сорвалось с его уст это обращение.
Катя, взвинченная до предела, не обратила на это внимания, а только кивнула, безмолвно принимая его слова.
Едва они спустились во двор по широкой лестнице из светлого камня, как у Катерины вырвался невольный вдох, потому как она увидела, что карета, которая должна была отвезти их на бал, запряжена семеркой летающих белоснежных лошадей.
— Это мельгары, — поведал Шервесс, отметив интерес девушки. — Летающие лошади, обитающие на Торр-Гарре.
— Как захватывающе… сказочно, — Катя не отрывала взгляд от чудесных животных, а Шервесс молча, с тоской в глазах любовался ей, кляня всех богов Омура сразу.
Поднявшись в карету, устроившись на мягких сидениях, Катерина приготовилась к поездке. Поначалу было страшно отрываться от земли таким вот экзотическим способом, но справившись с первым испугом, она с восторгом приникла к окну, любуясь открывшимся пейзажем. Шервесс внезапно ощутил прилив ревности и, отвлекая девушку, произнес:
— Шерра, вы просили рассказать вам о Торравилле.
— Да, — девушка на мгновение повернулась к нему, выражая свою готовность слушать.
Усмирив очередной приступ ярости, Шервесс начал свой рассказ:
— Торравилль — оплот клана сапфировых. Как я говорил вам ранее, совсем недавно их главой стал Риарен мир Эсморранд. Этого дракона вы и должны ославить…
— Я все еще не понимаю… — прервала его Катя, и агатовый вынужден был рыкнуть:
— Катерина, вам все уже объяснено!
Заметив, что девушка сжалась в комок, он смягчился:
— Риарен связан клятвой, которую дал Муаре, нашей верховной богине, поэтому реальной боли он вам не причинит, — поморщился, ибо уже ни в чем не был уверен, — но вам следует притвориться, сыграть, будто он обидел вас.
— Слушайте, — рискованно заявила землянка, — а почему бы вам лично не выяснить отношения с этим Риареном?