Выбрать главу

- Эй, а это еше что за чертовня?

- Какая? - переспросила покупательница.

- Мне что-то показалось, - ответил кассир, - а может, и нет. Нет, надеюсь, что да.

Мне как-то удалось прокрасться к ним на склад незаметно. Я спрятался за ящики с печеными бобами. Той же ночью я вышел из укрытия и наелся до отвала.

Картофельный салат, маринованные огурчики, ветчина с черным хлебом, чипсы и пиво, много пива. Это стало входить в привычку. Целыми днями я прятался на складе, а ночью выходил и устраивал себе банкет. Но я рос, и прятаться становилось все труднее. Я пристрастился наблюдать, как менеджер каждый вечер складывает в сейф выручку. Уходил он последним. Каждый вечер, когда он убирал деньги, я считал паузы. Порядок, казалось, был такой: 7 направо, 6 налево, 4 направо, 6 налево, 3 направо, открыто. Каждую ночь я подходил к сейфу и подбирал цифры. Чтобы доставать до замка, приходилось строить что-то вроде лестницы из пустых коробок. Ничего не получалось, но я попыток не бросал. То есть, каждую ночь. А тем временем я рос быстро. Наверное, уже фута 3 было. В магазине секция одежды оказалась очень маленькой, поэтому приходилось забираться в размеры больше. Проблема народонаселения возвращалась. А потом однажды ночью сейф открылся. Там лежало 23 тысячи долларов наличными. Должно быть, я попал на них перед самой сдачей денег в банк. Я прихватил ключ, которым пользовался менеджер, чтобы выйти, не поднимая сигнала тревоги. Прошел немного вниз по улице и на неделю снял себе номер в Сансет-Мотеле. Барышне сказал, что работаю карликом в кино. Это только нагнало на нее больше скуки.

- Никакого телевидения или громких звуков после десяти вечера. Таковы у нас правила.

Она взяла у меня деньги, дала квитанцию и закрыла дверь.

На ключе было написано: Комната 103. Я ее даже смотреть не стал. Двери мелькали мимо: 98, 99, 100, 101, а я шагал на север, к Голливудским Холмам, к тем горам, что за ними, и великий золотой свет Господа сиял мне, и я вырастал.

ЕБЛИВАЯ МАШИНА

жаркая ночь у Тони стояла, о ебле даже мысль в голову не приходит, хлещешь холодное пиво и всё. Тони катнул парочку мне и Индейцу Майку, и Майк вытащил бабки, пусть хоть за первую заплатит. Тони выбил чек, скучая, оглядел заведение - 5 или шестеро сидят, стаканы свои изучают, олухи. поэтому Тони подвалил к нам.

- что нового, Тони? - спросил я.

- а-а, говно, - ответил Тони.

- это не ново.

- говно, - повторил Тони.

- а-а, говно, - подтвердил Индеец Майк.

мы отхлебнули пива.

- что ты думаешь о луне? - спросил я Тони.

- говно, - ответил Тони.

- ага, - подтвердил Индеец Майк, - если на земле мудак, то и на луне мудаком останешься. без разницы.

- говорят, на Марсе, вероятно, жизни нет, - сказал я.

- и что? - спросил Тони.

- а, говно, - сказал я. - еще 2 пива.

Тони их нам катнул, подошел за деньгами, выбил, вернулся на место.

- вот говно, как жарко-то. уж лучше слохнуть, как вчерашний Котекс.

- куда люди попадают после смерти, Тони?

- в говно. какая разница?

- ты что, не веришь в Человеческий Дух?

- говна мешок!

мы пили пиво и обдумывали это замечание.

- слушайте, - сказал я, - мне надо поссать.

я пошел к писсуару, а там, как обычно, торчал Филин Пити.

извлек свой инструмент и начал ссать.

- какой у тебя хуй маленький, - сообщил он мне.

- когда я ссу или медитирую - да. но я отношусь к суперрастяжимому типу. когда я готов к бою, каждый дюйм, что у меня есть сейчас, приравнивается к шести.

- тогда хорошо, коли не врешь, потому что я вижу только два дюйма.

- я только головку высовываю.

- я тебе доллар заплачу, если дашь отсосать.

- это немного.

- ты выташил больше, чем только головку, ты вытащил вообще всё, что у тебя есть.

- отъебись, Пит.

- ты еще ко мне прибежишь, когда деньги на пиво кончатся.

я вышел обратно.

- еще 2 пива, - заказал я.

Тони проделал весь номер снова, вернулся.

- такая жара, что я, наверное, рехнусь, - сказал он.

- жара просто заставляет тебя осознать свою подлинную сущность, сказал я Тони.

- секундочку! ты что, меня чокнутым назвал?

- да мы все тут такие, только это держится в тайне.

- ладно, допустим, это говно твое - правда: сколько тогда на земле здравых людей? вообще хоть один остался?

- несколько.

- сколько?

- из миллиарда?

- да, да.

- ну, я бы сказал, 5-6.

- 5-6? - переспросил Индеец Майк. - соси мой хуй!