— За кого ты нас принимаешь, юноша? — воскликнул Джеро, оглядываясь на проводника.
— Погоня за косулями, да еще по такой мягкой почве у реки, — он указал на многочисленные пятна воды, разбросанные по пойме вдоль основного русла реки. — Ха! Три раза! — добавил в конце.
— Не слушай его, он хочет нас заболтать! — воскликнул Дэвид. Приятели уже обогнули холм и постепенно спускались в долину реки. — Солнце садится, и животные будут стягиваться к реке на водопой. Мы пойдем вон к тому большому лугу, где их видели недавно, там подходящее место для водопоя. Никуда скакать не надо. Я не раз слышал от трапперов, что можно к ним приблизиться на выстрел.
— Верно, — поддакнул Джеро. Он уже раздал каждому ружья, лично опустил в их седельные чехлы, а свое держал на руках, поперек седла, как индеец. — Смотри внимательно, на тебя вся надежда. Но мы не пойдем напрямую к ним, если увидишь, а пойдем немного наискосок, показывая всем видом, что нам до них нет дела. Мы с Дэвидом не будем даже смотреть…
— Вот именно. Пойдем — «по касательной», как ты изволишь иногда выражаться, юноша. Говорят, что эта уловка оправдывает себя…
Так и получилось. Сначала спустились с холма немного ближе к реке, а потом пошли рядом, больше не приближаясь к воде, пока Айвен не увидел вдалеке животных:
— Вон там стадо косуль, всего голов двадцать…
Приятели молча вели лошадей спокойным шагом, стараясь не делать резких движений, и продолжили ход вдоль реки, но постепенно приближаясь к ней. Как задумано. Потом стали, не решаясь приближаться еще.
— Смотрите! Это самки с недавно родившимися детенышами. И самцы, двухлетки! — пояснил Дэвид.
Одна самка явно стояла на карауле, а остальные щипали траву на широком низком пространстве с зеленой травой, у самой воды. Ветер дул почти в направлении трех охотников, поэтому они решили оставить лошадей на Дэвида и вдвоем попытаться подойти поближе.
— Еще бы немного поближе, и я смогу стрелять. Но и то, можно попасть, если они будут стоять, а если побегут, то ничего не гарантирую…, - сообщил юноша младшему наставнику.
— С такого расстояния я даже стрелять не стану! — тихо сообщил Джеро. В остальном — все, чем могу тебе быть полезен…
Так и сделали. Еще подошли немного, стараясь не смотреть на животных, и потом тихо и плавно опустились на траву. Наблюдающая за округой самка их заметила, но пока не посчитала это опасным для стада.
Айвен выбрал молодого самца с короткими, загнутыми рожками и красно-бурой шерстью. Плавными движениями приготовил к стрельбе свое длинное охотничье ружье. Слабый ветер дул почти прямо в лицо, что хорошо для прицеливания. Взял прицел и плавно выбрал свободный ход курка.
Почти одновременно с выстрелом раздался короткий и тревожный свист дежурной самки. Самец подпрыгнул и попытался бежать, но завалился на землю головой вперед. Все стадо начало разгон, высоко подпрыгивая, и постоянно оглядываясь на детенышей, которые отставали. Но все равно, стрелять во второй раз было теперь не в кого.
— Ты убил животное одним выстрелом, поздравляю, — восхищенно проговорил Джеро, глядя вдаль на удаляющееся стадо. Пошли, я разделаю ее. Возьму на себя всю грязную работу!
Но идти не пришлось. Через одну минуту подъехал Дэвид с лошадьми, и друзья осторожно начали движение к жертве, стараясь выбирать сухие места, где копыта не будут проваливаться в мягкую почву.
Когда подъехали вплотную, самец был еще жив. Пытался встать, но ноги не слушались. Пуля вошла в туловище. Джеро подошел и перерезал самцу горло, чтобы прекратить его мучения и одновременно спустить кровь. Делал это, глядя немного в сторону. Юноше сейчас стало немного не по себе, когда он глянул в большие грустные глаза самца.
Разделать самца взялись Джеро с Дэвидом, а Айвену велели отойти дальше и в сторону вместе с лошадьми и дать им пастись, чтобы умные животные не смотрели на их занятие. Джеро сначала сделал надрез на шее животного, а потом с напряжением отделил голову, давая крови выйти. Затем они вместе стали делать надрезы на животе, грудине и ногах, сдирая шкуру. Та отделялась с шумом, как приклеенный холст. Джеро раздвинул ребра и вытащил пищевод, легкие, печень и кишки.
Дальше юноша отвернулся и не смотрел. Стал осматривать местность вокруг, уйдя в себя. Очнулся, когда друзья подошли к лошадям, держа в руках сверток. Это было все, что осталось — мясо, завернутое в шкуру.
— Хороший был выстрел, мой юный друг. Теперь можно и отправиться на ужин, с чувством глубокого удовлетворения…
— Если остальные не возражают, — добавил японец, потрепав Айвена по плечу.