Выбрать главу

- Нет, что ты, неужели мы можем от ТЕБЯ что-то ждать? - Ехидно, с нажимом произнёс Стефан, обнажив белые зубки в с одной стороны очаровательной, с другой стороны совершенной хищной улыбке.

- Габриэль, помолчи, пожалуйста, - тихо, но отчётливо попросил Виктор, подняв на эльфа мрачный взгляд.

Отставив чашечку на стол, юноша поджал губы и поднялся с кровати, имея при этом вид кроткий и явно говорящий о том, что его оскорбили. Но в следующий миг обруганная невинность метнулась к вампиру и схватила его за грудки.

- Ты мне не смеешь указывать, Викториус, - прошипел эльф, похожий на разъярённую фурию, едва касаясь губами губ ошалевшего брюнета, - в противном случае Совет узнает, насколько мерзкими делишками ты занимаешься.

Отпустив моего брата и кинув на меня разъярённый взгляд, Габриэль выскользнул из комнаты, оставив за собой ледяной полог и невероятную неловкость. Виктор опустил взгляд, рассеянно расматривая свои руки и явно пытаясь справиться с происходящим, равно как и я.

- Как ты его терпишь? - Мрачно ухмыльнулся я, удобнее садясь в кровати и наливая себе немного чая, чтобы смочить пересохшее горло.

- Приходится, - вздохнул брюнет, поднимаясь с кресла и отходя к приоткрытому окну, на ходу раскуривая сигарету. - В конце концов, мы с Камиллой многим ему обязаны. А, как ты уже понял, он держит нас под угрозой смерти, если ему от нас что-то нужно.

- И что ему нужно от вас сейчас? - Я поднял настороженный взгляд на брата, стараясь уловить в его голосе хоть немного той теплоты, которая там была всего несколько минут назад, пока он рассказывал про отца и улыбался мне.

Он молчал. Долго и несколько даже пугающе, методично затягиваясь сигаретой и выпуская облака густого дыма, которые тут же неровными связями вылетали в окно, оставляя в комнате лишь едва ощутимый, приятный запах. Наконец, выбросив окурок в окно, мужчина повернулся ко мне и прислонился поясницей к подоконнику, скрестив на груди руки:

- Понимаешь, Льюис, - вкрадчиво начал он, словно боясь вызвать вспышку гнева, - королями и королевами Светлых становятся перевёртыши или эльфы, но родословная эльфов почти прервалась - остался только полугодовалый мальчишка, с которым сейчас нянчится весь совет. А вот у нашей Королевы детей не было, она и сама была ещё совсем молода. Но она умерла неделю назад. И мне поручили во что бы то ни стало привести тебя. Что бы Габриэль ни говорил, а в архивах я копался на вполне себе законных основаниях. А когда объявил Совету, что нашёл королевскую кровь, все буквально встали на уши, начиная всюду тебя опекать, хоть ты того и не заметил, что было нам на руку. Но теперь, когда наша ситуация стала более, чем критической, мы были вынуждены тебя забрать. И теперь собираемся отправиться вместе с тобой к Совету.

- А тебе не казалось, Виктор, - сквозь зубы процедил я, медленно спуская ноги с кровати и выпутываясь из одеяла, - что я не захочу иметь какое-либо отношение к вашему чёртовому Совету и правлению? Не думал ли ты, что мне дороже спокойная жизнь обычного человека, где я могу устроиться и жить счастливо, пока вы режете друг другу глотки во имя Куарта и Гельд? Вы ни разу не задумывались над тем, что я имею собственное мнение, а?!

Я подошёл к нему вплотную и уже мечтал выцарапать ему глаза, но некоторое уважение к нему, как к старшему брату, мешало мне это сделать. Виктор смотрел на меня с толикой грусти и вины, всё время пытаясь увести взгляд в сторону, что меня раздражало всё больше и больше.

- Ты должен, Льюис, - тихо произнёс мужчина.

Чистейшие ярость и гнев смешались во мне воедино, застилая глаза. Метнувшись назад, я вцепился в кресло когтями и отшвырнул его к стене, затем с тем же успехом откинув от себя стеклянный кофейный столик, который разлетелся на тысячи осколков.

- Должен?! Я должен сейчас быть рядом с матушкой и защищать её от твоего придурковатого братца, который вздумал продать её в публичный дом! - Рявкнул я, разворачиваясь к Виктору и мечтая вспороть его грудную клетку, стереть его с лица Земли. - Я должен сейчас тихо сидеть в своей комнате и готовиться к летней сессии, понимаешь ты это или нет?!

- Ты должен занять пост Короля Светлых Существ, малыш, - несколько даже устало произнёс мужчина, направляясь ко мне и не сводя с меня своего гипнотического взгляда, который успокаивал и в то же время дико бесил. - От твоего решения зависят судьбы существ, которые тебя ждут, как своего покровителя и Отца. Если ты не встанешь на престол, Тёмные тут же начнут атаковать нас, и нам уже будет не спастись. Сотни и тысячи таких, как матушка и отец будут гибнуть только потому, что ты не хочешь вслушаться в просьбы.

- Какие к чёрту, просьбы, когда ты говоришь мне “должен”?! - Вскричал я, отталкивая от себя брата и делая несколько шагов назад, чудом не наступая на осколки, чувствуя себя не лучше, чем в лапах Джинджера. - Какие к чёрту соглашения и мир, когда вы без объяснений крадёте меня и тащите без моего полного согласия чёрт знает куда?!

- Послушай меня! - Рявкнул мужчина, хватая меня за плечи и вжимая в стену так, что я едва касался мягкого ковра кончиками пальцев. Злость тут же сменилась страхом. - Наши существа в полном отчаянии! Королева умерла, Совет отказывается что-либо делать кроме как возиться с неразумным ребёнком эльфов, которые оставили его! Ты - наша последняя надежда, Льюис. А теперь ты хочешь развернуться и уйти?!

Виктор дышал тяжело, зрачки его превратились в узкие щёлочки, а руки дрожали от злости и, похоже, страха. Вся злость разом отступила, словно бы меня окатили ведром ледяной воды. И причиной этому были слова моего брата, которые наконец полностью дошли до меня. Меня мелко трясло от страха, пока я смотрел в полные бешенства глаза вампира, стараясь не разреветься подобно маленькому ребёнку. Впрочем, разреветься было отчего. Хриплое дыхание брата было похоже на рычание, стали проступать острейшие клыки, а глаза налились кровью, отражая не просто злость - бешенство. Но через мгновение злость сменилась испугом, растерянностью. Бережно обняв меня и прижав к себе, Виктор уткнулся носом в мои волосы.

- Прости, малыш, - тихо шептал он, поглаживая меня по спине и пытаясь унять мою дрожь. - Я не хотел тебя пугать.

А тем временем всё то, что накопилось во мне, стало выходить через истерику. Слёзы текли по щекам, а дыхание давалось с трудом, рваными облачками срываясь с моих губ, больше напоминая сипение или сдавленные стоны человека, упавшего с размаху на спину. Страх, ужас, бешенство, непонимание - всё выходило через эти слёзы, что ядовитой кислотой обжигали щёки, сдавливали грудь стальным кольцом. Пелена застилала глаза, а потому я с трудом мог рассмотреть лицо Виктора, который с сожалением, болью и сочувствием смотрел на меня. Как когда-то давно в детстве, когда мне было плохо и я бежал к матери, чтобы обнять её, я обнял вампира, уткнувшись лицом ему в грудь - выше при всё моём уважении не доставал. Его сильные руки поддерживали меня, и становилось спокойно, хотя плечи всё ещё сотрясались от едва слышных рыданий.

Мягкие, чуть шероховатые губы прошлись по лбу, а затем и по щекам, собирая непрошенные слёзы, успокаивая и даря невероятную нежность, на которую, как мне казалось, этот мужчина был неспособен. Да и был ли я тогда достоин этой нежности? События вновь бросились вскачь, равно как и сердце, когда губы Виктора мазнули по моим собственным. Это ощущение разом выдворило из меня всю истерику, вновь вселив некоторый страх, но при этом - счастье. Медленно возвращающие свой тёмно-серый цвет глаза брата так и блистали в интимной полутьме комнаты, прожигая насквозь. Секунда длилась целую вечность. Судорожно вздохнув, я подался ему навстречу, приподнимаясь на цыпочки и крепко стискивая сильные плечи. Стоит ли говорить то, что в этих делах я был не только девственником, но ещё и полнейшим чайником? Но Виктор стерпел неумелые касания губ, компенсируя всё своим собственным опытом. Горячий язык скользнул меж моих губ, чуть раздвигая их, и я, поддаваясь его инициативе, приоткрыл рот. Эти ощущения невозможность описать так, как они есть на самом деле. В первый миг мне стало страшно и противно, как будто бы огромный, склизкий червяк скользнул по моему языку, а затем стало как-то на удивление хорошо, когда осознание всего происходящего вдруг свалилось на меня. Я, в одном белье, украденный из-под носа старшего брата, который хочет продать меня работорговцу-извращенцу, внезапно оказавшийся названным принцем (или королём?) Светлых существ, целуюсь со своим внезапно появившимся старшим братом, о котором не знал всю свою жизнь, когда жизни тысячи существ висят на волоске!