Выбрать главу

- Кто здесь? - задал он на редкость глупый вопрос. Но еще больше Леруа Рокетта поразил ответ. Незнакомец ответил на чистом эрхавенском:

- А вы будто не знаете, - все так же издевательски насмешливо буркнул незнакомец. - Геррис Вантер, капитан Империи Ствангар, к вашим услугам.

- Ствангарец? - Рокетт не мог оправиться от изумления. - Но… Зачем вас сюда привезли?

В темноте раздался смешок.

- Долго рассказывать, - ответил офицер. - Но если ты и правда не гордый сын гор… Я выполнял на севере Южного Пуладжистана одно нужное дело, нужное, конечно, не Темесе и не пуладжам. За это меня и взяли. Они сами разорвали бы на куски, но темесцам я нужен живой… Кстати, раз уж вы так удачно свалили часового, уважаемый, не поможете ли мне освободиться? А я тогда помогу тебе выбраться живым.

Порезав об отточенную сталь пальцы, Рокетт нашарил в темноте длинное граненое жало штыка, и острой гранью принялся пилить веревки. Связали ствангарца халатно, и уж тем более пожадничали на кандалы. Видимо, охранник надеялся, во-первых, на мушкет, а во-вторых, на скорый приход темесцев. Кто же знал, что обе надежды не сбудутся? Даже в кромешном мраке ствангарец ловко распутал веревки на ногах, поднялся.

- Где мушкет? - спросил он.

- У входа, где часовой был. Сюда не приводили девушку? - задал встречный вопрос Рокетт. - Такую, черноволосую…

- Приводили, - усмехнулся Вантер. Эрхавенское наречие офицер знал в совершенстве, будто всю жизнь прожил в городе моря и солнца. - Только ненадолго. Вон туда ее повели, в сторону сортира. Ее вели трое, а меня всего двое - как-то даже обидно. Слушай, парень, не знаешь, за что ей такая честь?

- Много знает, - произнес Рокетт. - Непозволительно много. Как и я теперь.

- Мне тоже известно немало, - усмехнулся ствангарец.

Пинком перевернув все еще оглушенного пуладжа, Вантер сорвал с его спины оружие, вырвал из кобуры на поясе пистоль. Мушкет лег в руки ствангарца, как влитой. Офицер быстро осмотрел оружие и принялся забивать внутрь порох и пулю. Никто ведь не знает, когда придется стрелять. Подсоединил и штык. Штык - это тоже неплохо, но только когда враг поблизости.

- Смотри, чтобы сзади не подобрались, - велел Вантер. - Кто впереди, тех беру на себя.

Ствангарец расположился за той же самой бочкой, где совсем недавно сидел Рокетт. Положив мушкет на край, навел его, целя черный глаз дула в дверной проем. Капитан затаился. Он умел сидеть без движения часами, выцеливая противника. Сейчас ждать так долго не пришлось: один из часовых высунул в дверной проем голову, и тотчас грохнул выстрел. Рокетт никогда не слышал, как стреляет мушкет, вблизи, теперь в ушах маленечко звенело. Хуже пришлось темесцу: раскинув руки, он мешком повалился наземь. Из простреленной навылет головы в лужу закапали кровь и мозги. Звякнул о камни мушкет, на всякий случай на спине у пуладжа еще висел арбалет - правда, все эти звуки потонули в шуме ливня и далеком шелесте прибоя: похоже, вчерашний шторм был далеко не последним. Да и ветер дул все сильнее с каждым часом.

- Один есть, - злорадно усмехнулся Вантер. - Куда?! - схватил он Рокетта за рукав, увидев, что тот бросился за оружием. - А вдруг там еще парочка?

Рокетт остановился. И вовремя - из двери выскочил напарник часового, высокий мужчина с арбалетом. Осмотрелся, поводя оружием из стороны в сторону… И ствангарец всадил ему пулю в бок, а потом вырвался из засады и точно ударил штыком в горло. Рокетта передернуло. Ствангарец заметил.

- Вот так же они добивали и моих людей, - произнес он. Теперь можно было не таиться. - А мне темесцы наверняка приготовили что-то более интересное. Разбирай оружие, что смотришь?!

Дверь взламывать не потребовалось - она дано сгнила и свалилась с петель. Не теряя ни мгновения, двое ворвались внутрь. Рокетт подхватил арбалет, Вантер - пистоль и палаш. Теперь они были вооружены даже лучше часовых.

Когда-то тут была кухня - вон, еще валяется у потухшего навеки очага дырявая, насквозь ржавая кастрюля, а в углу стоит чугунок и такой же ржавый ухват.

- Видишь ее?

- Нет, - отвечает Рокетт и едва успевает увернуться от свистнувшего над головой клинка. Мелькает перед глазами чья-то дочерна загорелая, оскаленная физиономия. В следующий миг все тонет во вспышке пламени и грохоте выстрела: ствангарец разрядил пистоль очень вовремя. Глухой стук падающего тела.

- Смотри по сторонам! - предупредил Вантер.

- Тут же темно!

- А вот снесут голову - так враз светло станет. Не болтай, ищи свою девчонку!

Рокетт потерянно огляделся. Бывшая кухня не так уж мала, к ней пристроены столовая, кладовая, прачечная - не стоило добрых граждан Эрхавена заставлять работать на преступников. И в любом из этих помещений могла быть Мелина, но с таким же успехом - и засада. Но Мелина сообразила, что происходит и подала голос:

- Здесь я! - двое бросились на звук. Как ни странно, одна из внутренних дверей заперта и еще прочна - Рокетт не взялся бы ее выбивать. Толстенные дубовые доски, приклепанные к ним железные полосы - дверь сразу возьмет только пушечное ядро. А там, спереди, раздается новый крик - уже не осмысленный, в нем смешались боль, ужас и отвращение.

Но ствангарец снова не растерялся: схватил острый и длинный меч пуладжа, поддел им скобу, на которой висел замок, рванул… Замок бы не поддался, но дерево слишком прогнило, чтобы долго сопротивляться. С противным скрипом скоба и гвозди вылезли из дерева, замок с лязгом рухнул вниз - и дверь распахнулась от пинка. В следующий миг меч в руках ствангарца со звоном столкнулся с саблей противника. Рокетт метнулся в темный угол, где, связанная по рукам и ногам, лежала Мелина. Опутавшие ее руки толстые веревки резались с трудом, но Рокетт понимал: если они не уйдут вовремя, придется драться со всей бандой. Это придавало сил.

- Спасибо, что помог, - произнесла Мелина, и мягкие губы чмокнули в щеку. - Кто это с тобой? - спросила она.

- Некогда! - отмахнулся Рокетт. Отсоединив от мушкета штык, он подбирался к сражающимся, надеясь всадить его в спину пуладжу. Но Вантер справился раньше, чем представился момент: ловко закрутив меч противника, он ударил в открывшееся горло. И безжалостно добил хрипящего, захлебывающегося кровью горца.

- А теперь прочь отсюда, - скомандовал офицер. - Сейчас вся эта толпа тут будет.

- Их хоть много? - поинтересовался Рокетт.

- Когда ехали по горам, было пятьдесят пять - и непохоже, чтобы хоть кто-то ушел. Все тут. Говорили, здешний подполковник, начальник полиции, приторговывает родственницами осужденных.

- Я видел отряд, - решился произнести Рокетт. - Взвод Восемнадцатого драгунского полка. Шли сюда. Похоже, они про вас с Мелиной знали.

- Тогда тем более надо спешить. Хотя… Если ты, эрхавенец, выведешь девчонку, я попробую устроить им веселую жизнь. Пусть повоюют меж собой. А потом встретимся. Скажем… Скажем, у Рыбачьих ворот.

Глава 4.

Горы. Они слепят снеговыми шапками, душат холодным, разреженным воздухом, давят осыпями и селями. Но они же дарят и нечеловеческую, холодную и жестокую Красоту. Здесь все - резче, ярче и яростнее, стремительнее, чем на равнинах. Что ледяные реки, в которых не поплаваешь, что иссушающие, режущие лицо ветра, что все сметающие снежные лавины, что негреющее, и в то же время жгучее, слепящее солнце… что люди - решительные, жестокие, и в то же время ленивые. Их можно понять: зачем трудиться, пахать каменистую землю, если в любой момент все может снести лавина или сель. И, опять же, проще, чем выдирать из неподатливой земли бесчисленные камни, проще отнять у изнеженных людишек долин и равнин все необходимое.

Вантера послали, не в последнюю очередь, потому, что он знал те места как свои родные - еще до училища, простым солдатом-артиллеристом участвовал он и в отражении налетов горцев на приграничные села, и в ответных рейдах в горы. Он был в расчете легкой, переносной пушки на треноге, какая только и годилась для походов по горам. Потом способного молодого бойца приметил командир батареи. И после ранения и награды совсем еще молоденький рядовой отправился не обратно в пограничный форт, а в столичное училище. А уже оттуда вынес не только кучу ценных знаний, но и лейтенантские нашивки. Впрочем, воевать не пришлось и теперь - точнее, пришлось, но по-другому. Теперь сотрудник топографического отдела штаба Южной армии занимался разведкой. Прежде всего - пограничных территорий пуладжей, дабы совершающие рейды войска не действовали вслепую.