В отечественной археологической литературе восполнить урон, нанесенный хищническими раскопками «любителей», было призвано осуществленное Московским археологическим обществом с 1888 по 1916 г. под редакцией П. С. Уваровой титаническое издание тринадцати томов монументальных, не превзойденных по качеству иллюстраций и полноте охвата источников «Материалов по археологии Кавказа». Особый интерес для нашей темы представляет восьмой выпуск «Могильники Северного Кавказа», включающий 381 страницу текста и более 130 прекрасно исполненных таблиц, — настольная книга каждого кавказоведа, к которой мы не раз будем обращаться на протяжении дальнейшего изложения.
В предисловии, написанном П. С. Уваровой, говорится, что с публикацией книги возникла «возможность русским ученым, во-первых, оправдаться перед Европой изданием научного материала, всецело принадлежащего Россия, но до сих пор обработанного преимущественно иностранными учеными, а во-вторых, воспользоваться им для дальнейших трудов и научных выводов, которые станут возможнее и доступнее при материале, собранном в одно целое и более или менее систематизированном» [Уварова, 1900, с. IX].
Превосходное знание обширных коллекций, происходящих с Северного Кавказа, позволило Алексею Сергеевичу и Прасковье Сергеевне Уваровым предложить периодизацию кобанской культуры, выдержавшую испытание временем, так как в ней четко отмечены все основные пограничные вехи развития древних культур Кавказа. Начало кобанской культуры с момента открытия блестящих кобанских бронз отнесено исследователями к последним векам II тысячелетия до н. э. Мы оставляем в стороне вопросы уточнения этой даты, проблемы взаимоотношений кобанской и во многом сходной с ней колхидской культур (или же точку зрения о единой колхидско-кобанской культуре). Нам необходимо проанализировать особенности памятников кобанской культуры, не теряя при этом исторической перспективы. Однако, Прежде чем остановиться на этих вопросах подробно, необходимо выяснить, что вкладывает археолог в понятие «археологическая культура» и какова историческая реальность, стоящая за этим понятием.
Факты и обобщения
Громкие и торжественные диспуты ученых часто превращаются в споры относительно слов и имен, а благоразумнее было бы с них и начать, для того чтобы посредством определений привести их в порядок.
Могильник, поселение или же древний клад и вcе, что происходит из этих комплексов (от обломков глиняных сосудов или отщепов кремня до монументальных сооружений), составляет основную источниковедческую базу археологии. Интересно, как археолог разбирается в море фактов. Какие операции и в какой последовательности производят над материалом начиная с того момента, как он выкопан, попал в руки ученого и оказался запечатленным в виде рисунка, чертежа или перфокарты? Как и с помощью каких дополнительных средств от археологических фактов мы переходим к археологическим научным построениям?
Любой обнаруженный предмет, оказавшись в руках археолога, ставит целую серию вопросов. Прежде всего необходимо сразу же определить, что он собой представляет функционально и морфологически. Уникален ли он или повторение того, что уже известно (то есть здесь проявляется умение различать и отождествлять предметы)?
Нам нужно знать, как этот предмет и аналогичные ему распределены во времени и пространстве, как следует их упорядочить, что им предшествует, с чем они связаны генетически. Таким образом, следует ответить на вопросы, поставленные в определенной последовательности: что, где, когда? Это, собственно, еще описательная, эмпирическая стадия. Далее следуют вопросы, объясняющие это явление. Рассматривая данный археологический материал в системе наших знаний, необходимо понять, как отражают предмет «ли совокупность предметов стоящую за ними реальность — самих некогда живших людей, уровень развития производства и общественных отношений, исторические события и идеологические представления, характер торговых и культурных связей. Тут уже ставятся вопросы, — связанные с интерпретацией фактов (как, почему, каким образом), и для ответа «а них следует применить методы дедукции и индукции, экстраполяции, моделирования, перехода от простого к сложному, вводя уточненную номенклатуру, определяя законы перехода от археологических фактов к историческим построениям и принятые в этом случае допущения и ограничения.