— Отправляйся в отель! — приказал он Лео. — Тебе тут нечего делать! — и увёл племянницу.
— Я не хочу возвращаться в прошлое! — со слезами сказала она ему.
Али вздохнул. Он устал от всего происходящего. Да и сколько может человек выносить?… Есть предел его силам…
— А Жади ходила гулять в руины, — донесла Рания мужу.
Тот помрачнел. Нет, Жади ничем не исправить… Всё начиналось сначала…
— Я ходила туда с дядей! — невинно глядя в глаза Саиду, солгала Жади. — Дядюшка, подтвердите это!
Несчастный Али кивнул. О, Аллах!…
Вечером, оставшись с Саидом наедине, Али попросил его не жениться снова на Жади, а забрать её, чтобы она была с дочерью.
Свадьба отменилась.
А Лео снова ждал, когда Жади выйдет из дома. Она вышла вместе с Саидом и даже не взглянула в сторону Лео. Он растерялся… Юноша ничего не понимал…
Глава 26
Алисинья встретила Иветти, как лучшую подругу. Она клялась, что получила её документы, но они были не в жёлтой папке.
— Я думаю, что Роджер просто искал повод, чтобы тебя уволить. Он начал встречаться с Кларисси и очень изменился, — со вздохом объяснила Алисинья.
Эскобар решил вернуться в квартиру к испугу Алисиньи. Он приказал ей собирать свои вещи, подписать необходимые бумаги и убираться вон. Ему уже не раз сообщали знакомые, что видели Алисинью с мужчиной. Правда, он в это верил с трудом, но информацию не забывал. И собирался подавать на Алисинью в суд, так как дело с квартирой решалось не столь просто. Тавиньу подозревал, что она всё равно останется у Алисиньи.
Она убеждала Эскобара не переводить квартиру на имя Нанду, твердила, что квартира её, но тщётно. Все бумаги всё равно пришлось подписать. В отместку Алисинья доложила Эскобару, что Кларисси собирается ехать в Париж с Роджером.
Тавиньу сообщил о квартире Кларисси. Она обрадовалась, хотя уже несколько дней пыталась позвонить Нанду, но он не отвечал. У него началась ломка…
Кларисси заметила пропажу часов, а потом и других вещей и денег. Явно, что сын обокрал дом, чтобы найти средства на наркотики. Кларисси сказала об этом Эскобару.
Явившись через несколько дней домой, Нанду вернул матери украденные деньги и сказал, что хочет остановиться. Заодно он поставил её в известность, что встречается с Режиньей.
Кларисси оплатила долг Нанду за наркотики и отказалась от поездки с Роджером.
— Ах, как бы мне хотелось поехать в Париж! — мечтательно проворковала Алисинья, оставшись с ним наедине.
Она по-прежнему верила в свои силы. И собиралась обязательно довести до сведения Кларисси, что едет в Париж вместо неё. А пока солгала Роджеру, что Кларисси и Эскобар помирились.
— Мел беременна! — сказала Телминья Лукасу, Маизе и Далве. — И живёт у Режиньи…
Лукас собирался лететь в Марокко и уже стоял с чемоданом в руках, когда открылась дверь, Мел бросилась в его объятия и попросила о помощи.
Она пришла вместе с подругой и стояла внизу. Лукас бросил чемодан и обнял дочь.
— Заприте меня в комнате, чтобы я не могла больше принимать наркотики! — жалобно попросила Мел.
— Я не понимаю, как можно, зная, что твоя внучка наркоманка и к тому же беременна, спокойно назначать свадьбу! — выпустила Маиза «шпильку» в адрес старшего Ферраса.
— Но я ведь её отложил! — оправдывался тот.
Маиза не позволяла Шанди видеть Мел, хотя тот всё равно явился через пару дней, узнав о беременности своей подруги. Шанди написал Мел письмо и оставил его, но Маиза порвала письмо на мелкие клочки.
— Шанди не приходил? — справилась у матери Мел.
— Нет, — отрезала та.
— Я не позволю, чтобы с моим внуком плохо обращались! — внезапно заявила донна Жура, тоже узнавшая о беременности Мел. — И я пойду к твоей девчонке!
Она действительно пошла к Феррасам, была пропущена смягчившейся Далвой и поговорила с Мел.
— Ты должна, во что бы то ни стало сохранить ребёнка! — потребовала донна Жура.
Нянюшка согласно кивала.
Мел пообещала, что обязательно вылечится.
Лукас рассказал Иветти о Жади и Лео.
— И что же будет дальше? — полюбопытствовала она. — Ведь Лео уже вернулся в Рио…
— Вот как?… Не знал… Тогда нам с ним надо встретиться, — ответил Лукас. — Он явно собирается жить моей жизнью, и это надо прекратить.
Лео сам явился в дом Феррасов, как к себе домой. Леонидас добивался именно этого…
— Сядь… Нам надо серьёзно поговорить… — сказал Лукас.
Лео опустился на краешек стула. Слушал он невнимательно, всё время ёрзал и стремился сбежать.