Как шахматы на доске.
— Ну что ж, — он обвел рукой пространство перед Источником. — Попробуй. Я разрешаю. Но при одном условии. Если он умрет, арахат рех ману, его женщина достанется мне.
— Иди к демонам, — зарычал Азар.
— Договорились, — перекрывая его голос, заорала я, хватаясь за поля.
Я подошла к Азару. Он устало посмотрел на меня и сполз вниз, к основанию колонны. присев рядом, я отняла руку от раны, рассматривая повреждения поля.
— Демоны…, - трещина, шедшая по абстракции, становилась всё шире, доходя почти до края поля. Тонкие веточки-трещинки отходили в сторону, показывая сопутствующие повреждения. Болевой шок, большая кровопотеря, повреждение органов. Я даже пулю чувствовала внутри абстракции.
— Плохо? — спросил орк.
Я подняла голову, попутно глянув на абстракцию сердца.
Я не вытяну его, слишком много крови, слишком большие повреждения. Он силен, спору нет, гораздо сильнее человека, но…
— Азар, — руки у меня тряслись. — Я…
— Зря отдала ему пушку, — тихо заговорил орк. — Прости.
— Тьма, — я отвернулась.
Впереди, за рытвиной блестел в лучах солнца тонкий шпиль уловителя.
Тьма… Я сильнее, чем я думаю. Если я запущу Источник, заставлю поля кружиться в вихре, завоет сирена. Патруль СБО будет здесь самое большее через пять минут.
— Давай, Антея! Исцели его! Или скажи то же самое, что сказала мне!
Рука Азара легла поверх моей.
Не слушая орка, я схватилась за поля, перетягивая земную энергию. Поле планеты откликнулось мгновенно, но то, что я увидела, лишило меня равновесия. Поле Азара начало кривиться и расплываться, мутнея на самой границе. Основная трещина разделила поле на две части, процесс был запущен.
Давно, много лет назад, впервые увидев подобные искажения, я не придала им значения, плохо представляя природу полей. Но я очень хорошо помнила, чем это закончилось.
Слишком быстро сыпалось его поле. Я держала руку на ране, стараясь усилить контакт, обезболивая и останавливая кровь.
Гранто же сказал, что я могу исцелять.
Но… Сколько бы энергии я не брала, её оказывалось слишком мало. Рахиз комментировал мои действия, но я не слушала его, вглядываясь в лицо Азара.
Его поле разваливалось. Крошилось на глазах. Я ничего не могла сделать, только наблюдать смерть: вот один лоскут отходит от трещины, тая в земном поле, вот второй.
Меня заперли. Обнесли со всех сторон.
Паника тяжелой волной накатила на разум. Ещё немного — и я потеряю сознание.
— Я не смогу…
— Должна смочь, иначе орк сдохнет, а твою подружку пустят на сосиски, — прокомментировал Рахиз.
Азар сжал мою руку так сильно, как только мог, до хруста. Боль привела меня в чувства.
Ничего ещё не потеряно. Всё, что мне остается, это попытаться.
Я посмотрела на орка, чувствуя, что теряю контроль. Слишком много энергии лишь усугубит ситуацию, нужно как-то перераспределить земную мощь, дать ей иной выход. Источник, будто подсказывая, легонько ударил током в соприкасавшийся с колонной локоть.
Решение пришло само собой.
В мгновение ока я схватила поля, одной рукой касаясь бока Азара, другой — упираясь в Источник. С жадностью голодного зверя вцепилась я в поле земли, хватая столько, сколько никогда не брала, вливая большую часть энергии планеты через поле Азара в Источник, помня о том, как спалила генератор.
Секунда, две, три…
И внезапно поле загудело, кривясь и треща, забурлило вокруг, как море. Вот одна волна появилась на горизонте и лишь чуть окатила берег, вот другая поднялась на метр выше, и вот третья накрыла разум, шипя и пенясь, потащила память, слезы, душу в ледяную тьму глубин. Сила, куда более древняя, нежели свет, захватила меня, качая на своих волнах.
Едва не отдернув руку от колонны, которая стала нестерпимо горячей, я переключилась на поле Азара, сконцентрировавшись на абстракции ранения.
Как много лет назад, когда вот так же уплывало мимо, растворяясь в пустоте, поле моей матери, так и теперь поле орка дергалось и таяло, не поддаваясь коррекции.
Такое странное чувство — ощущать, как уходит чья-то жизнь и не иметь ни малейшего шанса это предотвратить.
Песок сквозь пальцы. Вода и кровь.
Гул нарастал, я почти оглохла, пытаясь совладать с окутавшей меня бурей.
И раз…
Я хваталась за земное поле, задавая направление, и потеряла себя в этом уничтожающем шуме. Меня несло прочь, да и не меня как будто, а некий легкий лоскут, подброшенный ветром. Чувство полета не покидало мое существо, скорее наоборот, захватывало и поднимало все выше, и выше, и выше.