Объединение каатов произошло примерно три века назад. Тогда же первый из султанов, Вургаарр Заступник счел, что лучше не отбиваться от дикарей, гоняя боевые отряды по обширным пустынным землям. Но находить поселения врагов-людей и истреблять всех, кто там находился. Не щадя самых маленьких детей… а что до стариков, то их и сами дикари-сородичи не щадили.
Поначалу каждая из таких атак устраивалась в ответ на набег людей. Позднее войско султана устроило настоящую охоту на дикарские поселения. Более того, кааты даже пробовали стравить банды между собой, выплачивая вознаграждения за каждое отрезанное человеческое ухо или палец.
Правда, полностью очистить земли каатов от дикарей при жизни Вургаарру не удалось. Последние из Баронов Пустыни были уничтожены лишь около века назад. Горные княжества так и вовсе существовали по-прежнему. Хотя, справедливости ради, изрядно присмирели.
В честь Вургаарра, кстати, была названа новая столица Султаната Каат — основанная на морском побережье, в те годы, когда разумные кошки начали налаживать торговлю с государствами и городами людей. Она же была единственным портом Султаната. Как и всякие кошки, воду кааты недолюбливали, кораблей не стоили, зато неплохо грели лапы, собирая пошлину с человеческих кораблей, перевозивших товары туда-сюда. Привез что-то — будь добр, заплати. Повез что-то из местных товаров в обратную сторону — опять-таки, изволь раскошелиться.
И в эту-то столицу-порт Вургаарр прибыл теперь «Перст Сабрины» после того, как побывал на соседнем материке. После визита сэра Ролана к Великому Дшерру — визита, увенчавшегося, кстати, успехом. Жрецы дшерров, хранившие Ключ Воды, конечно, поломались для формы. Но нужды прятать Ключ, нарочито отказывать конфиденту в передаче, вообще отрицать его существование, по большому счету не имели. Вот если бы сэр Ролан действительно не знал о существовании Ключей и Повелителя, и кабы до пробуждения последнего было еще далеко, тогда да: Ключ надлежало хранить и никому не отдавать. Но раз это не так, то какой смысл артачиться? Себе дороже выйдет. Не говоря уж о том, что представлял сэр Ролан не просто какое-то государство людей, но королевство-союзника. А союзный долг, как и всякий долг, знаете ли, платежом красен.
На то, что с султаном каатов переговоры пройдут столь же гладко, конфидент не рассчитывал. И не только потому, что союзнических отношений у людей и разумных кошек не было. Просто сэр Ролан знал о некоторых свойствах каатской натуры, коих сам он успел насчитать целых два.
Так, во-первых, из любого дела кааты старались извлечь наибольшую для себя выгоду. Даже выказывая вроде бы готовность пойти на уступки, цену они могли запросить запредельную. Такую, что для противной стороны она казалась форменным издевательством. Правда, опять-таки при условии, что стороне этой деваться некуда: либо плати — либо уходи несолоно хлебавши.
Во-вторых, все стороны жизни каждого каата затрагивал культ семьи. Обидеть родственника, даже дальнего, как-то хоть чуточку унизить его достоинство, даром, что с выгодой для себя, для каата считалось недопустимым. Оттого, например, прибыльная сделка могла сорваться лишь потому, что троюродный дядя каатского купца продавал тот же товар немножечко дороже, а значит, вроде как, оный купец переманил у дяди покупателя. А если не переманил, то цену следовало бы назначить такую же, как у троюродного дядюшки. А лучше — хотя бы чу-у-уточку повыше.
Так размышлял Ролан, пока нанятый экипаж вез его из порта к дворцу султана. Вез в компании Джилроя и Аники, с недавних пор успевших стать неотвязными и неразлучными. Впрочем, справедливости ради, конфидент полагал, что и эти двое могут быть для него полезными. Точнее, их воровские умения.
— А вот интересно, — заговорил оглядывающийся по сторонам Джилрой, отвлекая конфидента, — эти кааты такие низкорослые… зачем им такие огромные дома?
Действительно, выглядел город Вургаарр на человеческий и неискушенный взгляд непривычно, даже странно. Это в столице королевства замок Каз-Рошал высился над остальным городом, словно прохожий, окруженный стаей голубей. А вот если б стараниями какого-нибудь мага удалось перенести королевский замок сюда, смотрелся бы он уже не столь значительно. Рядом с высоченными и одновременно занимающими немалую площадь каменными домами, затенявшими городские улицы.
Вдобавок, вокруг каждого из домов высились каменные же ограды высотой в два-три человеческих роста. Вместе с домом такая ограда прихватывала еще изрядный кусок земли, занятый под сад, засаженный пальмами и развесистыми фруктовыми деревьями.