— Ну, чего молчим? Давайте, действуйте! — даю им отмашку, и провокационно зеваю.
Такого издевательства первым не выдержал виконт Боровицкий.
— Тебе смешно? Ты уверен, что выйдешь отсюда с такой же самой улыбкой?
— Ой, а что, Боровицкий решил показать из себя большого босса? — презрительно окинул я его взглядом. Пожалуй, он единственный из всей пятерки был тем, кого бы я с радостью придушил. — А вы, виконт, уверены, что вообще выйдете отсюда?
О, охрана сразу дернулась к своему оружию.
— Успокойтесь… все! — поднял руку Жанов.
— Да-да, успокойтесь, — улыбаюсь. — А то Волк у меня очень нервный, — кивнул я на своего охранника. — Вы же все его уже узнали? Да? Что, нет? Как нет? Ну, так спросите вон у него, — киваю на охранника Жанова. — Он точно его знает.
Как же мне нравится все это. Они позвали меня сюда, будучи уверенными, что сейчас размажут мальчишку. А что-то пошло не так, и теперь они сидят и психуют по-полной.
Даже их охрана, и та нервничает, не ведая, что им предстоит. Нет, они не были слабыми, но зная Волка, один из них точно понимал, что в случае стычки, как минимум трое из них не выйдут живыми из этой комнаты. А еще они не знали, на что способен я. Но скорее всего, хорошо знали, на что способны их господа, и оттого нервничали.
— Щенок… — сжал зубы Боровицкий, в криминальном мире известный под прозвищем Боров.
— Боров, скажи мне, а Король тебя отпустил погулять? Или ты, как непослушный мальчишка, сам решил вписаться в это дело?
Как же сильно растет напряжение в этой комнате. То, что Боров — виконт, и при этом работает на Короля, было тайной для многих. И теперь они явно не понимают, откуда я это узнал.
Как уже сказал, не зря я тут два часа сидел. А Шнырька облазил всю округу. И количество их охраны, которая рассредоточилась по всему району, и сейчас сидят в своих машинах, зашкаливает. Если послушать, о чем они говорят, то многое может стать известным.
Так я узнал, что водитель Боровицкого имеет его жену, потому что у мужа проблемы с этим делом, после одного несчастного случая, когда он ущипнул за попу молодую и очень наивную девушку, которую принял за обслугу. Но в комнату вовремя влетел ее брат, и сломал ему… гордость? Будущее? Много чего сломал…
— Ладно, я устал, — когда увидел, что они снова стали собираться с мыслями. Я решил надавить на них еще больше, и поставить шах.
— Давайте, объявляйте мне войну! Я жду, господа! А после того, как объявите, то объясните, какого хрена здесь забыл Боров. Всем же известно, что он импотент, и не способен даже на бабу запрыгнуть. Куда уж ему войны объявлять!
Попал… Как же я попал… Теперь даже охраники в шоке, а у одного барона из руки выпала вилка, на которую он насадил пельмень. Ручонки перестали слушаться? Это хорошо… Все идет по моему плану.
Теперь вопрос, насколько же Боров тупой, как я о нем и думал.
— Ты… — подорвался он, как ужаленный со своего места, злобно смотря на меня.
— Я, виконт Боровицкий, объявляю Роду Галактионовых войну! Это мое последнее слово!
После этого он активировал свой Дар, и со всей силы швырнул кресло, на котором сидел, в стену, отчего то развалилось.
Он был в такой ярости, что вот-вот накинется на меня. Однако, еще не потерял весь разум и самообладание, и чтобы все не испортить, махнул рукой своему охраннику, и быстро направился к выходу.
Я не мог его так отпустить. Нужно было еще поиздеваться.
— А причина уже не нужна? — засмеялся я ему в спину, давая понять, что думаю о его войне.
Он сбился с шага, остановился, а затем повернулся ко мне.
— Сам придумай, щенок… — психанул он, и покинул нас.
— Ха-ха-ха! — комнату огласил мой смех.
О, боги… О, Кодекс… Как же это все весело.
А вот еще один взял себя в руки, и уже приготовился встать.
— Ну, раз этот придурок ушел, значит то, что здесь будет дальше происходить, останется для него сюрпризом, — не дал я барону встать, и уже без смеха, сурово посмотрел на всех присутствующих, активируя свою ауру силы.
— Пожалуй, ты и так знаешь, что здесь будет происходить, — без особого энтузиазма произнес Аникеев.
— Знаю, — кивнул я ему. — Все будет так, как я скажу! — неожиданно для всех произнес я.
Пока они не принялись пороть чушь и делать глупости, я щелкнул пальцами, и Волк вытащил папку, которую я попросил его мне передать, когда придет время.
Аккуратно ее раскрыв, я еще раз обвел взглядом всех собравшихся здесь, а затем медленно повернулся к Волку.