И вот я сижу у развалин своего дома, рядом со мной, на земле, лежит черный кинжал, а на теле зияют свежевысеченные раны, которые все еще кровоточат. “Я вернулся!” — Понеслось у меня в памяти. Но куда я вернулся… Тело ныло от боли, высеченная на теле печать, дала возможность мне двигаться. Я снова могу управлять своим телом. Человек в черном капюшоне был прав! Но кто тот, кого я видел, будучи закованным в цепи? Голова раскалывается. Как же чёрт возьми, болит голова.
Сон казался бесконечным, он менял сцены и каждый раз погружал в прошлое. Я не знал значения оружия в виде косы, на которое указывал мне сон, знаюлишь одно — косу нужно найти любой ценой. Я опустил голову и поднял с земли фото, единственная вещь, которая уцелела при пожаре. Тело Ольги не было, значит девушка с фото жива. Я это чувствую… она жива…
Глава 15: Ловушка
Очнувшись ото сна и лежа на спине, я долго переваривал увиденное, пока следы нелепого сна окончательно не улетучились. Солнце только-только входило в свои права, разбавляя кромешную тьму, светлыми палитрами красок. Из-за этого все вокруг казалось каким-то серым и безликим. Из сна меня выдернул странный шум, доносящийся со стороны лагеря соседей. Высокая трава мешала обзору, и чтобы как следует разглядеть, пришлось приподняться на одном локте, при этом причудливо вытянув шею, осмотреться.
В лагере ордена царила полнейшая суматоха. Все бегали, суетились, о чем-то громко переговаривались. В тусклом свете факелов, мне не сразу удалось разглядеть еще одну телегу. Полноватая, обтянутая, на голый костяк, брезентом — ее очертания едва выделялись на фоне серых оттенков. Смертельная повозка, внутри которой так же поселилась смерть.
Монахи, в том числе и сам Кирилл, говорили о пополнении, и видимо, это оно и есть. Жаль! В планы входило убраться к тому времени, и по возможности, избежать контактов с большим количеством последователей Света.
Рассвет набирал силы.
И вот первые лучи солнца коснулись поляны, которую делили, наш лагерь и лагерь ордена. Теперь же я отчетливо мог разглядеть то, что творилось в соседнем лагере.
Монахов стало в разы больше, чем до этого. Люди в серых и черных балахонах метались взад-вперед, перетаскивая непонятные свертки, похоже, что внутри свертков находилось оружие. Было еще, что не смогло укрыться от моих любопытных глаз, так это то, что рядом с телегами постоянно находилась группа монахов. Припомнив, что там внутри, я мог предположить, что телега вновь прибывших была отнюдь не пуста. Какой-нибудь бедолага мог находиться внутри, а то и не один… от этой мысли меня передернуло от отвращения.
“Я чувствую тревогу” — Раздался голос в голове.
— Действительно? — Прошептал я. — Я как бы это и сам вижу.
“И не только” — Проклокотал голос. — “Жажда. Я чувствую жажду. Они хотят крови”
А вот это уже было хуже. Я вжал голову в плечи, и снова прислонился к земле. Этого еще не хватало, ну ничего, если по-тихому уберемся отсюда, то можем избежать неприятностей. Рука сама потянулась к рюкзаку. Я начал поспешно сворачивать постель, затем, постарался как можно тише, снять котелок с остывших углей. Жаль я не додумался отмыть его с вечера, теперь придется отдирать въевшийся нагар сейчас.
Мыша и не думал просыпаться, этот засранец, с довольным выражением лица, посасывал свой палец, подобно младенцу. Я не собирался здесь задерживаться, поэтому пихнул спутника в бок, но тот лишь промычал что-то невнятное, после чего и перевернулся на другой бок.
— Да черт с тобой!
Я привязал котелок к рюкзаку и готов был уже уходить, как к нам подошли четверо монахов. Двое остались стоять на месте, а еще двое зашли за спину, тем самым отрезая пути к отступлению. Этих ребят я вчера у костра не видел, значит новенькие. Но в таком случае, что им от нас нужно??? В воздухе чувствовалась нарастающее напряжение, оно было настолько явным, что казалось осязаемым. Лиц парни не прятали, каменные сосредоточенные и… в отличие от вчерашних, угрюмые и не приветливые. И тот факт, что нас взяли в кольцо не предвещал ничего хорошего.
— Вы идете с нами. — В приказном тоне обратился один из четверки.
Даже выбора не дали — Подумал я и был прав.
Два раза повторять не стали. Двое, что были сзади подняли сонного Мышу за ворот, и не обращая внимания на ругань и протесты, потащили за собой. Я же пошел своим ходом. Протестовать не стал. Так как осознавал, что данном случае, это было не только бесполезно, но и опасно.
И вот мы снова оказались в лагере ордена. Правда настроение здесь было не такое располагающее, как вчера. Все без исключения находились на взводе. А вот и Кирилл с Валерием — старые знакомые. Правда улыбок на лице этих ребят я не увидел, монахи молча стояли и пытались не смотреть в глаза, то дело пряча взгляд.
Еще я подметил, что практически все монахи были вооружены. Вчера оружие спокойно лежало себе в повозке, а сегодня значит, монахи готовы пустить его в дело. Интересно, что могло поменяться за ночь?
“Я чувствую желание убивать” — Отозвался голос в моей голове. — “Страх и ненависть поразили сердца этих ничтожных людишек. Будь готов… ”
Да я и сам всё видел. Люди были максимально напряжены, а нервы натянуты как струны, одно лишнее движение и я рискую быть нашпигованным сталью и свинцом.
Из толпы к нам вышел монах, он был высоким, худощавым с волевым подбородком.
— Меня зовут Себастиан. — Представился он. — Я один из Верховных Столпов в нашем ордене, тот, кого коснулось благословение.
— Оч… очень приятно. — Я сделал паузу, и от монаха это не укрылось. — Я Влад, а этот… Мыша.
Проныре не понравилось, как я его представил, видимо он считал, что достоин на большее почтение к собственной особе. Но говорить ничего не стал.
Надменность так и сочилась от этого Себастьяна. Каждое движение, каждый жест говорил: Вы здесь никто и звать никак. Даже ничего не сказал, после того, как мы представились, лишь подозвал к себе парнишку с чашей в руках. Молодой монах подбежал и протянул чашу мне.
— Выпей, странник. — Сказал верховный Себастьян.
Я посмотрел на молодого монаха, и тот сразу опустил взгляд, продолжая держать сосуд с жидкостью на вытянутых руках. Жидкость была прозрачной и на вид самая обычная вода. Возможно туда подмешали яд, но ядов я не боялся, отравить меня не могли, так что я принял предложенную чашу с рук парнишки. Молодой монах скользнул по мне недружелюбным взглядом и растворился в толпе.
А что это?
Себастиан заулыбался и добавил:
— Считай это причащением.
“Не пей, у меня дурное предчувствие” — Раздался голос в голове. — “Возможно это ловушка”
— А вас здесь слишком много. — Обратился я к верховному, правда послание было адресовано не ему, а голосу в моей голове. — Целый взвод не меньше, да еще возглавляемый одним из посвященных.
— На нас была возложена миссия по очищению этой территории от нежити, чем мы и занимаемся. Не держите чашу, выпейте содержимое.
— Надеюсь, здесь нет яда. — Попытался я пошутить, но монах лишь ехидно улыбнулся.
“Ну же, странник, воспользуйся моей силой” — Заклокотал голос в голове. — “Отпей немного и ты сможешь справиться с ними. Еще раз. Еще один лишь раз”
Я ненавидел себя каждый раз, когда приходилось пользоваться этой проклятой силой, и каждый раз я приходил в себя и обнаруживал гору трупов. Беспамятство. Я не помнил ничего, кроме чувства переполняющей меня силы. Эта сила текла по венах, подпитывала меня изнутри. А после я сожалел о содеянном. Было еще одно “НО”, каждый раз, когда я прикасался к силе внутри себя, действие печатей ослабевало, после каждого раза, голос становился все сильнее. Наверное, именно поэтому я в последнее время могу видеть ауру людей, особенно у того, кому в скором времени суждено умереть, как это было с Иваром.
“Еще раз, странник” — Пронеслось у меня в голове — “Последний раз…”
Я осторожно поднес чашу к губам. На запах обычная вода, никаких примесей не наблюдалось. Неужели меня и правда решили напоить обычной водой, или же наблюдают за реакцией, выпью я ее, или же забоюсь.