***
Видимо, конюшни были достаточно далеко, так как к обеду гуляющие не вернулись, Майя тоже провела это время в своей комнате, а вот ужина избежать не получилось.
С Соней поговорить, расспросить, как все прошло, Майя не успела — она прибежала, поцеловала сестру и умчалась переодеваться к вечерней трапезе. Только когда дверь за ней закрылась, Майя поняла, что о желаемом все равно бы не спросила, слишком страшно было услышать, что сестра заинтересовалась герцогом.
Глава 3
Глава 3
Вот уже несколько минут блуждая по практически не освещенному и безлюдному коридору, Майя корила себя за то, что не потратила и минуты своего драгоценного времени на то, чтоб запомнить дорогу хотя бы до столовой.
Видимо, зря она свернула в проход, отделенный дверью, ей показалось, что утром они тоже проходили какую-то дверь. Но как же разберешься в такой полутьме ту или не ту…
Девушка в сотый раз приказала себе не паниковать, напоминая, что дом — это не лабиринт и рано или поздно, но хоть один живой человек должен ей встретиться. Только когда же?
Молитвы Майи были услышаны практически сразу — навстречу и вправду шел человек, но сложилось впечатление, что ее-то он увидеть не ожидал.
Мужчина шел размашистыми шагами, заметив ее, остановился всего на секунду, а потом продолжил приближаться. Пережитый за несколько минут блужданий стресс, темнота, тишина и раздающийся звук тяжелых шагов не на шутку испугали Майю, она вжалась спиной в стену, уже даже не желаю помощи от проходящего. Ей вдруг захотелось просто раствориться в холодном камне, к которому девушка прислонилась спиной и зажмурилась.
— Леди Дивьер, неужели вы заблудились? — низкий голос прозвучал очень близко. Майя вздрогнула и открыла глаза, как она смогла удержаться от крика — осталось загадкой для нее самой.
Теперь-то она видела, что за мужчина стоял перед ней. Это был его светлость герцог Мэйденстэр. Нет, судьба к ней явно неблагосклонна.
— Простите, я перепутала двери, искала столовую, а оказалась тут, — она присела в реверансе, ожидая, что герцог отступит, даст возможность продолжить свой нелегкий путь. Но нет, он не сдвинулся ни на миллиметр, преграждая собой дорогу в обе стороны.
Стоять в таком положении не только не слишком удобно, это еще и не помогает решить проблему. Майя подняла глаза.
Дэррек смотрел на нее с нескрываемым удовольствием, его забавляла ее неуверенность, пугливость и обреченность. Из всех присутствующих именно эту несчастную он видел меньше всех, но, тем не менее, в отличие от остальных, она способна была вызвать в нем хоть какие-то эмоции, пусть и желание поиздеваться, но все же.
— А может вы шпионка, как же я могу вас отпустить? Не часто гости попадают туда, куда хозяином им вход воспрещен. А вам не повезло вдвойне, вас обнаружил сам хозяин. И что же мы будем теперь делать? — он подошел еще ближе. Инстинктивно пытаясь отодвинуться, девушка практически слилась со стеной.
В темноте она производила странное впечатление. Как будто светилась, вся — ее глаза, волосы, кожа. Казалось, невозможно провести четкой границы между ней и миром вокруг, их стирало сияние. Ему даже на секунду показалось, что это красиво. Но только на секунду. И от камня, и от девушки веяло холодом, а он не терпел холод.
— Ну так что, кто подослал вас шпионить? Сотрудничество может облегчить вашу участь, — теперь этот свет уже не манил его, не вызывал желания дотронуться, но тем не менее, он хотел еще чуть-чуть помучить ее, полностью игнорируя немую мольбу во взгляде, не отступил ни на шаг.
— Я просто потерялась, и все, — Майя не смотрела больше на него. Какой в этом смысл? Он прекрасно знал, что ей некомфортно в этой ситуации, и продолжал мучить, зачем же уповать на его милосердие в таком случае?
— Что-то мне не верится, за сегодня я уже второй раз ловлю вас на шпионаже, — окончание фразы Дэррек практически прошептал на ухо старательно отворачивающейся девушке.
Да, все сработало, она встрепенулась, значит, все-таки не показалось.
— Так что, неужели благородной леди пристало следить из окон за прогуливающимися парами?
Майя ничего не ответила. От нее это и не требовалось, ее роль предельно проста — сгорать от стыда из-за того, что ее застали сначала за подглядыванием, а потом за шастаньем по закрытым для посещения местам.
— Вам понравилась роза, которую я подарил вашей сестре? Она, похоже, была польщена. Как же мало нужно для счастья молоденьким девушкам, не находите? Хотя откуда же вам знать, ведь, правда никто не дарил вам цветы? Даже ромашку? — почему-то ему захотелось уколоть ее больнее, не просто пристыдить, а заставить почувствовать свою ущербность. Почему? Зачем? Объяснить он не мог, да и зачем объяснять? Но ответ на свой вопрос хотел получить. — Правда?