Шейн встал и, подойдя к телефону, набрал номер своей секретарши.
Когда ее сонный голос прозвучал у него в ушах, Шейн добродушно произнес:
— Только не говори, что по моей вине ты вернулась слишком поздно, чтобы успеть выспаться, ангелочек.
— Держу пари, что я вернулась домой раньше тебя, Майкл. Чего ты хочешь? У тебя снова неприятности?
— Более или менее. Если Доринда…
— Я всегда знала, что ничего хорошего от нее ты не дождешься, — оборвала его Люси, — с самого первого момента, когда увидела у тебя ее фотографию. Я уже не говорю о том, какими глазами ты смотрел на нее в «Ля Рома».
— Со мной Уилл Джентри, — информировал ее Шейн, не видя другой возможности остановить монолог Люси. — Мы направляемся к тебе. Проследи, чтобы вы с Юлией были одеты к нашему приходу и свари нам кофе покрепче.
— Юлия?
— Разве она не сказала тебе своего настоящего имени? А я-то надеялся, что вы уже стали подругами.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, Майкл, — в голосе Люси послышались беспокойные нотки.
— Меня интересует Доринда. Она еще у тебя?
— У меня? Эта девица? Как это только могло прийти тебе в голову, Майкл.
— Помолчи, Люси, и отвечай только на мои вопросы, — произнес Шейн, внезапно охрипшим голосом. — Я не в настроении шутить. Разве она не пришла к тебе приблизительно час назад?
— Конечно нет. Зачем ей было появляться у меня. Я не думаю, что…
— Люси, дело слишком серьезно. Я послал ее к тебе примерно в половине пятого.
— Как бы то ни было, здесь она не появлялась, — объявила Люси. — Может по дороге она встретила подходящего парня.
— Ты никуда не отлучалась из дома и не получала от нее никаких известий? — настаивал Шейн, встревоженный не на шутку.
— Конечно я была здесь, Майкл, по меньшей мере с одиннадцати часов.
— Никуда не уходи из дома, Люси, пока я не свяжусь с тобой. Если объявится Доринда, задержи ее до моего прихода. Если она позвонит, выясни, где она находится. Найдешь меня через Уилла Джентри.
Шейн торопливо произнес заключительные слова и повесил трубку, вытирая пот со лба.
Уилл Джентри сочувственно посмотрел на приятеля. В его агатовых глазах мерцали странные огоньки, когда он сказал, обращаясь в пустоту:
— Ну, кажется, на сей раз Майкл Шейн влип, и влип основательно.
Глава VII
— Что ты хочешь этим сказать? — нахмурился Шейн.
— То, что ты слышал. — Джентри сделал выразительный жест рукой. — Девчонка подкинула тебе дешевую наживку, а ты проглотил ее не поморщившись. Сэр Майкл Галахад Шейн встает на защиту звезды стриптиза, дабы обратить ее на путь Истины, — шеф полиции откинулся на спинку кресла, откровенно наслаждаясь сложившейся ситуацией. — Ты меня уморишь, Майкл! Надо полагать, ей уже приходилось слышать о тебе, и она явилась сюда в четыре утра, чтобы оценить достоверность рекламы. И в результате услышала проповедь. Согласись, что это уже перебор, Майкл!
— О'кей, веселись на здоровье, Уилл. Но я готов поклясться, что у нее и в мыслях не было ничего подобного. Поверь, она даже отказалась от выпивки.
— Хорошо, но почему в таком случае она не воспользовалась твоим советом и не отправилась к Люси?
— Делай свою ставку, Уилл, — предложил Шейн.
— Ничего не может быть проще, Майкл. Она прекрасно знала, что ни одна женщина в мире не клюнет на столь очевидную клюкву, и предпочла тихо исчезнуть со сцены, воспользовавшись пожарной лестницей, предоставив тебе доблестно прикрывать ее отступление своей широкой грудью.
— Очень смешно, Уилл, но я тем не менее уверен, что все обстояло гораздо проще, — произнес Шейн, невесело улыбаясь. — Разве так уж сложно было перехватить ее прежде, чем она сумела добраться до квартиры Люси?
— Но кто мог это сделать, Майкл? Кто? — пытался урезонить его Джентри, — ты же сам уверял меня, что все это время Моран оставался внизу и поднялся к тебе только после твоего звонка Дику.
— У него вполне мог быть сообщник, — стоял на своем детектив, — который караулил у запасного выхода. Черт возьми, Уилл! Если с девчонкой что-нибудь произошло, я никогда не прощу себе этого.
— Бред, — констатировал Джентри, насмешливо глядя на детектива. — Еще немного, и ты начнешь рассказывать мне о международной банде, специализирующей на торговле живым товаром.
— Я разговаривал с девушкой в отличие от тебя, — напомнил Шейн. — Впрочем, сколько можно убеждать тебя. Остается единственный способ установить истину… — Он подошел к телефону, вызвал междугороднюю и произнес: — Мне необходимо заказать разговор с миссис Нигель Лэнсдоун, Вашингтон, округ Колумбия… Нет, я не знаю ее номера… Хорошо, я подожду…
Шейн с нетерпением ждал ответа, избегая встречаться глазами с насмешливым взглядом шефа полиции. После небольшой паузы он услышал голос оператора Вашингтонской станции.
— Очень сожалею, сэр, но мы не можем предоставить вам информацию относительно номера судьи Лэнсдоуна.
— Минуту, — остановил его Шейн. — Речь идет об официальном полицейском расследовании.
— Я весьма сожалею, — голос на другом конце провода прозвучал вежливо, но твердо, — но нам необходимо официальное разрешение местных властей.
— Не кладите трубку, — предупредил Шейн. Он повернулся к Джентри, прикрывая микрофон рукой. — Уилл, у тебя есть знакомые в полицейском управлении Вашингтона, способные удостоверить твою личность?
— Можно попробовать… — Джентри неохотно поднялся и, взяв трубку, попросил соединить его с Главным управлением полиции города.
Шейн с несчастным видом слонялся из угла в угол, поминутно дергая себя за ухо, пока Джентри разговаривал с различными чинами на другом конце провода. Наконец шеф полиции удовлетворенно кивнул головой и поманил Шейна.
— Дай мне карандаш и листок бумаги.
Шейн поспешил отыскать требуемые предметы и перебросил их приятелю.
— Спасибо… — продолжал Джентри, обращаясь к невидимому собеседнику. — Попросите к телефону персонально миссис Лэнсдоун… — Он передал трубку Шейну и вернулся на свое место.
После еще одного небольшого промедления испуганный голос произнес прямо в ухо Шейну:
— Миссис Лэнсдоун? Но это совершенно невозможно, сэр! Она слишком больна, чтобы ее беспокоить.
— Но это очень важно, — настаивал Шейн. — Я — представитель полиции Майами и должен поговорить с миссис Лэнсдоун о ее дочери.
— Очень сожалею, сэр. Но таковы распоряжения врача… А что случилось с мисс Юлией?
Прежде чем Шейн успел ответить, на линии снова послышался голос оператора.
— Вы будете продолжать разговор, сэр?
— Обязательно. Простите, с кем я говорю?
— Я домоправительница, сэр. Неужели что-нибудь случилось с мисс Юлией?
— Вы знаете, где она находится?
— Конечно. В своей школе во Флориде, — торопливо объяснила женщина. — Так что же произошло?
— Мы не знаем пока подробностей, — терпеливо объяснил Шейн, — но если бы я мог сказать несколько слов миссис Лэнсдоун…
— Это совершенно исключено, сэр. Состояние миссис Лэнсдоун очень тяжелое. Телефон в ее комнате отключен, и дежурная медсестра не разрешит вам переговорить с ней, — голос экономки дрожал от нервного возбуждения.
— Понятно, — произнес Шейн сердито. — Но, может быть, в таком случае я смогу поговорить с судьей Лэнсдоуном?
— Судьи нет в Вашингтоне. Он вернется не раньше, чем завтра к полудню.
— А вы не знаете, где я могу найти его сегодня вечером?
— Сожалею, сэр, но я не располагаю подобной информацией. Насколько мне известно, он находится в Бостоне. Но его сотрудники без сомнения смогут помочь вам. Позвоните им после девяти часов. — Она продиктовала номер, и Шейн записал его на листке бумаги.
— Еще одну минуту, мэм… Вы случайно не знаете, есть ли у вашей хозяйки близкая подруга в Вашингтоне по имени миссис Дэвис?
— Миссис Дэвис? Не могу сказать, сэр… — наступило секундное молчание. — Но вы упомянули о мисс Юлии. Надеюсь, речь идет не о несчастном случае?