Схватив свекровь за плечо, я вытолкнула ее за дверь и заорала в ответ:
— Пошла вон.
Наши раздраженные голоса эхом разносились по всему дому.
Последние полчаса отец с мачехой Саймона засыпали меня вопросами и обвинениями, и я не выдержала. Нервы у меня и без того были в клочья.
Я думала, они заявятся раньше. Видимо, сперва им было не до того: они строили предположения, отчего их сын растворился в воздухе. И наконец решили, что это всецело моя заслуга.
Эти двое, слава богу, приехали засветло, так что я на всякий случай спровадила детей в сад. Потом, глубоко вдохнув, отправилась в гостиную, как на казнь. Артур и Ширли уже поджидали меня, сидя бок о бок и вызывающе скрестив на груди руки.
— Простите, что не рассказала вам о Саймоне, — начала я. — Не хотела тревожить раньше времени.
— Думаешь, приятно было узнать о пропаже сына от полиции? — процедила Ширли. — Ты должна была немедленно нам сообщить!
— Да, знаю. Поэтому и извиняюсь. Но я попросила сказать Роджера, а он лучший друг Саймона, так что вам сообщили не посторонние люди. И мне очень не хотелось бы разводить сейчас пустые споры. И без того две недели тошно.
— Да, наверное, противно ходить с детьми в кино, когда их отец, скорее всего, валяется где-то мертвым, — съязвила она.
— Ширли, все было совсем не так. В кино мы ходили один-единственный раз, потому что так посоветовал Роджер. И это мои дети, поэтому мне решать, что для них лучше. Не лезь.
Ширли не имела права втягивать детей в наши разборки, тем более что бабушка с дедушкой из них с Артуром были никудышными. Они жили рядом, в соседнем городке, но ни разу не предложили посидеть с внуками или забрать их из школы. Они не предложили своей помощи даже после похорон. Сочувствия — и того не выразили.
Я всегда считала, что они держатся особняком из-за меня. Саймон оставался для них мальчиком, который обожал документальные фильмы Алана Викера[9] и мечтал своими глазами увидеть все архитектурные шедевры мира, однако в двадцать три года вдруг повесил себе на шею жену и детей. Еще до свадьбы он пытался убедить родителей, что всю жизнь мечтал о большой любящей семье, но они хотели для него совсем другого будущего.
Отношения с Ширли у него всегда были непростыми. Эта высокая шумная блондинка ураганом ворвалась в жизнь Артура вскоре после того, как тот выставил Дорин за порог. Мы тогда были подростками. Саймон частенько ныл, что Ширли заставляет его делать уроки и ругает за сигареты. В то же время она обстирывала его и кормила, ничего не требуя взамен. Возможно, Саймон не любил мачеху, и все же на ее примере он увидел, какой должна быть настоящая мать. Я никогда не признавалась вслух, но в глубине души завидовала, что у него есть любящие родители.
Артур и Ширли недоумевали: почему Саймон после всего, что натерпелся от Дорин, тоже решил уйти из семьи? И пришли к единственно разумному выводу: это я его заставила.
— Может, ты говорила, что он мало зарабатывает? — неловко начал Артур.
— Нет, не говорила.
— Ты его хоть поддерживала? — поинтересовалась Ширли.
— Разумеется, поддерживала.
— И он всерьез захотел столько детей?
— Да, Ширли. Я же не сама беременела.
— Ты могла его обмануть. Многие женщины так делают.
— Что, все четыре раза?
— Тогда почему он ушел?
— Он не ушел, он пропал. И наши дети здесь ни при чем!
Я достала из шкафа бутылку вина и налила себе, им не предлагая. Они неодобрительно переглянулись, но мне было плевать. Я выразительно сделала большой глоток, чтобы поставить в разговоре точку.
— Ты правда не знаешь, где он? — спросила Ширли.
— Что за вопросы? — удивилась я. — Думаешь, мы тогда сидели бы здесь и разговаривали?
— Кэтрин, пора все нам рассказать. Хватит уже издеваться. У Саймона есть другая женщина? В этом вся причина? И он сейчас у нее? Перестань ломать комедию, ты ведь мучаешь наших внуков. Хватит потакать собственной гордости и делать вид, будто он исчез.
— Что за глупости! У него никого нет. С чего ты решила, что я не думаю о детях?!
— Многие женщины пытаются сохранить семью, — вставил Артур. — Но, когда муж уходит, не разыгрывают спектакль и не делают вид, будто он пропал.
— Кто бы говорил! Разве не ты рассказывал байки, будто Дорин уехала в Эфиопию миссионеркой?
Он побагровел.
— И если Саймон меня бросил, почему он ничего не сказал вам? — продолжила я. — Получается, он бросил и вас?..
— А записку на прощание он оставил? — перебила Ширли.
Я зарычала.
— Вы вообще меня слышали? Повторяю: Саймон не ушел. Он исчез. Полиция объявила его пропавшим без вести. Что еще вам нужно?
9