— Значит, вы получили известие от Изабеллы?
— Так ее зовут Изабелла? — Маркус развязал последний узел и молча осмотрел стертые запястья. — Я получил ее записку перед ужином. Что напоминает мне: я не ел и чертовски голоден.
— Не вы один, сэр! О, давайте поспешим! Изабелла сказала, что вернется.
— Уже вернулась, — раздался самодовольный голос.
Все произошло так быстро, что Сара не успела шевельнуться. Равенхерст потянулся к пистолету, у дверей вспыхнул свет, а затем прогремел выстрел, отраженный многоголосым эхом. Маркус упал на колени, сжимая левую руку чуть выше локтя, а Изабелла молниеносно схватила его пистолет и направила ему в голову.
— Нет! — вскрикнула Сара и бросилась между пистолетом и опекуном. — Вы больше не выстрелите в него, Изабелла! Клянусь!
— Сара, прочь с дороги! — грозно прорычал Равенхерст, но девушка, не обращая внимания на его приказ, шагнула вперед, прочь от его вытянутой руки.
— Я не шучу, Изабелла. Вам сначала придется застрелить меня.
Холодные голубые глаза вгляделись в глаза Сары.
— Я верю вам! — Изабелла явно веселилась от души. — Вы — счастливый человек, Равенхерст, хотя довольно глупый. Я же предупреждала, чтобы вы не искали ее.
Медленно поднимаясь на ноги, Равенхерст бросил страшный взгляд на Изабеллу. Он пытался зажать рану на руке, и липкая кровь сочилась между пальцами.
— Я вам понадоблюсь, чтобы принести бриллианты, — сказал Равенхерст, пытаясь обойти Сару.
— Стоять на месте! — приказала Изабелла, угрожающе подняв пистолет. — Мне не хотелось бы причинять вред вашей подопечной, но я, не задумываясь, положу конец вашему существованию! И не считайте меня дурой, я ни на секунду не доверюсь вам! Итак, слушайте меня! Вы принесете колье, когда я надежно спрячу Сару в другом месте. Получив бриллианты, я верну ее вам целой и невредимой. А теперь, — Изабелла медленно попятилась, — не шевелитесь… оба!
Саре не надо было повторять дважды, она молилась лишь о том, чтобы мужчина, стоявший рядом с ней, не сделал неожиданного движения, так как пистолет, сжатый изящными пальцами, был все еще направлен на него. Едва дыша, Сара смотрела, как Изабелла подобрала мешок, лежавший у стены. Потом женщина бросила мешок ей, и она ловко поймала его.
Затем Изабелла исчезла в ночи, дверь захлопнулась, и Сара с облегчением услышала скрип засова, встающего на место.
— Девочка моя, мне следовало бы отшлепать вас как следует! — проскрежетал Маркус, когда звук шагов Изабеллы замер вдали. — Вы совершили идиотский поступок, отправившись в одиночестве на прогулку, а теперь — будто этого мало! — встали перед маньячкой, размахивающей заряженным пистолетом!
Не обращая на его ругань никакого внимания, Сара положила брошенный Изабеллой мешок на ящик и стала помогать Маркусу снимать плащ, чтобы взглянуть на его раненую руку.
Сбросив плащ, Маркус сел на ящик. Он морщился от боли, пока Сара осторожно снимала его сюртук и закатывала рукав рубашки.
— Я была абсолютно уверена в том, что она не станет стрелять в меня, — заметила Сара, осмотрев рану, к счастью оказавшуюся не более чем глубокой царапиной, — но в вас она бы выстрелила снова, не раздумывая! Видите ли, Изабелла не уважает мужчин.
— Нет, не вижу! — отрезал далеко не умиротворенный Маркус.
Сара оторвала полосу от своей нижней юбки и покопалась в мешке, надеясь найти что-нибудь, чтобы обработать рану.
— Интересно, что здесь? — Она вытащила маленькую фляжку.
Маркус ловко открыл крышку и поднес горлышко к носу.
— Бренди!
Не успел он поднести фляжку к губам, как Сара решительно выхватила ее.
— В таком случае, сэр, она понадобится мне. Джеймс Феншоу рассказывал, что в Испании солдаты промывали раны бренди, конечно, если оно у них было. — И Сара щедро плеснула жидкость на рану.
— Эй, не тратьте все, леди! — Маркус выхватил фляжку и сделал большой глоток, прежде чем Сара снова отобрала бренди. — Вот так-то лучше! Бренди гораздо полезнее принимать внутрь.
Сара сделала тампон из чистого носового платка и обмотала рану оторванным от нижней юбки куском ткани.
— Так легче? — спросила она, опуская рукав рубашки и помогая Маркусу надеть сюртук.
— Гораздо легче. Вы отличная целительница, дорогая!
Сара покраснела от удовольствия, радуясь, что полумрак скрывает ее румянец, и стала разбирать содержимое мешка. Предусмотрительная Изабелла принесла еще свечей, бутылку вина, целую буханку хлеба и большой ломоть сыра.