Выбрать главу

Следователь Копейкин появился в нарядной квартире на Офицерской улице через неделю, а не на другой день после беседы с Колчиным, как обещал. Катерина успокоилась к тому времени совершенно, хотя состояние Любы по-прежнему оставалось тяжелым. Отец, Павел Андреевич, очень кстати уехал по делам. Колчин напротив не находил себе места, проклятая лодка (на которую он загадал) все еще была у моста и угрожала ему страшными бедствиями. Пока Иван Гаврилович снимал пальто, шляпу, галоши, Сергей Дмитриевич все порывался выйти ему навстречу из гостиной, и Катя удерживала его. Они буквально столкнулись в дверях, Колчин от порога принялся представлять следователя жене.

Катерина протянула руку Ивану Гавриловичу, что неприятно поразило Колчина, тот нагнулся поцеловать, и жена пояснила:

— Мы познакомились с Иваном Гавриловичем лет пять назад.

Колчин поднял брови, считая неприличным вслух спрашивать, почему жена скрывала знакомство со следователем. Как много нового открылось в Катином характере за последние дни. Он женился на хрупкой наивной девочке, смешливой, нерешительной и отчаянной одновременно, сегодня Катерину не узнать. Не мог же он в ней так ошибаться? Все лодка, нельзя было загадывать. Решительность жены раздражала и угнетала.

— Да-да, Катерина Павловна тогда только окончила гимназию. Мы познакомились на пароходе, они с батюшкой как раз ехали на ярмарку в Нижний, — следователь издавал отвратительные сюсюкающие звуки, не все из них Колчин успевал сложить в слова. — Я и не предполагал, какой сюрприз меня здесь ожидает. Но то, что вы расцветете в настоящую красавицу, предположить было не трудно уже пять лет назад, а точнее, четыре года и пять месяцев.

Катерина усмехнулась, не сказать, чтобы ласково: — Я совсем не чаяла с вами встретиться.

— Конечно, конечно, — заверил Иван Гаврилович, — мои имя и отчество самые обыкновенные, встречаются часто. Даже если Сергей Дмитриевич упоминали, вы не обратили внимания. Но я-то, я-то мог бы навести справки, узнать к кому иду. Знай заранее, не посмел бы придти к вам без букета.

— А разве вы не справлялись о моей девичьей фамилии? Я полагала, что это ваша работа.

Разговор в гостиной все меньше нравился Колчину, и когда следователь попросил предоставить ему возможность переговорить с Катериной Павловной наедине, решительно воспротивился, даже оскорбился. Но Катерина ласково и непреклонно заявила:

— Сережа, Иван Гаврилович за этим и пришел. Я все потом тебе перескажу, тут уж мне никто не указ.

Следователь засмеялся и покачал бритым подбородком — как китайская собачка. Колчин вышел, увидел, что Соня в новом крахмальном фартучке крутится у дверей, явно подслушивая, но не сделал ей замечания, а направился в кабинет. Посидел там минуту-другую, взглянул на голову лося, она рыхлыми губами тотчас напомнила ему следователя, выглянул в коридор — Соня оставалась на посту — спросил кофе с гренками и сахаром.

— Черт знает что, в собственном доме уж не хозяин. — Взял со стола свежий немецкий журнал, набитый формулами, раскрыл, но если бы держал вверх ногами, ничего не изменилось бы, читать Колчин не мог. Даже любимые формулы.

В гостиной разговаривали вполголоса. Папоротники и фикусы притихли в эркере, Соня под дверью, но слова терялись в коврах и портьерах. Копейкин придвинулся к дивану, сидел наклонившись вперед, заплетя ноги вокруг ножек стула, Катерина напротив откинулась назад и слегка отворотилась.

— А что, Екатерина Павловна, муж ваш по будням не бывает на службе, или это в мою честь?

Катя заметно рассердилась, покраснела: — Оставьте этот тон, Иван Гаврилович! Какая служба, у нас свое дело. Все вы прекрасно знаете, обо всем справились. Пришли допрос снимать, так снимайте. Мне время дорого.

— Вам всегда было жаль на меня времени, — уныло сказал следователь. — Но зачем вы видите во мне врага. Напротив, вы сейчас в таком положении, что друг не помешает, тем более, надежный, проверенный и — и облеченный некоторой властью.

— Что вы такое говорите! Никакого сложного положения. Сестра двоюродная отравилась, неприятно, прямо скажем, несчастье, но не преступление. То, что Самсонов убит — совпадение, тоже неприятное, и не более. Что вы жилы тянете из Сергея Дмитриевича, видите же, не может человек вам противостоять, вашим глупым надуманным обвинениям. Или вы это — специально запугиваете?

— Да, драгоценнейшая, именно специально. Испугались? А если бы я так ответил всерьез? Если бы так оно и было? Но нет, Екатерина Павловна, вы не представляете, во что вляпались. Я же лишь помочь вам хочу. И все сейчас расскажу, невзирая на тайну следствия. Может, хоть тогда поверите — не скажу, оцените, на это не рассчитываю. Кстати, не в ходу у вас такое смешное домашнее прозвище «костяное рыльце»?