— Угу. Завтра зайду.
— Давай, валяй. — Глеб помахал рукой и закрыл за Геком дверь.
Следующие два часа Гек провел дома — с помощью изоленты он приматывал лазерную указку к дулу пистолета. Это было просто, а вот настроить прицел оказалось намного сложнее. Гек зажал пистолет в тиски и один раз выстрелил в стенку через весь коридор, после чего долго пытался навести точку луча на дырку в обоях, куда провалился шарик, далеко углубившись в штукатурку. Через некоторое время удалось и это, тогда Гек соорудил вокруг ствола с лазерной указкой подобие кожуха из бумаги и все это густо залил парафином. Когда парафин окончательно застыл, конструкция получилась довольно жесткая, хоть и громоздкая. Но зато отныне можно было не бояться, что прицел собьется.
Теперь у Гека был пистолет с настоящим лазерным прицелом, который включался натягиванием резинки от презерватива на красную кнопку, выпирающую из корпуса указки. Пистолет конечно был игрушечный и убить им было нельзя… Если конечно не попасть в глаз.
Гек походил по комнате, размахивая пистолетом — кисть должна была привыкнуть к новому оружию. Затем он выстретил пару раз в выбранные точки на обоях из дальнего конца коридора — и попал. Потом открыл балконную дверь, ушел к противоположной стене комнаты и бросил оттуда пустую консервную банку, выстрелив вслед три раза. Спустившись вниз, он нашел ее в кустах под домом — в банке были три дырки. Оружие действовало!
Гек вернулся домой и тут же раздался звонок в дверь — это вернулась рыжая девушка. В тот день, когда они познакомились, девушка обмолвилась, что ей негде жить, и Гек предложил ей пожить у него. Она ему понравилась сразу.
— Можешь пожить у меня, не бойся, приставать не буду. — сказал он тогда.
— Да этого я как раз и не боюсь. — сказала девчонка и посмотрела на Гека честными зелеными глазами.
И Гек чуть сам не смутился. Вечером она вернулась, и они сели ужинать. Девушка была измотана событиями дня, и, попив чаю, стала засыпать прямо на глазах. Гек взял ее на руки, отнес в комнату и положил на диван.
— Я посплю. — сказала она сонно и тут же уснула.
Гек ушел в свою комнату и тоже лег спать. Проснулся он поздно. За дверью шлепали шаги босых ног, на кухне лилась вода и гремела посуда. Дверь распахнулась и просунулась веселая рыжая голова.
— Ну что, спишь?
— Угу. Уже просыпаюсь. Доброе утро.
Дверь открылась полностью и девушка вошла в комнату, легко ступая по паркету босыми ногами. На ней была длинная белая майка, которая опускалась почти до самых колен. Но конечно не до колен — колени были видны прекрасно, из под майки виднелись сильные стройные ноги.
— Ты всегда так ходишь? — удивился Гек.
— Нет, только для тебя. А ты никогда не пристаешь к девушкам?
— Очень даже. А ноги у тебя красивые.
— Да я и сама ничего. — девчонка улыбнулась. — Поприставай ко мне?
То, что она говорила и как себя вела могло бы показаться крайней развязностью и распущенностью, если конечно не видеть ангельского лица этой девушки — на нем отражалась сама искренность и непорочность.
Девушка села на край кровати Гека, и Гек, не в силах себя сдерживать, нежно обнял ее и начал целовать. Девушка игриво застонала и откинулась на кровать, обнимая Гека. Вскоре оказалось, что под майкой на ней ничего не одето. Гек обнимал ее стройное тело, гладил высокую грудь. Девушка неожаднно оказалась очень нежной и ласковой — в руках Гека она буквально таяла и трепетала, а когда Гек ввел свою плоть в ее теплую глубину, она глубоко вздохнула и подогнула ноги, двигаясь ему навстречу, и мир вертелся перед глазами как разноцветные стеклышки в калейдоскопе. Затем они снова слились в объятьях, прокатились и сползли с кровати на пол вместе с одеялами — девушка оказалась сидящей верхом на Геке, и ее рыжие волосы огненной копной развивались в неведомом ритме. Их движения становились все быстрее, и огненное море страсти закипало внутри, готовое вырваться наружу. Она запрокинула голову и прикусила губу, но все равно с ее губ сорвался стон, Гек прижал ее к себе и они слились и растворились в море бесконечного блаженства.
Когда они немного отдышались, девушка опустилась на грудь Гека, поцеловала его и посмотрела в его глаза своими бездонными зелеными зрачками.
— Ты не думаешь что я развратная? Или шлюха?
— Нет, почему же я должен так думать?
— Ну вот я так к тебе пристала вдруг…
— Наоборот, ты мне нравишься все больше и больше. — Гек поцеловал ее.
— Нет, но ведь некоторые мужчины считают, что если девушка хочет секса — значит она шлюха.
— А много у тебя было мужчин?
— Много ли? Сейчас посчитаю.
Гек рассмеялся.
— А чего ты смеешься, всего три.
— Я четвертый?
— Ты третий. А у тебя? Женщин?
— Это важное уточнение. — рассмеялся Гек, — Мужчины в этом смысле меня не интересуют. А женщин… Ты знаешь, много. Больше десяти точно. Да и вообще — подсчеты вести кощунственно.
— Но тебе со мной было хорошо?
— Спрашиваешь! А тебе со мной?
Девушка ответила долгим теплым поцелуем.
— Но все-таки, — продолжила она, — Ты не будешь рассказывать что вот пришла к тебе девка и сразу отдалась как шлюха? Я никак не пойму мужскую психологию — мне рассказывали, что мужчины между собой обзывают шлюхами женщин, с которыми легко трахнулись.
— Я вообще не люблю рассказывать кому-то о таких вещах. И потом — мужчины бывают разные. С моей точки зрения, рассказывать как ты переспал с такой-сякой шлюхой — это оскорбление не этой женщине, а прежде всего тебе самому: чего ты тогда спал со шлюхой? Все равно что хвастаться как ты вместо вкусного завтрака дерьма наелся.
— Вот и я так думаю. Нет, я в тебе не ошиблась, ты мне очень нравишься. Можно я в тебя влюблюсь?
— Можно. — улыбнулся Гек. — И часто с тобой это бывает?
— Нет, тоже третий раз. Я такая, без любви — ни-ни. — девушка очаровательно улыбнулась и тряхнула рыжими кудрями. — А вообще я в последнее время думаю, что женщинам нечего скрывать свои чувства. Почему мужикам можно все, а нам нет? Вот хочется пристать к парню — я и пристаю. Хочется секса — требую. Правильно?
— Ну в общем правильно. — усмехнулся Гек. — Экие у тебя прогрессивные взгляды.
— Так у тебя сегодня был вкусный завтрак? — она лукаво глянула на Гека, но вдруг вскочила, — Ой! Завтрак! Я же поставила яичницу!
В комнату незаметно просачивался запах гари…
С тех пор они жили вместе вот уже несколько недель, и Гек обнаружил, что влюбился в эту девушку. Она убегала утром, бегала по каким-то библиотекам, готовилась к экзаменам — поступала в театральное училище. Но вечер они всегда проводили вместе. Но будут ли они вместе сегодня вечером?
И вот сейчас хлопнула дверь и она вошла. Гек глянул на часы — она пришла раньше. Он знал, что ему будет тяжело с ней прощаться, и хотел оставить записку и просто тихо уйти из дома. Но они пришла и получился разговор — странный и тяжелый. Потому что Гек не мог ее впутывать в это дело и не мог ей сказать куда он идет. И они договорились, что если Гек не вернется к десяти вечера, значит с ним случилось что-то, и в этом случае ей надо скорее уйти из дома — могут быть неприятности. Девушка поняла, и на глазах ее появились слезы. Она хотела идти с Геком, но Гек ее не пустил. Он последний раз обнял ее вышел, тихо прикрыв дверь.
— Все будет хорошо! — сказал он.
— Мы еще встретимся! — прошептала девушка.
Гек приехал в Кунцево когда уже начинало темнеть и пошел по грунтовке к зданию в центре пустыря. Здесь было все как обычно — стояли четыре автомашины, и двор вокруг здания был безлюден. Но не об этом сейчас думал Гек. Он думал о том, что ничего не сказал Учителю о том, что собирается делать — рассказывать об этом было нельзя, иначе Учитель обязательно запретил бы Геку всю эту затею, а ослушаться Учителя Гек не смог бы — настолько глубоко с ранних лет въелась в него восточная идея о безоговорочном подчинении Учителю. Гек думал о том, что дома осталась рыжая девчонка, и она ждет его, Гека, а он может и не вернуться. И дело даже не в том, что он может не вернуться — Гек всегда считал себя воином, готовым принять смерть такой как она есть. Дело в том, что это принесет боль этой рыжей девчонке. Как впрочем и родителям. А еще Гек думал о том, что сегодня ему скорее всего придется убить человека. И даже не одного. Конечно не человека, бандита, торговца наркотиками, убийцу Славки, но все-таки живого человека.