Ш а р л ь (становясь сзади Наполеона). Расселись перед царственной особой!..
Все неуверенно встают.
Ф л е р и. Но позвольте, все, что сделано, сделано нашими руками.
Н а п о л е о н. Нет, все сделано моим именем! Вы мне были необходимы вчера и совершенно не нужны сегодня.
С е н т - А р н о. Не забывайте: мне подчинена армия.
Н а п о л е о н. А вы подчинены мне. Вам известно, где сейчас первые генералы Франции? Они могут потесниться и для вас. Мопа, вам не кажется, что генерал Сент-Арно в чем-то виновен?
М о п а. Совершенно верно. В заговоре и хранении оружия.
Ш а р л ь. Прикажете позвать стражу?
М о р н и. Довольно. Флери, повлияйте на принца! Флери нерешительно достает пистолет.
Н а п о л е о н. Флери, успокойте де Морни.
Флери смотрит то на Наполеона, то на Морни.
М о р н и. Флери!
Н а п о л е о н. Флери!!
Флери направляет пистолет на Морни.
Как видите, я научился у вас декламации. Флери, уберите.
Ш а р л ь. Если каждый министр будет размахивать пистолетом…
П е р с и н ь и (обнимая Наполеона за талию). Дорогой принц!..
Н а п о л е о н. Я не терплю фамильярности. И запомните, господа, я не только вас не боюсь, но уверен, что вы будете конвоировать меня на прогулке, охранять мол двери и оберегать мой сон, потому что без меня вы — ничто. Без меня — вы погибли. Кто, кроме меня, оставит вас у власти? Даже не у власти. Кто оставит вас на свободе? Ступайте и ждите моих распоряжений в приемной.
Все, не поворачивая Наполеону спины, почтительно выходят. Шарль заглядывает за дверь.
Ш а р л ь. Его высочество принц Жером.
Н а п о л е о н. Пусть войдет.
Ш а р л ь пропускает Ж е р о м а и выходит.
Ж е р о м. Добрый день, мой мальчик. Вот видишь, я — старик приехал тебя поздравить. (Берет Наполеона за ухо.) Ах, шалун, ах, шалун…
Н а п о л е о н. Милостивый государь, так говорят с близкими родственниками, а мы с вами не только не родня, но даже принадлежим к разным национальностям. Вы утверждаете, что в моих жилах нет ни капли крови Бонапартов, не правда ли? Зачем же вы сюда пришли, да еще хватаете меня, постороннего человека, за ухо?
Ж е р о м. Мой милый, я не понимаю, чего ты хочешь?
Н а п о л е о н. Я хочу иметь не перемежающихся родственников, а постоянных. Поезжайте домой и выясните: угодно вам окончательно быть моим дядей или нет? Через три дня жду ответа.
Жером наталкивается на кресла, не сразу находит дверь.
Ж е р о м. Вот теперь я слышу. Это говорит Бонапарт. (Уходит.)
Вбегает Ж ю л и.
Ж ю л и. Принц, надеюсь, вы не сердитесь?
Н а п о л е о н. Почему вы вошли без доклада?
Ж ю л и. Фи, как только мужчинам хоть немного повезет, они сейчас же начинают важничать. Ну, развеселитесь. Морни говорил, что, когда вас объявят императором, на улицах будет иллюминация. Ну, давайте мириться.
Н а п о л е о н (прохаживаясь, бросает слова все увереннее). Мириться? Я согласен. Но ставлю условие. Вы не должны принимать Морни, вы не будете встречаться с Флери и… и ни с кем другим. Водевили для вас будет писать старый почтенный автор, которого укажу я. В противном случае я дам распоряжение директору театра перевести вас на вторые роли.
Жюли ошеломлена. С каждой фразой она отступает все дальше, наконец, лишается чувств и падает на руки вошедшего Ш а р л я. Он уносит Ж ю л и.
Да, я умею поражать величием.
Входят М о р н и, С е н т - А р н о, Ф л е р и, П е р с и н ь и, М о п а и Ш а р л ь.
М о р н и. Ваше высочество, поздравительная делегация ждет.
Н а п о л е о н. Прекрасно. Я ее приму. Морни, займите место направо, Сент-Арно — налево, Персиньи — здесь, Флери — там, Мопа… (Указывает место. Сам встает в центре образовавшегося полукруга под портретом императора и принимает наполеоновскую позу.) Просите!
За сценой музыка. Шарль открывает дверь. На пороге — поздравители.
ПРИМЕЧАНИЯ
«ЧУЖОЙ РЕБЕНОК»
Комедия написана в 1933 году. Пьеса «Чужой ребенок» стала заметным явлением в развитии и истории советской комедии.
28 октября 1933 года комедия впервые была показана на сцене Московского театра сатиры. Режиссеры — Н. Горчаков и Р. Корф. Художник — Г. Кигель. Главные роли исполняли: П. Поль — Караулов, Е. Милютина — Ольга Павловна, Н. Нурм — Маня, Р. Холодов — Костя, Д. Кара-Дмитриев — Яков, И. Зенин — Сенечка Перчаткин, Н. Курихин — Александр Миронович. Спектакль этот сыграл решающую роль в становлении и развитии Театра сатиры, стал одним из важнейших этапов его творческой жизни. От пьесы-плаката, пьесы-обозрения театр перешел к комедии нравов, получил наконец настоящий драматургический материал.