К а р и м д ж а н. Совет хороший.
А ш у р а л и е в. Вот и поезжайте. А мы следом явимся.
Ш а к а р (подумав). Отец… Каримджан, как-то неудобно Умиде без свадьбы, без ничего — в ваш дом войти!..
У м и д а. Ах, мамочка, оставьте вы эти формальности.
А ш у р а л и е в. Ладно, ладно. Но вы, Каримджан, постарайтесь вашу матушку по-хорошему уговорить, хоть бы она и очень разошлась. А то, смотрите, ежа только задень, — когда он выпустит иглы, его уже в руки не возьмешь…
Ш а к а р. Да, Каримджан, а как зовут вашу матушку?
К а р и м д ж а н. Бустан. Бустан Эрматова.
Ш а к а р. Имя хорошее. Ну, значит, договорились.
К а р и м д ж а н (протягивает бумагу). Вот наш адрес, не забыть бы.
Все выходят, прощаясь. Ш а к а р и А ш у р а л и е в возвращаются.
Ш а к а р. Ох, не подумав они поехали, отец. Лучше бы Каримджан письмом мать уговорил… Лишь бы все добром кончилось: а то, о-ох, боюсь, нехороший она человек! Кто это в наше время невесту по косам выбирает?!
А ш у р а л и е в. Насчет кос — верно. Но разве мать может быть плохой? Мать же! Плохая она или нет, а вырастила не вора, не бандита… В конце концов она просто немного отсталая… и по-своему желает Каримджану счастья.
Ш а к а р. Я не говорю, что она плохая! А что, если она решит мою дочь на старинный лад невесткой сделать, а? Косы — веник, руки вместо кочерги! Ни за что не стерплю, чтобы мою дочь превратили в кишлачную невестку! Заберу ее!
А ш у р а л и е в. Вот это да! Что же дальше будет? Ваша сватья говорит «косы», вы говорите «кишлачная»…
Пролетает самолет.
Вот наша девочка и полетела в жизнь… Да будет счастливым твой полет, дочка!
Ш а к а р. А-а, какой ужас, я забыла ей сказать, чтоб косынку на плечи скинула — а то кос не видно!..
Улица. Ворота дома Каримджана. Когда входят У м и д а и К а р и м д ж а н, Б у с т а н с шумом выталкивает из дома Д ж а м а л а. Каримджан и Умида останавливаются. Каримджан прячет чемодан в траве и тянет Умиду в сторону.
Б у с т а н. Все законы, которые ты знаешь, я тоже знаю! Права не имеешь! Не имеешь права!
Д ж а м а л. Да послушай ты, Бустан-буви, что это с тобой приключилось! Я же твоих прав не оспариваю.
Б у с т а н. Ой, люди! Какое беззаконие! Я властям пожалуюсь. Ой, власти мои родимые!.. Ты погоди у меня, я с тобой в исполкоме буду разговаривать. (Убегает в дом.)
У м и д а. Что это за женщина?
К а р и м д ж а н (растерянно). Мама, моя мама.
У м и д а. А что случилось?
К а р и м д ж а н. Сейчас узнаем…
Оба прячутся.
Выходит Б у с т а н с медалью на груди.
Б у с т а н. Я т-тебя сейчас в исполком потащу… (Кричит.) Тутинисо-о! Эй, сватья-а! Сватья, тебе говорю!
Входит Т у т и н и с о.
Т у т и н и с о. Что? Что? (Плюет себе за ворот.) Что случилось? Пожар?
Б у с т а н. Какой там пожар! Хуже! Видите ли, ему вздумалось мой дом в ясли превратить, люльки в моем доме решил повесить…
Д ж а м а л. Все равно этот дом на снос пойдет. Самый разгар работ, женщины заняты, прошу ее — все равно ведь не работаешь, хотя бы за детьми присмотри, всего четыре люльки и хотел подвесить! Так смотри, какую бучу подняла, можно подумать, наследство делит.
Б у с т а н. Где Хайрихон?! Пусть ведет меня в исполком!
Т у т и н и с о. Хайри на работе…
Б у с т а н. Идите, позовите Хайри, сватьюшка, пусть с работы отпросится, пойдет со мной в исполком.
Д ж а м а л. Да ты меня послушай, чего тебе в исполкоме делать! Постановления уже приняты, подписи поставлены.
Б у с т а н (категорически). Сказала нет, значит, нет.
Д ж а м а л. С тобой говорить — что в пустой дом стучаться. Всё, нечего мне с тобой время тратить, не сегодня-завтра Каримджан приедет.
Б у с т а н. Дом на меня записан, ты Каримджана не вмешивай! Ты мне всегда был врагом! Если б ты, проклятый, тогда не написал вместо ордена медаль, я бы сейчас орденоносцем была!
Д ж а м а л. Если б ты тогда со злости из колхоза не ушла, получила бы орден. А для тебя и медали жалко. (Уходит.)
Т у т и н и с о. Сватья, возьмите себя в руки!
Б у с т а н. Не возьму! Сейчас же в исполком пойду, все там кверху дном переверну. Бустан и Тутинисо уходят.