Теперешняя работа, в отличие от предыдущей, полной всякого рода опасностей, ни малейшей угрозы в себе не таила, но зато сколько приходилось сносить унижений!
Никто, увы, не встречает страхового агента с: распростертыми объятиями. Не дослушав до конца, бросают: «Обойдемся», — и захлопывают перед носом дверь. А в последнее время все чаще на калитке можно увидеть табличку: «Коммивояжеров и страховых агентов просят не беспокоиться». В такую дверь и позвонить не решишься.
А в многоквартирных домах это прямо как эпидемия: стоит одному жильцу повесить такую табличку, и сразу остальные следуют его примеру. Конечно, разного рода агентов развелось в последнее время несметное множество, но ведь им тоже как-то жить надо. Иные смельчаки нахально входят во двор, игнорируя табличку на калитке, но нередко им за это выплескивают на голову таз воды из окна.
Страховые компании меняют тактику, и их агенты теперь проникают в дома, якобы проводя опросы общественного мнения или раздавая какие-нибудь анкеты, но подобные хитрости мало что дают.
Хуже всего — обходить дома наугад, надеясь на одну удачу. Однако новичкам выпадает заниматься именно этим неблагодарным делом. Первыми жертвами новоиспеченого агента становятся родственники, друзья и знакомые, то есть те, кто не может ему отказать. Но такого рода ресурсов больше чем месяца на три не хватит. Можно переключиться на знакомых своих знакомых, но и тех хватит максимум на год, а потом тебя, как износившуюся сандалию, вышвырнут на свалку.
У Адзисава же в Хасиро не было ни родных, ни друзей. С самого начала он был вынужден рассчитывать лишь на случайных клиентов; только благодаря этой нелегкой школе он удержался в фирме. Агенты, поступившие на работу одновременно с ним, исчерпав все личные связи, один за другим вылетали на улицу, лишь закаленный тяготами Адзисава чудом держался на плаву.
Иногда становилось невмоготу сносить постоянные оскорбления и неудержимо тянуло вытряхнуть душу из очередного обидчика. Тогда воспоминания о прежней работе помогали Адзисава взять себя в руки.
Поначалу он сбивался с ног, обходя квартал за кварталом впустую. Другие новички кое-как выполняли норму за счет знакомых, его же показатели были хуже всех — заведующий филиалом не давал незадачливому агенту житья. «Если сдамся, мне конец», — твердил Адзисава.
Однажды, когда он, набравшись смелости, позвонил в дверь, на которой висела табличка со знакомым предупреждением, ему перепал необычный приработок. Хозяйки, похоже, не было дома, и дверь открыл мужчина лет сорока. Звонок, наверное, разбудил его — он был в пижаме. Сначала, узнав, что его потревожил страховой агент, мужчина обрушился на непрошеного гостя с руганью. Когда же Адзисава, втянув голову в плечи, побрел прочь, хозяин вдруг окликнул его.
— Эй, постой-ка. Сделай для меня одно дело, — попросил мужчина, на лице его неожиданно появилась странная, смущенная улыбка.
— Какое дело?
Хозяин сложил большой и указательный пальцы колечком:
— Сходи, пожалуйста, в аптеку и купи мне этих штук.
— Каких штук? — не понял Адзисава.
— Покажешь так аптекарю, он разберется. Скажи, по тысяче иен. Ты заплати, я тебе отдам.
Адзисава пожал плечами, но сходил в аптеку и изобразил там загадочный знак пальцами. Аптекарь понимающе кивнул и сунул ему какую-то коробочку. Только теперь Адзисава сообразил, что мужчина послал его за презервативами. Видимо, звонок в дверь прервал супружеские ласки, и муж решил, воспользовавшись случаем, пополнить истощившийся запас этих жизненно важных предметов. Адзисава не знал, злиться ему или смеяться.
Получив заветную коробочку, хозяин дал агенту полторы тысячи иен и свою визитную карточку, объяснив, что сам он в страховке не нуждается, но что, если прийти к нему в фирму, он сможет помочь. Мужчина оказался администратором известного в городе ночного клуба.
Так Адзисава заключил свои первые договоры. Но до выполнения нормы было еще очень далеко.
Или был еще такой случай. Он долго обхаживал одну дамочку, судя по всему — содержанку какого-то богача, она все колебалась, застраховаться ей или нет. Красотка жила в квартире с собачкой, шпицем. Однажды, многозначительно улыбнувшись, она проворковала:
— У меня к вам большая-пребольшая просьба.
— Если это в моих силах… — лучезарно заулыбался в ответ Адзисава.