Выбрать главу

- Плачь, - настрочил парень, после чего мягко нажал на кнопку «отправить». Он увидел, как Старк с громким вздохом замер, в отчаянии мотая головой.

- Не буду, не буду… - шептал он, а потом, будто в доказательство, прикусил язык до боли.

- Иначе это не кончится никогда. Я не позволю тебе спать, - рискнул ответить учёный. Гений сдавленно застонал, с силой зажмуриваясь – через глаза Роджерса было видно, как он мечется, пытаясь освободить свои руки и прижать их к горящему лицу. Капитан не понимал, что происходит и с кем разговаривает Тони, но догадка словно зависла где-то совсем рядом. Со Старком общался тот, кто делал с ними это. Почему именно с ним, а не со Стивом?

Гений приоткрыл рот и быстро-быстро задышал. Нет, нельзя такое позволять, нельзя, нельзя, почему…

- Слушай меня, - Стив, не будучи уверенным в том, что он делает, слегка потянул Старка за волосы. Тот приоткрыл глаза, шмыгая носом. – Слушай только меня, - тут же приободрился Роджерс. – Ты ведь знаешь, кто ты такой. Ты знаешь, что если мы не поможем друг другу, то нам не поможет никто. С нами ведь боятся разговаривать.

- Боятся… - Тони вновь опустил веки, с силой втягивая носом воздух.

- Прошу тебя, прими мою помощь. Мы справимся. Вместе.

- Нет, н-нет… - Старк снова дёрнул руками, пытаясь их освободить. Роджерс заметил следы на его запястьях – кожа уже стёрлась, некоторые места пострадали насколько, что были видны капли засохшей крови на ремнях. – Я не хочу тебя слышать… понимаешь ты… не могу… - он опять мотнул головой. – Нет…

- Тише, прошу, - Стив надеялся, что эти слова были адресованы ему. – Послушай меня. Помнишь, ты говорил, что не веришь людям без демонов? Мои демоны – это прошлое, я видел прошлое, видел, как Пегги зовёт меня на танец, как мы отмечаем победу над фашистами, - Роджерс видел, как Тони медленно открыл глаза и посмотрел в потолок. Гений всё ещё дрожал – но уже не так, будто его тело не выдерживало напряжения. Теперь уже он дрожал от усталости, время от времени, чтобы поймать больше воздуха, слегка приоткрывая рот.

- Это к ней ты ездил на похороны, - сказал он, продолжая смотреть в потолок. Старк это помнил. Значит, ещё есть шанс помочь ему отвлечься от пугающих посланий, которые всплывали перед его закрытыми глазами алыми буквами.

- Да, к ней, - Роджерс осмелился снова провести рукой по волосам Тони. Тот слегка дёрнулся, пытаясь отодвинуться, но по крайней мере, не начал вырываться. – А ты? Что ты видел, Тони? - повисла тишина. Гений всё ещё даже не взглянул на него, и Стиву даже показалось, что его отключили – но почему же взгляд был таким ярким, живым, настоящим?

Снова лёгкий стон сорвался с губ – прямо перед глазами возникла «запись» кошмарного видения, которое подарила ему Ведьма полтора года назад. Сдавливающий грудь страх, осознание того, что на нём ни царапины, все взгляды мёртвых глаз направлены на него. Зачем с ним это делают? Зачем копаются в его памяти? Он видел столько ужасов, сколько не видели многие люди… Неужели, увидит их все заново?..

- Тони, говори, - услышал Старк будто сквозь вату голос Стива. Реальность там, где находится Роджерс. Надо суметь вернуться туда. – Что ты видел?

- Тебя… - медленно сказал Тони, с трудом двигая пересохшими побелевшими губами.

- Что? – вырвалось у Кэпа. Он был готов услышать многое: от старых детских ужасов, до плена, в котором Старк провёл три месяца. Был готов узнать о том, что худший кошмар Старка – это куча огромных пауков, облепивших его тело, или что гений до ужаса боится вспоминать то, как ему из груди удаляли реактор вместе с осколками, которые могли в любой момент впиться в сердце. Но о чём говорит Тони?

- Тебя… - такой же пересохший язык скользнул по губам. – Мёртвого. Все Мстители были мертвы, а ты… - судорожный вздох, взгляд в пустые неживые глаза. Стив из кошмара смотрел на него с обидой и непониманием. – Ты винил меня в своей смерти, - эхом в его голове раздался знакомый голос: «почему не пошёл до конца?», - Ты винил меня во всём… всём, что я… - Тони почувствовал, что ком в горле мешает говорить. Но не понимал, катятся ли по его лицу слёзы или ещё нет. – Всём, что я не сделал… Я испугался… и ничего не смог исправить… Читаури беспрепятственно спускались на Землю… - он не знал, что настоящий Стив сам кусает губы, чтобы не пустить слёзы, которые рвались наружу вместе с криком. Только почувствовал, как Роджерс склонился и обнял его, подчиняясь непонятному Тони порыву.

Они разговаривали до поздней ночи. Тони изредка закрывал глаза, надеясь, что скроется от своего ужаса, но эти попытки были тщетны. Порой картинка оживала и крутилась заново – наверное, как раз тогда его мучитель подходил к компьютеру и крутил одно и то же, уничтожая его несчастный уставший разум. Это было хуже, чем в первый раз. Стив не прекращал разговаривать с гением, когда тот вздрагивал и испуганно смотрел куда-нибудь в пустоту перед собой. Ему не надоедало обнимать дрожащее тело, когда Тони смотрел на него, но видел перед собой только тьму, камни, звёзды и его труп.

- Слышишь? – каждый раз переспрашивал Роджерс. Гений кивал. Не сразу, перебирая едва слушающимися пальцами складки одеяла.

Тони начинал обращаться к нему самостоятельно, пытался поворачивать голову на звук голоса Стива, разговаривал с ним, отчаянно шмыгая носом и всё ещё отказываясь принимать помощь любого рода, кроме разговора. Но Роджерс и не настаивал, радуясь хотя бы тому, что Тони всё реже испуганно замирает и всё слабее дрожит от страха. В конце концов гений затих. Кажется, уснул – или, может быть, просто устал разговаривать.

Роджерс тоже хотел поспать, но едва он закрыл глаза – прямо перед ним возникла всё та же тёмная фигура, которой он вонзал в спину нож. Снова и снова, двадцать, тридцать раз он это делал, дрожа от собственной боли и понимая, что такое настоящий страх. Ужас сжимал его сердце в противных холодных руках каждый раз, когда он ловил на себе новый взгляд полных непонимания и боли глаз и чувствовал, как прекращает биться чужое сердце. Долго он этого не вынес. Уже десятый повтор оказался последним: Стив вскочил с постели и заметался по палате, пытаясь успокоиться. Он нарочно замедлял шаги, пытался восстановить дыхание. Никто не разговаривал с ним, в голове было «тихо». Тони рассказывал, как это происходит: у тебя перед глазами всплывают красные тексты, которые не исчезают даже тогда, когда ты опускаешь веки. Хочешь или нет, но их приходится читать, потому что иначе они не пропадут даже со временем. Ничего не было. Ни букв, ни мыслей, которые могли бы показаться ему чужими.

Стив услышал шорох. Казалось, будто кто-то стоит прямо за дверью – в нескольких шагах от маленького окошка, через которое им передавали еду. Передавали, кстати, уже дважды, и судя по часам, тикающим где-то наверху, уже близилось время третьей трапезы. Похоже, ему придётся идти за подносом. Роджерс сделал несколько шагов к двери и прислушался. Тишина. Потом ему показалось, что он слышит чьи-то голоса. Прислушался. «Всё равно ничего не разобрать», - подумал Стив, опускаясь прямо на пол и прижимаясь горячим лбом к прохладной металлической двери. Да там, почему-то, и задремал. В этот раз страшного сна то ли не было, то ли Стиву просто кто-то запретил просыпаться.

Но скоро ему пришлось сделать это. Роджерса разбудил крик Старка, зовущего его по имени.

- Стив, они ушли, они ушли! – в панике и будто бы в бреду повторял гений. Кэп даже не сразу понял весь ужас ситуации: Тони уже не лежал, а сидел на кровати, вцепившись себе в волосы. Оторванные ремни валялись на полу, а наволочка подушки, которая почему-то была подложена под голову Стива, при ближайшем её рассмотрении оказалась искусана.