- Конечный результат, и правда, стоит всей этой затеи? – смотрит Роза на дверь, за которой скрылся Кулагин. – Не жестоко ли это по отношению к девушке?
- Жестоко? – переспрашивает Денис.
Ефремова переводит взгляд на Белова, и снисходительная улыбка растягивает её губы.
- Вы ведь даже не представляете, как просто врезаться в чужие сердца, - объясняет Роза. – Думаешь, ей будет легко после того, как всё закончится и окажется, что ваше особое отношение к ней было игрой?
Белов усмехается.
- А кто тебе сказал, что всё закончится?
Денис думает, что даже если у них не получится выстроить никакие личные отношения, то они всегда могут остаться друзьями. Вряд ли после всего он и Стас отпустят девушку и забудут о ней. Однажды взяв за кого-то ответственность, ты несёшь ее до самого конца.
Кулагин размышляет примерно о том же, пробираясь через скопление людей. Ему нужно быть мягче с Воронцовой. Пусть Денис ничего не сказал, но всё читалось в его глазах. С Мией нельзя как с остальными, она не их подчинённая. И будет лучше, если Стас примет этот факт и перестанет вести себя как болван. В конце концов, они сами выбрали девушку и теперь отвечают за неё.
Не заметив Воронцову в самом большом баре и на танцполе, Кулагин двигается дальше, выискивая знакомую фигуру. Его внимательный и натренированный взгляд почти сразу находит девушку. Вот только она не одна.
Стас, как крейсер, двигается сквозь толпу, не обращая внимания на возмущённые возгласы. Ведь стоит людям увидеть его – большинство тут же замолкают, признав мужчину. Короли не трубят о себе на каждом углу города, но о них всё равно знают или догадываются.
- Мия?
Кулагин опускает ладонь на плечо Воронцовой и тут же убирает её. Девушка дергается, уходя от прикосновений. Мужчина рядом с ней как-то сразу сдувается и пытается стать незаметным. Стас легко перехватывает незнакомца за руку и бросает взгляд на бармена.
- Охрану сюда.
Бармен не успевает ничего ответить или даже кивнуть.
- Снова отдаёшь приказы, - ясно звучит голос Воронцовой недовольно. – Только и можешь, что приказывать! Никакого уважения к людям. А ну-ка пусти Сергея! Ты не имеешь никакого права нас удерживать.
Вокруг люди начинают оборачиваться. Поднимается волна шёпота. Кулагин ненавидит подобное.
- Это моя жена, - пытается он купировать возмущение посетителей.
- Нет! – выкрикивает Мия. – Я не твоя жена! Ты насильник! – не собирается она умолкать. – Чудовище! Ты…
Стас реагирует немедленно, увидев, как начинает заваливаться девушка. Оттолкнув от себя притихшего мужчину, Кулагин подхватывает Воронцову. Но уйти Сергею не удаётся. Двое охранников уже там.
- Где вас черти носили!? – набрасывается Стас на охрану. – Почему не смотрели за ней?
- Вы сами сказали, чтобы мы дали ей пространство и не мозолили глаза, - без запинки отвечает один из мужчин, крепко удерживая не сопротивляющегося Сергея.
- Идиот, - выплёвывает Кулагин.
Перехватив Воронцову, Стас приподнимает веко девушки, чтобы увидеть то, чего совершенно не хочет. Несколько мелких капилляров уже успели окраситься в голубой цвет. Временный побочный эффект. Но этого недостаточно. Сжав челюсть Мии, Кулагин приоткрывает её рот и вдыхает его запах. Смесь фруктов и ягод почти заглушает неприятный аромат. Кто-то другой мог и не заметить этот специфический запах, но Стас знает, на что обращать внимание.
- Что случилось, босс? - интересуется охранник, сильнее сдавливая руку Сергея, что уже принял свою участь.
- Этого уёбка увести, - приказывает Кулагин. – После проверить здесь всех на наличие Ридина. Кто не захочет пройти проверку, заставьте. Я хочу знать, кто ещё применяет это дерьмо.
- Сделаем, босс, - произносят одновременно охранники. – А что вы будете делать?
Стас поднимает затихшую Мию на руки.
- Присмотрю за своей женой.
Глава 14
Частичная амнезия после обильного возлияния алкоголя – дело не редкое. Кто-то навсегда забывает некоторые моменты прошедшего вечера веселья, а кто-то помнит обо всём частями. И каждый раз становится неловко. Но ещё больший стыд испытываешь, если помнишь абсолютно всё.
Мне не хочется открывать глаза и просыпаться. Я бы с большим удовольствием осталась в постели и никогда больше не видела внешний мир. Господи, почему я не могла обо всём забыть, как остальные? И почему у меня так сильно болит голова? Я ведь выпила совсем немного.