— Ух ты! — подхватил сосед незнакомца, вглядываясь в него.
— А расскажи, как ты шестерых Чистолапов палкой от метлы избил!
— Чего? — опешил хоббит.
— Кто кого избил?
— А, так это они тебя отметелили, — к столу подтянулся третий хоббит, — а нечего было за их сёстрами ухлёстывать.
— Вы меня за кого-то не того приняли, — мнимый Фонси заоглядывался по сторонам, — как вы сказали? Сигизмунд Тук?
— Хильдефонт!
— Да нет, Хильдифонс!
— А не Хильдигард? По-моему, он был Хильдигард.
— Да вот у него и тесьма туковская на отворотах, как же не Тук?
Тесьма у незнакомца действительно походила на семейную вышивку Туков, но только цветами, узор был совсем другой. Ну да это Хоббитон, тут в таких вещах никто не разбирается. Фонси на всякий случай сложил свой плащ так, чтобы тесьмы не было видно, и начал подворачивать рукава.
Стоящий у трактирной стойки темноволосый хоббит, по виду ровесник Фонси, вдруг направился прямо к нему, и Фонси понял, что его возня с рукавами от того не ускользнула. Повернув голову, чтобы не встретиться с темноволосым глазами, Фонси сделал вид, будто увлечён происходящим через два стола.
— А пони ты у брата зачем угнал? — продолжал кто-то наседать на ни в чём не повинного лже-Фонси. — Нехорошо!
— А про Чистолапку расскажи, — подлез какой-то про- тивный, с гладко прилизанными волосами, — какая она на ощупь-то? Мягонькая?
Фонси почувствовал, как кровь приливает к лицу, и встал, готовясь попробовать кулаком, каков на ощупь нос прилизанного, но тут темноволосый заступил ему дорогу.
— Хильдифонс, — спокойным голосом сказал он, — не надо. Фонси застыл на месте.
— Ты кто такой? Темноволосый вместо ответа оглянулся — в дверь трактира зашло ещё несколько хоббитов, и эти устремились уже прямо к столу, где лже-Фонси начал уже сердиться и громко отказываться от чужой славы.
Давай лучше выйдем отсюда, — предложил он Фонси, — а то сейчас набегут, и тебя ещё кто-то узнает.
Противный прилизанный хоббит тем временем пошёл встречать кого-то из вновь прибывших, и добраться до него стало не так просто.
— Ну, давай выйдем, — согласился Фонси с предложением темноволосого.
— Давай через поварню, — ответил тот, снова оглянувшись на толпящихся возле входа хоббитов, — а то тут народа много.
В поварне было жарко. Запах жареного мяса с жареной картошкой, стук ножей по доске, голоса поваров на мгновение ошеломили Фонси. Толстый хоббит в белом поварском колпаке преградил было им дорогу, но, увидев спутника Фонси, поклонился и отступил в сторону.
— Сюда, — сказал темноволосый и открыл перед Фонси ещё одну дверь, за которой оказались ведущие вниз ступени. Внизу, в погребе, было холодно, особенно после жара стряпни, но пахло столь же умопомрачительно — копчёными колбасами и окороками. Таинственный спаситель Фонси безошибочно направился через погреб к маленькой дверке.
— Ты что, строил этот трактир, что ли? — полюбопытствовал Фонси, когда они прошли ещё через несколько дверей и проходов, мимо бочек с солёными грибами и большущего ледника с кувшинами масла и сметаны. — Хотя постройка-то вроде старая.
— Это наш трактир, бэггинсовский, — ответил темно- волосый, открывая совсем уже неприметную дверь, — я тут играл в детстве.
— Так ты Бэггинс? То-то я думаю, где я тебя видел!
— На свадьбе своего брата ты меня видел, четыре года назад, — сказал Бэггинс.
— Бунго меня зовут.
— Хильдифонс Тук, можно Фонси, — без нужды представился Фонси, — к твоим услугам. А что, трактирщик здешний тоже Бэггинс?
— Нет, конечно, он просто наш съёмщик, — Бунго улыбнулся, — у нас в Хоббитоне не так, как у вас в Тукборо, у нас дела не только по родству ведутся.
— У нас тоже не только по родству, — начал было Фонси, поднимаясь вслед за Бунго по наклонному ходу, но Бэггинс обернулся и приложил палец к губам. Открыв дверь, ведущую на улицу, он высунул наружу голову, посмотрел туда-сюда и только потом вышел и поманил за собой Фонси.
— Вот хорошо, — сказал Бунго, когда они оказались в узком, пахнущем почему-то грибами переулке, — сейчас на дорогу выйдем, а там до Хоббитона рукой подать. Ты в наши края надолго?
— Совсем ненадолго. Думал переночевать в трактире и идти дальше, да вот в трактире, видать, уже не получится.
— Пустяки, — махнул рукой Бунго, — у меня переночуешь. Я тут недалеко живу.
— Вот спасибо, — сказал Фонси, — а ты вообще как меня узнал?
— Как тебя не узнать? — усмехнулся Бунго. — Одет ты богато, но в Хоббитоне так уже лет десять не одеваются, значит, ты не местный. А плащ у тебя обшит тесьмой, которой только Туки одежду обшивают, да не просто Туки, а Туки старшей ветви.