Выбрать главу

— Спасибо, — тихо произнесла Анника.

Торд обернулся к ней и попытался изобразить улыбку.

— И последнее, — вспомнила Анника. — У Маргит была маленькая ножка?

— Она носила тридцать шестой размер, — ответил мужчина.

Она оставила его у соснового стола в безупречно убранной кухне перед чашками с нетронутым, медленно остывающим кофе.

За время ее отсутствия автомобиль промерз насквозь, и Анника не стала снимать куртку. Ее вдруг охватила паника — ей показалось, что она не сможет завести взятый напрокат автомобиль и навсегда останется здесь, примерзшей среди домов семидесятых годов, превратится в ледяную статую, навеки останется связанной ложью семьи Аксельссон.

Анника с такой силой повернула ключ зажигания, что едва не сломала его, двигатель нехотя, с хрипом, завелся, и она облегченно вздохнула. Стекла изнутри покрылись коркой льда. Анника включила заднюю передачу, и та отреагировала громким протестующим скрежетом. Она начала сдавать назад, оглянулась и едва не подпрыгнула от испуга. Заднее стекло замерзло, и сквозь него ничего не было видно. Так недолго на что-нибудь наехать.

Дочери Торда Аксельссона прошли рядом с боковым стеклом. Анника попыталась улыбнуться и неловко помахала девушкам, окинувшим ее любопытными взглядами.

Колеса со скрежетом давили лед на дороге, когда Анника выезжала в город. В горле оставалась мучительная тошнота, в носу стоял запах дезинфекции, мысли не оставляли в покое, грудь теснило.

Сказал ли Торд Аксельссон правду? Не преувеличил ли он? Может быть, он что-то утаил?

Она миновала гимназию, церковь и выехала из центра городка, едва успев в него въехать.

Он не стал приукрашать злодейство жены, думала Анника, и не пытался ее оправдать. Напротив, он просто трезво констатировал, что она подожгла керосин, в результате чего взорвался самолет. Торд не стал говорить, что это был несчастный случай.

Если бы он хотел солгать, то именно так все бы и объяснил.

Дикие Звери, подумала Анника. Желтый Дракон. Какая дьявольская выдумка, какая чепуха, какой бред. Лев Свободы, Лающая Собака, Красная Волчица, Черная Пантера, Белый Тигр.

Где вы теперь? — думала она, выезжая на пустынную магистраль, ведущую в Лулео.

Желтый Дракон, вернувшийся на родину профессиональный убийца Ёран Нильссон. Лающая Собака, Маргит Аксельссон, учительница и по совместительству убийца. Красная Волчица, Карина Бьёрнлунд, министр культуры, панически меняющая правительственные предложения.

Где другие? Кто эти три шведа среднего возраста? Где вы спрятались? Как надежно вы спрятались?

Она проехала мимо поворота на Норфьерден, почувствовала, что у нее мерзнут ноги. Температура упала до минус двадцати девяти градусов, солнце опустилось почти до горизонта, освещая землю тусклыми косыми желтоватыми лучами. Часы показывали половину второго.

Детский пальчик, подумала Анника. Неужели такое возможно?

Она судорожно сглотнула, опустила стекло, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Торд не сказал, что за предостережение было вложено в посылку.

В палец Анника поверила.

В самом преступлении участвовали три человека, Маргит, Ёран и еще один мужчина. Правда ли это?

У Маргит такой же размер обуви, какой был определен для следа на месте преступления. Рассказ Торда Аксельссона содержал такие детали, что Анника поверила, что этот рассказ соответствует действительному ходу события, хотя его, возможно, надо обсудить с пресс-шефом военно-воздушной базы. Почему она должна сомневаться в том, что их там действительно было трое?

Карины Бьёрнлунд там не было.

Она невиновна, во всяком случае в данном преступлении. Можно, правда, предположить, что она принимала участие в планировании или помогала еще чем-то. Во всяком случае, она знала о готовящемся преступлении.

Откуда тебе это известно? — одернула себя Анника. Если Торд говорит правду, то вполне возможно, что Карина Бьёрнлунд ничего не знала. Она рассталась с Ёраном и собиралась порвать с его группой.

Но почему в таком случае она так легко поддалась давлению? Почему Герман Веннергрен запугал ее до такой степени, что она пошла на изменение законодательства?

И почему она дала в газете объявление о помолвке, если решила разорвать отношения с Ёраном?

Но может быть, объявление в газете поместила вовсе не Карина Бьёрнлунд, внезапно подумала Анника.