Выбрать главу

Нахмурив брови, Алекс огляделась, ожидая вдохновения. Вдохновение не приходило. Счетчик тикал, как бомба с часовым механизмом. Четверо мужчин стояли на углу, распивая пиво из горла огромной бутыли.

— Вы установили, куда они ехали?

— Да, леди. Вот сюда.

Она оглядела ближайшие здания. Неказистый склад со ржавыми воротами, покосившимися настолько, что в щель можно пронести средних размеров пианино. Винная лавка, удобно расположенная поблизости от той четверки на углу. Склад металлолома, покрытый густым слоем маслянистой грязи.

Телефонная подстанция.

Булочная сомнительного вида, с кривой надписью за стеклом "Закрыто". Лавка ростовщика, выглядевшая как центр процветания и благосостояния в этом захолустье.

Взгляд Алекс остановился на здании телефонной подстанции. Техническое сооружение, не для работы с клиентами. Похоже, тут нет даже входа с улицы, только логотип на стене, по бокам — ворота с электронным управлением.

— Телефонистка, — пробормотала про себя Алекс и вспомнила слишком ярко сияющие от любопытства глаза телефонистки, ее длинные, завязанные в конский хвост волосы.

— Безумный разговор о мужьях и детях.

Телефонисткой, приходившей к ней, была Марджори Кассетти. Она находилась в ее доме, прикасалась к ее вещам" задавала ей вопросы.

Но падать в обморок было некогда. Подавшись вперед, Алекс похлопала по плечу таксиста.

— Если бы вам надо было попасть внутрь, как бы вы это сделали?

Эммануэль окинул здание долгим взглядом.

— А зачем мне туда попадать?

— Ну, скажем, вы кого-то ищете.

Эммануэль снова принялся изучать напоминающее крепость здание, потом недоверчиво посмотрел на Алекс в зеркальце заднего вида. У него расширились глаза.

— Кого вы ищете? — спросил он.

— Двух мужчин из такси, за которым мы ехали, — со вздохом призналась Алекс.

— Тех, что стоят за нами?

Алекс дернулась, опускаясь на пол машины, словно это могло помочь.

Липаски. Дэвис. Стоят и смотрят на нее в окно.

Алекс испытала гамму чувств — от глубокого отвращения до радостного облегчения. Она медленно опустила боковое стекло. Липаски наклонился и просунул голову в салон.

— Хоббс, ты слишком долго играла в герл-скаутов. Вылезай.

Она нерешительно смотрела в его серые глаза, в которых мелькнули искорки понимания.

— С нами тебе безопаснее, — проговорил он негромко.

Алекс прерывисто вздохнула.

— Значит, я беспокоилась напрасно.

— Не напрасно, — пробурчал Дэвис у него из-за плеча.

Алекс нажала ручку и открыла дверцу. Липаски начал усаживаться в машину, она подвинулась. Вслед за Липаски втиснулся Дэвис.

Эммануэль казался встревоженным. Алекс улыбнулась, надеясь его успокоить.

— Вы знаете, где расположен "Элизиум"?

Шофер кивнул, не сводя глаз с Дэвиса.

— Нет, — вмешался Габриэль. — Нас там слишком просто обнаружить. Везите в отель "Континенталь" на Гранд.

На лице Липаски отразилось сомнение, но он не стал спорить.

Алекс на минуту прикрыла глаза, с наслаждением чувствуя под боком надежное тепло Липаски, хотя и понимала, что это ненадолго. Липаски с Дэвисом напоминали волков, вышедших на охоту, а она — она всего лишь лопоухий неуклюжий щенок, которого надо убрать с дороги, чтобы не мешался. Мягко, если получится. Жестко, если нет.

И при этом прищелкивать зубами, пока он не уберется восвояси.

Глава 28

"Континенталь" оказался четырехзвездочным отелем, что до крайности изумило Алекс. Она представляла себе грязный занюханный мотель, где никому не придет в голову просить удостоверение личности. Но осанка Габриэля Дэвиса изменилась, как только они переступили порог и вошли в массивные — из стекла и бронзы — двери. Теперь он двигался более медленно, изящно и прямо на глазах превратился из потерянного человека, каким знала она его, в элегантного и уверенного в себе мужчину. Он широко улыбнулся дежурной с данными фотомодели в темно-синем костюме с серебряной табличкой на груди, сообщающей, что ее владелицу зовут Паула. Та приветливо, как давнему знакомому, улыбнулась в ответ.

— Сообщения для 1017? — В голосе Дэвиса появились новые обертона: скучающий человек, жаждущий развлечений, который не прочь пофлиртовать. Паула сверилась с компьютером и покачала головой. — Ну и чудесно. Я загляну попозже.

— Разумеется, мистер Грант.

В свое время "Элизиум" потряс воображение Алекс, но отель "Континенталь" затмил всё, что ей когда-либо приходилось видеть за пределами нью-йоркской Парк-авеню. Она шла следом за Дэвисом и Липаски, снова чувствуя себя щенком на поводке. Проходящий мимо посыльный окинул ее подозрительным взглядом. Очевидно, здесь даже воры-карманники лучше одеты.

Лифт разговаривал. Он мелодично сообщал номера этажей, рассказывал о ценах в ресторане пентхауса и удобствах, предоставляемых в спортивных залах. Поскольку Алекс с Липаски и Дэвисом находились в обществе еще четырех респектабельно одетых гостей, никто не проронил ни звука. Алекс занималась сравнением стоимости гардероба находящихся в лифте дам со своим собственным. Счет получался такой: у них, по самым скромным подсчетам, выходило тысячи по три долларов. У нее — максимум двадцать четыре.

Вся четверка вышла на девятом этаже. Алекс прислонилась спиной к стенке лифта, надеясь, что Липаски скажет хоть что-нибудь.

— Почему ты уверен, что она не знает это место? — спросил он.

Дэвис слегка обернулся и приподнял брови. Сейчас он выглядел гораздо увереннее в себе, чем когда-либо: его территория, его правила.

Он не ответил. Двери лифта раздвинулись, явив взгляду солидный холл, устланный ковром вишневого цвета. Дэвис вышел первым, направляясь к массивной, отделанной бронзой двери, вынимая на ходу пластиковую карточку-ключ. Он вставил карточку в щель, дверь щелкнула и отворилась.

Комната выглядела исключительно чисто и богато, и по большому количеству личных вещей Алекс сделала вывод, что сняли ее отнюдь не вчера. Мельком кинув взгляд на прейскурант услуг, прикрепленный на обратной стороне двери, Алекс побледнела. Трое суток в этом номере стоили столько же, сколько месяц в "Элизиуме".

— Располагайтесь поудобнее, — пригласил Дэвис.

Подойдя к бару, он налил бокал виски для Липаски, который тот взял без единого звука. Затем налил себе и выжидательно посмотрел на Алекс. На языке вертелись слова "водка" и "бурбон", но она проглотила их и указала на "эвиан". Чистая, прозрачная, абсолютно безвкусная вода.

Она осушила стакан в несколько глотков.

Липаски отошел со своим виски к окну и принялся разглядывать горизонт. Слегка покачивая бокал, он задумчиво прихлебывал напиток маленькими глотками.

— Прошу прощения за изменение планов, — заговорил Дэвис в полной тишине. — Возможно, у вас были дела. Ваши дела.

В голосе не было ничего особенного, но Алекс боялась встретиться с ним взглядом. Липаски продолжал смотреть в окно.

— Не говори глупостей. Каков наш план?

— Помимо того, чтобы ждать, пока она укокошит одного из нас? Алекс считает, что нам надо отдать себя в руки местной полиции, — с пугающей насмешливостью произнес Дэвис.

— Тебе следовало сделать это неделю назад, — проворчал Липаски. Дэвис склонил голову и пожал плечами. Липаски отпил глоток виски. Дэвис — тоже. — Сейчас уже слишком поздно, черт побери. Возможно, они уже сами тебя ищут. И тебя, и Хоббс. Неудачный ход, Алекс, смываться из города после того, как твой приятель отдал Богу душу. Они тебя обязательно возьмут за жабры.

— Лучше они, чем она, — парировала Алекс и сделала большой глоток "эвиана", чтобы избавиться от привкуса желчи во рту. — Телефонистка. Она приходила ко мне домой, когда всё это только начиналось. Я до сегодняшнего дня этого не могла сопоставить.

Липаски мгновенно обернулся в ее сторону. Дэвис — тоже. Она машинально сделала шаг назад и чуть не сбила дорогую антикварную вазу, стоящую на полу в углу комнаты.

— Ты можешь опознать ее? — спросил Липаски.