— Пока близнецы побудут с вами, — говорил адвокат. — Деньгами распоряжаются управляющие трастового фонда. Если все заинтересованные стороны придут к единому решению, вмешательство судебных органов не потребуется. Вы готовы взять детей себе?
Я сидела за столом Хэлен и через окна эркера смотрела вдаль.
— Еще не знаю, — честно призналась я. — Хэлен хотела, чтобы я подыскала им счастливую семью, а я не могу предложить им даже дом.
— Ну, у них есть свой дом, так что это несущественно.
Вряд ли Хэлен имела в виду кирпичи и раствор, когда говорила о доме, но я все равно взяла слова адвоката на заметку. На обтянутом кожей столе завибрировал мой мобильник. Я взглянула на экран, увидела номер Билли и тихо чертыхнулась.
— Вас не затруднит подождать минутку? — сказала я в трубку.
— Ничуть, — отозвался юрист.
Трубку домашнего телефона я держала в одной руке, мобильник взяла в другую.
— Привет, Билли, как у вас дела?
— Неплохо, я только хотела… Мне так жаль Хэлен…
— Да-да. — У меня срывался голос, в горле запершило. — Я поговорила бы с тобой, но… мне очень жаль…
— Ничего, неважно.
— Просто я сейчас говорю по другому телефону, но я могу…
— Конечно, позвони, когда освободишься. И еще… Тесса, ты знаешь, я…
— Знаю. Я тоже. Спасибо, что позвонила.
— За нас не беспокойся — то есть за нас с тобой. Все наладится. Позвони, ладно?
Я отключилась, перевела дыхание и с трудом поднесла второй телефон к уху:
— Прошу прощения. Так на чем мы остановились?
— На Маргерит.
Я вздохнула.
— Я знаю только одно: Хэлен просила меня не отдавать детей ее матери, если с ней самой что-нибудь случится. — Мне вспомнились слова Маргерит о желаниях Хэлен, о том, что со мной она была одним человеком, с матерью — другим. Вдобавок пыталась произвести на меня впечатление. Правда это или Маргерит манипулирует мной? — Тогда я ей поверила, но теперь даже не знаю, что сказать… Может быть, она преувеличивала?
— Вполне вероятно. Но наш последний разговор с Хэлен оставил у меня такое же впечатление.
— Правда?
— Она выразилась недвусмысленно.
На миг я испытала облегчение — пока меня не осенило:
— Когда это было?
— Пару месяцев назад, когда Хэлен вносила поправки в свое завещание…
— Какие?
— Ничего серьезного, просто родились близнецы, и это событие требовалось отразить в завещании. Мы встретились, она внесла несколько поправок. Предлагаю собраться после похорон и решить, как быть дальше.
— После похорон… — Я ужаснулась. — А я про них и не подумала.
— Боюсь, ими уже занимается Маргерит. Насколько мне известно, Маргерит организует похороны на кладбище Сент-Джонс, а потом поминки у себя дома.
— Хэлен хотела, чтобы ее кремировали, — возразила я.
— Вы точно знаете?
«Хочу, чтобы мой прах развеяли над Чайна-Бич…» А что ответила я? Что к тому времени, как мы с ней отдадим концы, Чайна-Бич будет напоминать Золотой берег, и она заявила, что любой пляж подойдет.
— Да! И я уже говорила об этом Маргерит.
— Тогда скажите еще раз. Она уже строит планы на тот момент, когда из полиции отдадут тело. Придется подождать, отчет о вскрытии пока не готов.
— О вскрытии?
— Так полагается.
— Хэлен не хотела бы… — Я оборвала себя на полуслове.
— В полиции сделают анализ крови на токсичные вещества, чтобы исключить версию о вождении в нетрезвом состоянии. Иначе страховку не получить. Ничего страшного.
— Она не пила, — заверила я. — В этом доме выпить любил Нейл.
— Знаю, но полиция должна установить истинную причину гибели.
— Несчастный случай, что же еще! На свете не найдется женщины, способной умышленно врезаться в дерево на скорости девяносто миль в час и убить себя и мужа!
Едва у меня вырвались эти слова, в ушах зазвучал голос Хэлен. Фразы из тщательно подобранных слов всплывали одна за другой.
«Делай что хочешь, только не отдавай мальчишек моей матери…»
«От тебя требуется только найти им счастливую семью…»
«Мой врач меня понимает…»
«Развод я не могу себе позволить…»
«Надо разобраться с Нейлом, и я это обязательно сделаю…»
«Обязательно сделаю…»
«Обязательно сделаю…»
Я бросила трубку, опрометью кинулась в спальню Хэлен, вытащила из мусорной корзины пакет с лекарствами, вывалила все упаковки и начала искать даты. Все эти лекарства ей прописывали снова и снова уже после того, как шов зажил и боль прошла. На мой взгляд, Хэлен принимала настоящую гремучую смесь. Упав на кровать, я уставилась на открытый шкаф. Джемпер я нашла на средней полке. «Считай, что он твой». Считай?! Зачем она оставила его на видном месте? Почему? Я перевела взгляд на пустые упаковки от лекарств. Значит, это она и есть? Вселенная, которая разворачивается, как положено?