– Мы выполняем свой долг, братишка, – вставил Ксавьер.
Пока два противных флота стремительно сближались, с каждой секундой неумолимо сокращая расстояние между собой, Вориан перенастроил передатчик и передал закодированное сообщение непосредственно на узел управления флотом машин. Когда этот тайный сигнал был передан, Вориан перешел на открытый текст.
– Вызываем наш засадный флот и сминаем эти корабли!
С этими словами он крепко вцепился в поручни командирского кресла, но в углах рта таилась уверенная улыбка.
– Смотри, Ксавьер!
Не веря своим глазам, Харконнен лишь покачал головой.
– Я был всегда уверен, что выиграю у тебя любую войну нервов. Но теперь я вижу, что у тебя хребет из чистого титана.
– С удовольствием покажу тебе на обратном пути такие игры. Ради развлечения поиграешь немного со своим экипажем, выигрывая у ребят их жалованье… или проигрывая свое.
– Ты пока что своим кораблем командуй, примеро Атрейдес, – ответил Ксавьер, может быть, слишком поспешно. Он держался за поручень, так как корабли армии Джихада неслись теперь подобно пушечным ядрам, не уклоняясь.
В последний момент корабли роботов внезапно сорвались со своих орбит и рассыпались в беспорядочном бегстве. Пять окруженных полями Хольцмана боевых кораблей пронеслись сквозь пустоту там, где только что находились корабли противника. Боевые корабли Омниуса панически удирали от планеты, по всей вероятности, в полном составе покидая окрестности IVАнбус.
Экипаж корабля людей радостно вопил в ликовании – они не надеялись уцелеть. Истерически хохоча, Вергиль передал:
– Я не могу в это поверить, Ксавьер! Какое зрелище!
Вориан обратился к экипажам с притворно-нетерпеливым выражением лица:
– Ну, ребята, мы обратили Омниуса в бегство – так чего вы ждете? Так и будете поздравлять друг друга или попортим пару-тройку роботов?
Экипаж корабля снова разразился радостными возгласами – люди были уверены в успехе и горели энтузиазмом. Баллиста Вориана рванулась вперед, Вергиль не отставал. Другие корабли Джихада тоже устремились в погоню, стараясь вытеснить корабль роботов за пределы солнечной системы IV Анбус – как сторожевые псы, прогоняющие чужака.
Ксавьер, скрестив руки на груди, ждал от Вориана подробных объяснений. Улыбаясь, Вориан наконец обернулся к другу.
– Мой сигнал передал ложные сведения сенсорной сети компьютерного флота. Я просто изменил некоторые показания, чтобы заставить их поверить, будто наши баллисты тяжело вооружены, неуязвимы… и сопровождаются многочисленными, невидимыми силами, прибывшими недавно с поритринских верфей.
– В твоей передаче это выходит очень просто.
Вориан фыркнул:
– Вот уж нет. Каждая деталь сообщения должна была выдержать самый скрупулезный анализ, произведенный резервными сенсорами роботов. Сомневаюсь, что это удастся повторить, так как Омниус будет знать этот трюк и больше на него не попадется.
Ксавьер сохранял свой скепсис.
– И что же машины видят сейчас? Ты говоришь так, будто ты их загипнотизировал.
– Сейчас машины убеждены в том, что мы располагаем десятками кораблей, окруженных полями невидимости. Они не видят этих кораблей, не могут их подбить, но они «знают», что эти корабли здесь и только ждут приказа открыть огонь. Рассчитав вероятности возможного исхода столкновения, корабли противника выбрали отступление.
– Блестящий тактический ход, – отметил Ксавьер, – но основанный на шатких допущениях.
– Ничего шаткого или сверх талантливого – просто военная хитрость. Я уже не раз говорил, что машины можно одурачить. Наше счастье, что в составе этого флота не было моего отца. Кимеки куда более проницательны и подозрительны. Агамемнон разглядел бы разницу в показаниях приборов и разгадал бы мой блеф.
После получасовой погони техники с мостика потребовали конфиденциальной встречи с обоими примеро и сообщили им, что поля Хольцмана находятся на грани перегрева и отказа. Защитные системы не были рассчитаны на интенсивное использование столь длительное время.
Вориан скрестил руки на груди.
– Полагаю, что сейчас мы можем без риска отключить защитные поля. Они нам больше не понадобятся.
Он отправил такой же приказ на другие баллисты и произнес реплику будто в сторону:
– А чего это мы не стреляем?
Пять баллист набросились на отставшие корабли роботов, обстреливая их из тяжелого оружия, и почти сразу уничтожили два из них. Однако машины могли перенести гораздо большее ускорение, чем живые люди, и вскоре флот машин оказался вне досягаемости огня. Корабли армии Джихада были вынуждены прекратить преследование.