— Кто-то создал эту тварь с определенной целью. Так что это — творение рук человеческих, — сделала вывод она, — а не Бога.
— Как бы то ни было, — сказал Фальк, — бестия мертва.
Он перевел глаза на Ванью, и скорбь затуманила его взгляд.
— И в гибели чудовища есть и заслуга Ваньи. Мы должны быть благодарны ей за это.
Взгляд Зары скользнул по верхушкам деревьев в направлении Мурбрука, выражение ее лица стало жестким.
— Кто-то дорого заплатит за это.
Внезапно ее глаза превратились в узкие щелки.
— Что это?
Фальк наморщил лоб.
— Что это?.. — повторил он и прервался, так как теперь тоже услышал.
Мрачные гортанные, то усиливающиеся, то затихающие раскаты приближающегося грома.
Только это был не гром. Это было рычание.
Злобное многоголосое рычание, такое мрачное, что у Зары стянуло кожу головы. Волосы стали дыбом, и пальцы невольно крепче обхватили рукоять меча.
— Что… что это?
— Компания, — мрачно проворчала Зара, в то время как рычание приближалось, становилось громче и, кажется, затем разделилось, чтобы неожиданно приближаться к ним отовсюду и ниоткуда: слева, справа, спереди, сзади.
— Быстро! — крикнула Зара, и ее голос дрожал от паники. — Эла и Ян должны срочно бежать сюда!
Они спустились со скалы, в то время как агрессивное рычание продолжало приближаться. Затем они подхватили Элу и раненого Яна, который с трудом держался на ногах, и помогли подняться на Чертову скалу.
Когда они достигли площадки, Ян погрузился в спасительный обморок, так что не увидел залитый кровью, изуродованный труп своей возлюбленной. Зара была этому даже рада.
Теперь рычание доносилось отовсюду. Когда Зара подошла к краю скалы, она в первый момент ничего не увидела, кроме темной, зловещей чащи, но затем внизу, у подножия скалы, лошади начали пугаться и рваться с привязи. Кьелль беспокойно дергался из стороны в сторону, и его беспокойное фырканье смешивалось с яростным рычанием, доносившимся со всех сторон. Сюда добавились тихий треск и хруст, когда недалеко от животных от зарослей отделилась огромная жуткая тень, спокойно и медленно выступила на опушку возле Чертовой скалы, обдуваемая снежинками, которые, попадая на бледную голую кожу в шрамах, таяли, оставляя блестящие, влажные следы.
— О нет, — прошептал ошеломленный Фальк, который снова приблизился к Заре. — Бестия не одна — их две!
— Не две, — холодно заметила Зара. — Больше.
И оказалась права. В то время как первая бестия почти демонстративно заняла позицию у подножия скалы, так что ее можно было разглядеть во всех ужасных подробностях, из зарослей выступили массивные, чудовищные тени и медленно, как хищники на охоте, стали приближаться к Чертовой скале. Они выходили из лесу, добрая полудюжина кровожадных бестий, не спеша занявших каждая свое место вокруг скалы и окруживших ее.
— Ради всех богов… — дрожащим от страха голосом прошептал Фальк. — Здесь целая стая этих чудовищ…
Зара молчала. Ее взгляд скользил от одной бестии к другой, которые теперь не рычали, а тихо и неподвижно стояли словно статуи из плоти и крови, и тот же страх, заставивший Фалька пасть духом, сжал ледяной рукой ее бессмертное сердце. Стая дьявольских чудищ окружила скалу — неподвижные, готовые к нападению, похожие одна на другую, как близнецы-братья, — смертельное кольцо из клыков и щелкающих челюстей, сомкнувшееся вокруг Чертовой скалы, как петля на горле повешенного.
Они оказались в ловушке!
Зара посмотрела на лошадей и застонала. Она не отличалась сентиментальностью, но быть свидетелем, как ее верного спутника Кьелля на куски разорвут эти твари, ей крайне не хотелось, хотя бы этого она желала избежать…
Как оказалось, она напрасно беспокоилась по этому поводу: звери не выказывали ни малейшего интереса к нервничавшим лошадям, которые рыли землю копытами и пятились, насколько им позволяли поводья. Все внимание бестий было направлено на людей наверху скалы, словно они знали, что лошади не представляют для них никакой опасности.
Нет, это сражение она не сможет выиграть, даже если бы не была ранена. Фальк явно догадался, о чем она думает, так как взял ее за руку и посмотрел умоляющим взглядом в надежде, что Зара разубедит его в том, в чем он сам был уверен, и спросил дрожащим голосом:
— Ну что, все кончено?
Зара молчала. Что она могла сказать?
Что значат слова перед лицом смерти?
С мечом в здоровой руке она пристально смотрела на чудовищ, которые неподвижно стояли вокруг скалы. Затем, словно по одному лишь им слышимому сигналу, пришли в движение и медленно, осторожно еще больше сузили кольцо вокруг скалы, в то время как несколько животных приблизились к склону, ведущему к площадке. И все это время ни один из зверей не издал ни звука — все происходило в полной тишине, которая пугала еще больше, чем их жуткое рычание. Даже ветер в листве деревьев, кажется, затаил дыхание.