Выбрать главу

– А имени той попутчицы вы, конечно, не запомнили? – со вздохом уточнила я.

Албена несколько виновато покачала головой.

– Простите…

– Ничего страшного. – Я задорно улыбнулась, сама себя подбадривая. – Для достижения цели всегда есть несколько путей, вот я и пойду другим.

– Но если вы узнаете рецепт, то сообщите?

Я прижала руку к груди:

– Торжественно вам это обещаю. И даже более – мы весьма рассчитывали на вашу помощь непосредственно при создании противоядия.

Я, хоть и сдала все экзамены, особой уверенности в своей готовности к сотворению столь серьезной вещи не испытывала.

– Да, конечно, – тут же согласилась собеседница. – Это будет крайне интересно. Новый опыт всегда полезен.

– Тогда договорились.

Оглядев стол, я констатировала, что за время, не принесшее никакой новой информации, сырный пирог и чай совершенно незаметно закончились и делать в гостеприимном коттедже ведьмы более нечего, разве что можно принять предложение и искупаться, но что-то внутри подсказывало, что в настоящий момент особо медлить и отвлекаться на отдых не стоит. С легким сожалением я встала из-за стола.

– Как только появится новая информация по зелью, мы с вами непременно ею поделимся.

– Жду с нетерпением, – поднимаясь, дабы меня проводить, сказала хозяйка. – Я ни секунды не сомневаюсь, что у вас, Айлия, с вашим природным упря… упорством, все получится.

Лестно, конечно, но мне бы подобную уверенность.

По дороге домой меня терзали противоречивые мысли. С одной стороны, если мы с драконом ошиблись и Ротани состоит в сговоре с Наваррой Рох, то так уж явно демонстрировать свое присутствие в мире живых мне не стоило, ибо это чревато переходом в другое состояние, но иного способа узнать про контрзелье я просто не видела. Безусловно, можно устроить глобальное исследование, последовательно обойти всех ведьм столицы, забросать своих близких и дальних знакомых просительными письмами, перелопатить кучу литературы, но это потребует много времени, а успех совершенно не гарантирован. При этом, как я ранее уверенно сообщила Зенедину, Ральф не дурак и не пустился бы в эту авантюру, не будучи полностью уверенным в том, что есть возможность дать обратный ход, а раз Ротани смирилась с его не вполне честными, в первую очередь по отношению к ней, намерениями, то ей практически наверняка тоже доподлинно известно, как ликвидировать мсье Адриана Роха и получить назад Ральфа Пуррье.

Интересно, почему я могу убедить всех окружающих за исключением себя? Дракон совершенно поверил, что Ротани любит Ральфа достаточно сильно для перехода на другую сторону баррикад, я же в настоящий момент сомневалась в этом. Но при всех очевидных минусах похода к Ротани, этот план все равно нравился мне более прочих, так что, признав неизбежность засовывания головы в петлю, я отправилась в магазин мужской одежды. На радость дракону, ибо при любом исходе нашей беседы с мадемуазель Поддриго маячить в районе ее дома в собственном облике все же не стоило.

К моему искреннему удивлению, я сумела отнестись к процессу переодевания как к сборам на карнавал, благодаря чему даже получила от маскарада некоторое удовольствие. А разглядывая свое отражение в зеркале, и вовсе пришла к выводу, что из меня получился очень даже привлекательный юноша. Стройный, с растрепанными волосами цвета спелой соломы и внимательными зелеными глазами. Да, увы, с цветом глаз без применения магии я ничего не могла поделать. Подмигнув своему отражению, я оседлала скурр и полетела к дому Ротани.

Разговор предстоял нелегкий, и по пути я старательно пыталась придумать сильные аргументы, которые позволят мне склонить мадемуазель Поддриго на… ее сторону, убедив, что по жизни в первую очередь следует думать о себе, а лишь потом о другом, пусть даже самом любимом, человеке. Но, увы, кроме общих слов, в голову ничего не приходило, и. перестав требовать от себя слишком многого, я решила в данном случае целиком и полностью положиться на интуицию и свои способности к импровизации. Хоть делать так и не следовало, но до сей поры они меня еще не подводили. Оставалось лишь надеяться, что и мадемуазель Поддриго меня не подведет, оказавшись дома.

Первая часть прошла по плану: Ротани и правда проводила время в семейном особняке, что было весьма любезно с ее стороны, и даже, как и в прошлый раз, открыла дверь сама. Дворецкого, что ли, ее дед не держит? Не дожидаясь приглашения, я довольно нагло протиснулась в немного узкую щель.

– Что вам надо? – глядя на меня чуть расширившимися глазами, поинтересовалась девушка.

Я усмехнулась.

– С прошлого раза ничего не изменилось, по-прежнему мною движет желание повидать мсье Пуррье-младшего.

Стоит отдать должное невесте Ральфа – соображала она быстро. Практически не изменившись в лице, девушка произнесла:

– Мадемуазель Нуар, добрый день. Не скрою, меня весьма удивил ваш вид, и главным образом потому, что, как вы верно заметили, с прошлого раза ничего не изменилось и мне совершенно нечего вам сказать.

– Это неважно, – сообщила я ей. – Но если вы обладаете небольшим запасом времени, то, возможно, не откажетесь выслушать меня?

После недолгих, но заметных колебаний Ротани коротко кивнула головой:

– Хорошо, пойдемте.

Настал мой черед удивляться, поскольку хозяйка дома проводила меня… на крышу. Правда, в отличие от меня, в особняке Штрайнов к отделке крыши отнеслись более тщательно – по всему периметру стояли расписные кадки с растениями, а в правом углу под полупрозрачным тентом расположились стол, пара диванчиков и легкие качели. Надо будет воспользоваться столь замечательной идеей и соорудить у себя нечто похожее, благо место позволяет.

После того как я села на диванчик, моя спутница устроилась на качелях и, легонько оттолкнувшись ногой, поощрительно произнесла:

– Я вас внимательно слушаю.

– Великолепно, – не удержалась я и бодро изложила заинтересованной слушательнице версию, услышанную мною вчера из уст дракона. Но для пущего эффекта я добавила красок в описание смерти Джинни Стеар и трогательного поведения четы Рох на приеме у мэра. То, что Ротани видела нежные отношения Ральфа с Наваррой на публике, как-то вылетело у меня из головы. За все время, пока я говорила, девушка не издала ни звука, да и вообще внешне никак не выказала своего отношения к моим речам. Понимая, что терплю поражение, я судорожно пыталась придумать слова, способные пробить броню, в которую прочно упаковалась покачивающаяся напротив мадемуазель Поддриго.

– Ротани, я вас совсем не знаю, но полностью уверена, что затея Ральфа вам не по нутру. И дело даже не в том, что он спит в одной постели с привлекательной ведьмой, да и не только спит… это не самое важное. По вашей вине погибла ни в чем не замешанная девушка, просто хотевшая счастья, и я подозреваю, что это не последняя смерть. Вы пока еще в силах остановить Ральфа, убедить его, что добиться успеха можно, оставаясь самим собой, и, главное, удовлетворение от такого достижения получаешь намного больше. Это я проверяла на собственном опыте.

Замолчав, я с надеждой уставилась на собеседницу, но та сидела, опустив глаза на плитку, которой была замощена крыша, и продолжала отталкиваться ногой от пола. Совершенно не понимая, что следует делать, я вновь заговорила:

– Ротани, я же вижу, что ситуация вам в тягость. Верните себе своего мужчину.

– Я не могу, – глухо произнесла она, так и не подняв головы.

– Можете, – воодушевляясь, возразила я.

– Нет. Я обещала поддерживать Ральфа, а вы предлагаете мне его предать.

И это говорит умная, образованная девушка…

Один раз я услышала такую фразу: «Любовь делает нас настоящими», но согласиться с подобным утверждением смогла, лишь когда добавила в конец еще одно слово – «идиотами». И сейчас происходящее лишь подтверждало выведенную мной незамысловатую истину.

– Скажите, а если мсье Пуррье вообразит, что умеет летать, и решит прыгнуть с обрыва, вы тоже будете его поддерживать?