На арестованных надели наручники, и в сопровождении охраны погнали в сторону города. Пешком. Забрали и труп мальчика. Оказалось, что помощь пришла вовсе не случайно Этот кавалерийский разъезд, прочесывал местность в поисках банды Генерала. Заехав на ферму Хантеров и предъявив портрет главаря, узнали много интересного. Бандит славился своей злопамятностью, и кавалеристы отправились вслед за цирком, надеясь прихватить банду на горячем. Как оказалось, совершенно не зря.
- Наш следопыт, - кавалерист кивнул на индейца, сидящего на другом конце стола, - видел, как убили мальчишку-наводчика. Он примчался назад с донесением, а мы поспешили к вам на помощь.
- Спасибо! - Марья улыбнулась индейцу. Теперь она и, правда, выглядела леди. В парике, который ей будет сниться в страшных снах до конца жизни, и элегантном дневном платье. Женщина наивно хлопнула ресницами и добавила. - А то мы бы не знали, куда их девать!
- Кхм, - закашлялся военный и поспешно отпил чаю. - Да вы с ними отлично справились... А как вы узнали о нападении? - поинтересовался он у Ника.
- Рысь прибежал и сказал,- Ник кивнул на Сонка и все посмотрели уже на другого индейца. - Он тут остался, слава Создателю. На нас обиделся и остался, - видя заинтересованные взгляды военных, продолжил самозабвенно врать. - Он, рассказал, что после разлива реки, остаются глубокие лужи, и в них много рыбы. А мы не поверили и посмеялись.
- Да, и я смеялась, когда в такую «лужу», запустила порезвиться рептилий...- потупила глаза Марья, отыгрывая блондинку. - А там рыбыыы... Было! Так эти проглоты всю и сожрали, я их вытащить не смогла. Только немного Невсу досталось той, что выскакивала на берег. Но не отнимать, же у кота?!
- Сонк, то есть Рысь, у нас не только артист, но и следопыт тоже. Все понял, сумел сбежать и нас предупредить,- вклинился Ник и сурово посмотрел на «жену».
-Знаете, мне не доводилось еще видеть, чтобы безоружные люди, уложили банду вооруженных подонков, так странно, - кавалерист гнул свое, не давая сбить с толку. - Ни одного выстрела, ни одной ножевой раны. Все связаны, а у главной сволочи, просто сломана шея. Он, что с коня упал?
- Этот, который Хлыст разве, был главной сволочью? - вступил в разговор Гари. - Я думал Генерал.
- Генерал был главным, а Хлыст любил мучить. Неважно кого, людей или животных... И все же, как вам удалось?
- Хлысту, это Кианг голову скрутил, он и нас учит драться, - Ник так тяжко вздохнул, как будто из него признание вырывали пыткой. - Он это называет «Пустая рука»
- Но китайцы никогда не учат чужаков! - военный скривился как от кислого.
- Ну, наш тоже не всех подряд учит, мы с него так плату за проезд стребовали, - Ник скривился точно так же. - И как я подозреваю, учит нас, самому простому.
На лице кавалериста появилось выражение жгучей зависти, ему как-то довелось видеть, что может такой боец, и поучиться самому «простому», он тоже не отказался бы. Воинское подразделение удалялось по дороге в сторону фермы. Все были довольны, цирковые тем, что их перестали допрашивать. Военные тем, что никто не претендовал на награду за пойманных бандитов, и тем, что можно спокойно вернуться в город. Правда в виде премии, трех верховых лошадей цирковым оставили. Марья со Стаси самозабвенно махали в след. Военный следопыт, ехавший последним, приостановился, внимательно посмотрел в глаза женщине. Кивнул головой, сделал несколько медленных жестов ладонью, на что Марья улыбнувшись кивнула. Индеец, скупо улыбнулся в ответ и ускакал догонять отряд.
***
-Уф… Эни уснула, а Зара сама себе накапала чего-то, вот уж самодостаточная дама, - Ло устало сел за стол, потер лицо ладонями и осмотрел сидящих. Здесь были все ходоки, Робин, Федор с Сашкой и Кианг. - Надо же было девочке посмотреть именно в ту сторону!
- Да уж, стрелять по мишеням на полигоне, это одно, а когда так мимоходом...
- Тут не только в убийстве дело, хотя, это конечно шок,- покачал головой док. - Она поймала эмоции этого Хлыста. Верней полное их отсутствие - совсем ни-че-го! Что еще хуже. Не привыкли наши дети к такому.
- Правильно, Кианг, ты ему шею скрутил, - Джонатан вежливо склонил голову в сторону китайца, и получил в ответ такой же вежливый кивок.
- А мне и этого гаденыша не особо жаль, - заявил Федор вызывающим тоном, наверное, ожидал возмущения от оппонентов уж слишком они добренькие. Но возражать ему, никто не стал, наоборот Робин пожал плечами:
- Чего его жалеть? Ему уже исполнилось четырнадцать, за поджог конюшни отвечал бы как взрослый. Каторга ему светила, а на каторге...
- Крысятничать бы начал, и теплое местечко себе бы выслужил доносительством, - Федор хотел сплюнуть, но постеснялся видимо Марьи и сдержался. - А так уже никому не навредит…