Все это ведет и во многом уже привело к исчезновению величайшей ценности, приобретенной человечеством в ходе своего развития, - любви между мужчиной и женщиной. "Издревле, - писал А.М. Горький, - великие поэты всех народов, всех эпох вдохновенно тратили творческие силы свои на то, чтобы облагородить этот акт (половой - Ю.С.), украсить его достойно человека, чтоб не сравнялся в этом человек с козлом, быком, боровом. Созданы сотни и тысячи прекрасных поэм, воспевающих любовь. Это чувство играло роль возбудителя творческих сил мужчины и женщины. Силой любви человек стал существом неизмеримо боле социальным, чем самые умные из животных. Поэзия земного, здорового, активного романтизма в отношении полов имела огромное социально-воспитательное значение... Пришел толстый хищник, паразит, живущий чужим трудом, получеловек с лозунгом: "После меня - хоть потоп", - пришел и жирными ногами топчет все, что было создано из самой тонкой нервной ткани великих художников, просветителей трудового народа. Ему, толстому, женщина не нужна как друг и человек, она для него - только забава... В мире толстых эпидемически разрастается "однополая" любовь. "Эволюция", которую переживают толстые есть вырождение". [22]
Если раньше исчезновение любви было характерно для высших слоев буржуазного общества, то теперь этот процесс охватывает все общество. И огромную роль в этом играют СМИ, прежде всего телевидение. Недавно ушедший из жизни поэт В.Н. Корнилов писал когда-то после возвращения из зарубежной поездки :
"Десятка два программ,
Все дарования
От спорта и реклам
До раздевания.
Свой шарм, изгиб, азарт,
И бесподобны
Любой фасад и зад,
Любые бедра!
Ни тайны, ни греха -
Лишь горы теста...
И только для стиха
Нет больше места.
Какой блестящий ад!..
И кнопки тыча,
Шепчу: - прощайте, Дант
И Беатриче,
И Лермонтов, и Блок,
И вы, Есенин...
Пришел последний срок,
И нет спасенья".[23]
Правда, стихи еще не перестали появляться. Но уже другие. Раньше писали: "Я помню чудное мгновенье: / Передо мной явилась ты, / Как мимолетное видение, / Как гений чистой красоты"; "Средь шумного бала, случайно, / В тревоге мирской суеты, / Тебя я увидел, но тайна / Твои покрывала черты"; "Среди миров, в мерцании светил / Одной Звезды я повторяю имя.../ Не потому, что я Ее любил, А потому, что я томлюсь с другими. / А если мне сомненье тяжело, / Я у Нее одной молю ответа, / Не потому, что от нее светло, / А потому, что с Ней не надо света". Теперь же поэты пишут: "Ты эту женщину голой видел, / Ты ее трахал?" И последние "стихи" обнародованы не на стенах мужского туалета, а на страницах когда-то весьма уважаемого журнала "Новый мир".
С половых отношений срывается все человеческое. Все сводится к физиологии. Человек превращается в животное, но особого рода - животное похотливое. У животных совокупление происходит для продолжения рода. У человека половые сношения становится сейчас одним из видов развлечения.
Но если любовь между мужчиной и женщиной сейчас практически искоренятся, то зато на все лады рекламируется сексуальное влечение друг к другу людей, принадлежащих к одному полу. Появляются книги, создаются фильмы, идут телепередачи, в которых на все лады воспеваются прелести гомосексуализма. Идет борьба за права "сексуальных меньшинств". Выдвигается требование правового оформления гомосексуальных отношений. В некоторых странах Запада уже разрешена регистрация браков между лицами одного пола.
Несомненно, что гомосексуализм является патологией. Поэтому вряд ли можно одобрить существовавшую в многих странах практику уголовного преследования за гомосексуальные отношения. Гомосексуалистов нужно оставить в покое. Они в нормальных условиях составляют незначительное меньшинство несчастных людей и не представляют опасности для общества.
Опасен не гомосексуализм сам по себе, а происходящее сейчас его назойливое рекламирования, настойчивые попытки выдать его за вполне нормальное явление. Страшно стремление сделать гомосексуализм модным, в результате чего круг лиц, практикующих такие отношения, может существенно расшириться за счет по своей природе совершенно нормальных людей. Гомосексуализм запрещать не нужно, но с его пропагандой должно быть покончено.