— Поэтому ты решил поспорить с отцом? — сестра ещё раз вздохнула и села на корточки, чтобы заглянуть Тацуе в глаза. — Если наш отец и правда ненормальный, никто его словам всё равно не поверит, так что не бери в голову.
— Но зато из-за него постоянно достаётся тебе и мне! Если бы отец не опубликовал исследование о Тобэ Нагусе, надо мной бы не издевались!
Как его только угораздило родиться в храме? Его никогда не интересовали ни боги, ни великие предки. Почему у него нет нормальной жизни, как у одноклассников?
И вообще, если боги действительно существуют, то почему они отобрали добрую маму у него и сестры, а затем заставили отца так оторваться от своей семьи?
Сестра Тацуи молча смотрела на капризничающего брата. Наконец, она положила фонарик на землю и взяла мальчика за руки.
— Рё мне уже рассказал. Тебя взяли в основной состав, да? Поздравляю.
Тацуя вытаращил глаза и прикусил губу. Ну почему сестра настолько хорошо понимает его?
— Я думал… он обрадуется… — с трудом выдавил он из себя, и слова тут же утонули в пении жуков.
Он впервые в жизни попал в основной состав команды малой лиги и радостный примчался домой. Он верил, что отец очень обрадуется, узнав такие новости. Но вместо этого отец был с головой погружён в какие-то непонятные книги и на рассказ о бейсболе ответил лишь дежурными фразами. Тацуя хотел, чтобы он услышал и гордился им, но когда попытался повторить громче, отец разозлился и отругал его. В отместку Тацуя попытался испортить книгу, за что получил по ушам. Не зная, куда податься, он пошёл в лес за домом, где ему вспомнились желчные упрёки в адрес отца от одноклассников, которые так и не попали в основной состав.
— Почему отец не слушает меня?..
Тацуя долго держал в себе непонятные чувства, но теперь не выдержал и заплакал.
На матчи за него приходила болеть только сестра, и он всегда завидовал товарищам, которых поддерживали целыми семьями. Впрочем, Тацуя всегда напоминал себе, что матери больше нет, а отец слишком занят.
— Я просто хотел с ним поговорить…
Все их разговоры с отцом были на тему древностей и богов, в которых Тацуя ничего не понимал. Он почти не помнил, чтобы они говорили о бейсболе или хотя бы о всякой чепухе вроде телепередач или погоды. Тем не менее, Тацуя всегда считал, что если как следует постарается, однажды отец улыбнётся, обратит на него внимание и похвалит.
Однако всё его внимание до сих пор занимала древняя королева, которую он считал богиней.
— Послушай меня, Тацуя, — сестра положила руки на плечи брата и посмотрела в заплаканные глаза. — Я буду присматривать за тобой вместо отца. Я буду тебя слушать, хвалить и ругать.
Хотя его сестра была ещё подростком, в ней уже тогда была стальная решимость. Она понимала, что сейчас, когда матери не стало, вся ответственность легла на неё, и ей нужно как следует взяться за ум.
— Поэтому не плачь, Тацуя. Если тебя и дальше будут оскорблять, тащи этих подонков ко мне. Я им от души вломлю, — заявила она с таким серьёзным видом, словно действительно собиралась это сделать, но затем улыбнулась. — Если честно, я и сама не знаю, насколько важные вещи отец изучает и хочет оставить после себя… Но я уверена, в них есть смысл.
Она смахнула слезу с его щеки.
— Может, мы поймём, когда повзрослеем.
Она взяла его за руку и повела по полутёмной тропе обратно к дому. Маленький Тацуя ощущал себя за сестрой как за каменной стеной, но в то же время невольно задумывался: если она защищает его, то кто будет защищать её?
«Ах да, это же мой долг», — осознал он и ощутил в груди удивительную силу.
Он покрепче сжал нежную ладонь сестры.
Только он мог защитить свою незаменимую сестру.
Тацуя посмотрел в спину, одетую в школьную форму, и мысленно поклялся, что не подведёт.
***
— По легендам этих земель, мы, семья Оно, — потомки Тобэ Нагусы.
Согласившись с просьбами Ёдзи и Ёсихико, Тацуя проводил товарища к себе. Правда, с условием, что доведёт Ёсихико лишь до храма.
Грузовичок свернул с широкой префектурной дороги и поехал между полей. Позади точечно разбросанных домов разместился холм, а вокруг него — храм.
— Именно поэтому мы якобы построили храм на месте, где погребена голова, но другие считают, что это просто ничем не подкреплённые сказки, и в этом кургане просто хоронили предков.
Припарковавшись, Тацуя безразличным голосом ввёл товарища в курс дела. Сакуры отбрасывали тень на асфальт, и Ёсихико невольно засматривался на их листву.
— Что меня больше всего не устраивает: мало того, что отец связал и фестивали, и сам храм с Тобэ Нагусой, он по этому поводу ещё и поднял шум на всю округу. Мне за это пришлось не раз расплачиваться, да и вообще это всей семье навредило.