Выбрать главу

Некромантка медленно приблизилась к нежданной гостье.

— Добро пожаловать ко двору королевы Эллы, — надменно протянула девочка. — Кто Вы?

— Я колдунья, — сказала эрбианка. — Мне необходимо поговорить с Её Величеством.

Называть себя Эсма не стала, разумеется, от некромантки это не укрылось. Она надменно приподняла бровь. Несколько секунд рыжеволосая, бледнокожая некромантка с глазами цвета льда размышляла, а потом молча развернулась и пошла обратно во дворец. Эсма поспешила за ней.

Коридоры дворца выглядели не столь плачевно, как двор. По крайне мере, в стенах коридора колдунья не смогла заметить ни одной большой дыры. Тем не менее, темнота и холод, царившие здесь, создавали ощущение, что где-то рядом лежит уже остывшее тело. Перешагивая через пороги, камни и трещины, эрбианка внимательно смотрела под ноги, боясь наступить на окоченелую руку или ногу. Благо, за весь путь ей не удалось заметить ничего подобного.

В тронном зале Эсму окутало мрачное величие. Женщина завороженно обвела взглядом чёрные пыльные доспехи, высокие, местами треснувшие окна, колонны, напоминающие кости, и роскошный гранитный пол. В глубине зала на возвышении восседала королева Элла.

Королева некромантов выглядела как оживший мертвец. Её смоляные волосы обрамляли бледное лицо, напоминавшее череп без мяса и кожи. Тонкая фигура с непропорционально длинными руками и ногами обтягивалась чёрным бархатом, который лишь усиливал сходство королевы с мёртвым человеком или деревом. Даже плотной ткани не удавалось скрыть выпирающие кости. Шишковатые пальцы крепко сжимали подлокотники. Под глазами залегла болезненная синева, на висках и шее ярко синели вены.

— Ваше Величество, — рыжеволосая некромантка преклонила колено. — Колдунья просит Вас об аудиенции.

— Пусти, — голос королевы напомнил звук, издаваемый топором палача при соприкосновении с точильным камнем.

Девочка встала, низко поклонилась и отошла к самой двери. Чувствуя, как от холода немеют руки, Эсма приблизилась к трону. Женщина склонила голову, потом посмотрела на некромантку и представилась:

— Я Эсма.

— Эрбианка, — послышался низкий скрипучий голос.

От неожиданности Эсма вздрогнула и начала озираться по сторонам. Эти слова принадлежали не королеве некромантов. В тусклом свете эрбианка тщетно пыталась рассмотреть, есть ли в зале посторонние. Вдруг её внимание привлекло шевеление около трона. Колдунья прищурилась. С краю, у подножия трона в тени сидела брюнетка с паучьими руками. Своими мутным глазами она неотрывно следила за Эсмой. От такого пристального внимания по спине колдуньи пробежал холодок.

— Я пришла с просьбой, — сглотнув, продолжила эрбианка.

— Какой? — скрипнула паучиха.

— Началась магическая война.

Сказав это, Эсма тяжело вздохнула. Королева некромантов продолжала молчать. Колдунья сжала кулаки и продолжила:

— Началась магическая война. Я пришла просить, чтобы некроманты не вставали ни на чью сторону.

— Почему мы должны так поступить? — спросила паучиха.

Эсма посмотрела на неё с плохо скрытым удивлением. Услышав в ответ тишину, некромантка пожала плечами и встала.

— Отказывать в поддержке — дурной тон. Каждый правитель должен искать союзников, а война плодит их, как никто другой. Почему мы должны отказаться от этой возможности?

— Потому что эта война не должна была начаться, — сказала колдунья. — Потому что вы не найдёте союзников. Вы найдёте лишь смерть.

— Полагаю, ты не совсем понимаешь… — заговорила некромантка.

— Довольно, — оборвала её королева.

Элла сложила руки на коленях и внимательно посмотрела на просящую:

— Скажи мне. Почему началась эта война?

— Один из моих братьев убил Манорока и Роталлеба вопреки приказу Прелатов. Чтобы не умереть, Верховная жрица начала войну.

— Интересный способ не умереть, — лязгнула королева. — Но почему же война не должна была случиться? Король и Воин — фигуры, имеющие большой вес для всех нас. Быть может, твой брат убил наше спасение. Так почему войны не должно было быть?

Эсма замялась:

— Потому что Эрика приняла слишком необдуманное решение. Ей следовала ответить за свой поступок… Не втягивая в это всех остальных.

— Понимаю, — кивнула королева. — Хорошая королева должна печься о своём народе.

Она вальяжно повела бледной рукой и добавила:

— Впрочем, нам уже поступили предложения, — улыбка разлилась по её бесцветным устам. — Почему мы должны отказаться?