Первоначально родовые имена были именами тех, кто бежал вместе с Александром Керенским из Внешней Сферы. Когда Николай Керенский создал Кланы и выдвинул концепцию родовых имён, которые могли носить, только лучшие из воинов, представлялось вполне логичным, чтобы эти фамилии вели своё происхождение от самых преданных Николаю и при этом выдающихся людей. Учёные же заимствовали свои фамилии у знаменитых в истории Терры деятелей науки, хотя бывало иначе — яркий пример тому нынешний Генерал-Учёный Бальзак.
Пери слышала, что Этьен выбрал себе это имя, так как ему показалось, что некий древний автор препарировал человеческое общество с дотошностью и профессионализмом настоящего естествоиспытателя. Поскольку она и до этого считала Бальзака напыщенным глупцом, подобный слух вовсе её не удивил.
Невольно зажмурившись, Пери переступила порог и сразу ощутила привычный запах казарменного пота. Открыв глаза, она увидела запустение, свидетельствующее о том, что здание было, давно заброшено.
Пери предположила, что оно не используется — ввиду генеральной перестройки, которая, как она слышала, проводилась во всех лагерях ускоренной подготовки Айронхолда как составная часть интенсификации учебного процесса, призванного пополнить выходящими из его стен новобранцами испытывающие нехватку личного состава силы вторжения — перед броском во Внутреннюю Сферу.
Кроме бойцов, которых готовили лагеря ускоренной подготовки, войска получали пополнение и таким образом: на Стране Мечты проводились так называемые Войны Сбора, после которых воины из частей, не принимавших участия в первоначальном вторжении, но победивших в процессе Испытаний, получали возможность присоединиться к какому-нибудь подразделению одного из Кланов.
Пери также слышала, что бывалые воины осуждали подобные нововведения, утверждая, что в целом процесс подготовки курсантов стал слишком прост. По слухам, высшее командование стремилось к тому, чтобы все большее число курсантов получало номинальную квалификацию и чтобы некоторые правила, касающиеся подготовки, были упрощены.
Что из слухов соответствовало действительности, а что было основано на проявлении традиционного недовольства ветеранов новыми порядками, Пери не уяснила. Однако на самом деле все обстояло так, что в то время, как возрос масштаб военных приготовлений, все увеличивающееся число курсантов успешно проходило Испытания Места.
Офицеры-наставники утверждали, что новые методы подготовки способствуют выявлению лучших качеств курсантов. Вскоре Кланы возобновят вторжение, и на этот раз они полны решимости победить.
Эти деревянные стены, должно быть, насквозь пропитаны солдатским потом, — подумала Пери, проходя дальше по коридору и очутившись в большом зале. — Припоминаю, что в казармах, где проходили подготовку мы с Эйденом Прайдом, пахло тонна так же. Да, с Эйденом. И ещё с Мартой Прайд. Что сказал бы ты о ней теперь, Эйден? Тебя не стало задолго до того, как она сделалась Ханом Нефритовых Соколов, но мы, наверно, уже тогда понимали, что таково её предназначение. Но хватит. Не хочу о ней вспоминать. Когда мы были курсантами, Марта отвернулась от тебя, а ты простил её. Эта дурацкая философия, оправдывающая любой поступок, совершённый во имя Клана!..
Марта и Эйден проводили свои Испытания одновременно. Марта, движимая честолюбивым желанием получить чин звёздного командира в войсках Клана, одолела двух боевых роботов, один из которых пилотировал Эйден.
Что ж, все это — лишь грязь под ногой боевой машины. Марта — Хан, я — в касте учёных, а Эйдена больше нет. Тем или иным способом мы все послужили Клану, а двое и до сих пор служат. Да и память об Эйдене все ещё приносит пользу Клану. Молодые воины почитают героя. Но, Эйден, если бы ты и Марта узнали, как смеются над традициями Клана учёные в частных разговорах, то, наверное, вы взяли бы в руки оружие и устроили небольшую кровавую баньку… Или же вы просто отмахнулись бы от такой ерунды? И в самом деле, какая разница, что там думает низшая каста? Да, пожалуй, это более вероятно…
Наяд слегка подтолкнула Пери в спину.
— Не останавливайся, шпион-страваг, — сказала она строго.
Улыбнувшись, Пери ускорила шаг и окинула взглядом помещение. Перевёрнутые, покрытые ржавчиной кровати. Пара тонких матрацев, искромсанных явно специально. И пыль, целые груды пыли.