Выбрать главу

Грузовые трюмы и залы с гидропоникой уплывали вниз. Через восемьдесят метров он остановил кабину лифта и пошел дальше пешком.

Кисслинг вышел из своего камбуза, но, взглянув в лицо Третьего быстро скрылся за дверью.

Минутой позже Джо Ипстал, офицер суперкарго и офицер по снабжению запросто мог стать жертвой Фискуса Боулдера. Он, вздыхая, смотрел на широкоплечую фигуру, которая неожиданно вынырнула из массивного шлюза, ведущего в бортовой арсенал.

— Пожалуйста, мистер Ипстал, можно мне пройти, — робко попросил Фискус — Я, конечно, не хочу вам мешать. Ведь ваша работа так важна.

Ипстал, который из-за отсутствия на борту «Алголя» специального офицера, отвечал также и за оружие на борту корабля, с трудом сдержал возглас удивления, который чуть было не сорвался с его языка. Он почувствовал, что Фискус говорит совершенно серьезно. Поэтому он только спросил:

— Боулдер, только не продолжайте в том же духе. Меня и так уже здесь считают закоренелым лентяем. Пройдемте наверх. Что такое? Вы взорвали Главного Инженера?

На щеках Боулдера выступил румянец. Понадобилось несколько минут, прежде чем он смог внятно изложить свою просьбу.

— Мистер Ипстал, можно мне воспользоваться вашим микрокопьютером? У вас ведь есть маленький электронный мозг для расчета веса груза и полетной массы, не так ли?

Фискус почувствовал облегчение, изложив наконец свою просьбу.

— Что вы хотите считать на моей машине? Боулдер, лучше оставьте это! Что вы теперь хотите сотворить? Во имя древнего червя Нептуна, что вы хотите сделать?

— Пожалуйста, мистер Ипстал.

Офицер громко выругался. Но он не мог долго выдерживать взгляда этих направленных на него несчастных глаз и поэтому подчеркнуто грубо ответил:

— Ну, хорошо, пользуйтесь машиной. Но если эта штука после вас не будет работать, я разорву вас на мелкие кусочки. Кроме того, здесь есть и еще кое-что.

Он быстро взглянул на отключенный экран и прошептал:

— Ни звука ни Старику, ни Главному Инженеру, о'кей? Вы же отправите меня ко всем чертям. Если бы я только знал, зачем вам эта машинка. И полное молчание об этом, ясно?

Фискус кивнул так торопливо, что легкая фуражка офицера слетела с его головы.

Ипстал заворчал и отвернулся. Он отвел Фискуса в свою каюту, где молодой человек сразу же принялся за работу.

Ипстал с интересом наблюдал за ним. Он задышал чаще, когда лицо юноши расслабилось и на нем появилось выражение полной сосредоточенности.

Электронный мозг загудел, выдавая первые результаты. Ипстал бросил лишь один взгляд на путаные группы цифр и структурных уравнений многомерного искривляющего поля. Он так осторожно отступил назад, что пола касались лишь носки его сапог. Но даже если бы он палил из излучателя, его уход Фискус вряд ли бы заметил.

Когда офицер-суперкарго снова оказался в своей каюте, он пробормотал:

— Мне было бы лучше, чтобы я знал, что он наверняка намеревается сделать.

Капитан Кестер зашел в централь управления за десять минут до начала прыжка. Оба навигатора, Киленио и Бетчер, сидели перед пультом позитронного кибермозга, на светящихся экранах и шкалах которого тянущимися линиями были изображения четырехмерных структур, хроноимпульсы и уравнения парафизики.

Далеко на корме корабля гремел сорианский двигатель, фантастическая мощность которого с трудом преодолевала сопротивления структурных полей.

«Алголю» теперь оставалось лишь набрать один недостающий процент до скорости света.

В машинной централи «Корма-1» перед пультом управления сидел Боб Лефле. Осторожными движениями руки он перевел главный переключатель на последнее деление. Глубокий грохот двигателя усилился и перешел в звенящий рев, закладывающий уши. Реакторы обоих силовых установок работали в режиме максимальной отдачи мощности, чтобы разогнать поток мезонов до требуемой скорости. Больше тридцати процентов мощности расходовались на плоские магнитные поля внутри сверхтяжелого каталитического термоядерного двигателя, в котором мезоны изотопной смеси водорода, состоящей из дейтерия и трития, вступали в реакцию. Образовавшиеся в результате этого свободные газовые массы поступали в дюзы из энергетических полей и из них рвался поток частиц, обладавших скоростью света.

Лефле озабоченно смотрел на экраны в шкалы, соединенные с индукционной установкой, которая значительно усилила мощность потребляющейся энергии, необходимой для линейного ускорения.

«Алголь» все еще мчался в световой области. Потрескивание внешней оболочки показывало, что он достиг нужной скорости.